Джинн из подземки - Людмила Горбенко

Колода покойного Лысого Кона работала не просто изумительно, карты словно пели от радости, что вновь касаются рук своими гладкими рубашками и эффектно падают на стол, вызывая в толпе зрителей стон восхищения или, наоборот, разочарования. При этом ни у кого не возникло мысли заменить колоду! Да, шулер Соединенного королевства оставил после себя действительно стоящий артефакт. Стоящий счёта, над которым сейчас наверняка рыдают в бухгалтерии. Стоящий полной сокровищницы, от пола до потолка набитой чудесами, которым нет цены. Стоящий будущего.

Неужели бухгалтерия откажется заплатить за правильно выбранный новый путь нашего мира жалкую кучку шестигранных монет? Сомневаюсь.

Вторая нетерпеливо заерзала на стуле. Я тянул время, как мог. Закатывал глаза, загадочно улыбался в пространство, просил принести бокальчик вина или чашечку кофе, но время неумолимо двигалось вперед, а добился я лишь наполнения желудка жидкостью до такой степени, что булькал при каждом движении.

И вот страшный момент настал – часы пробили семь.

Ифиторель встал, стараясь не показывать своего разочарования, и с некоторым напряжением в голосе спросил:

– Я привык отдавать карточные долги немедленно. Надеюсь на твое великодушие: что такое один маленький артефакт? Мизер. Кто будет открывать: ты, как супруг наследницы, или сама Анна?

Вспомнив о тех любопытных, что сейчас покоятся на кладбище, я широким жестом повел рукой в сторону молодой жены, но опомнился – ведь подписанного красавицей Бипарофф с демоном отдельного соглашения, по которому она передает ему все, что он пожелает, никто не отменял. Придется рискнуть самому.

Нотариусы приготовили бумагу и перья. Душеприказчик покойного барона, стараясь не смотреть в мою сторону, торжественно протянул дрожащую от злости руку к медному крюч-ку в виде драконьей головы и нарочито медленно вынул связку ключей из застывшей в вечном оскале ярости драконьей пасти.

Да что дракон! Вот сейчас куратор как откроет свою пасть и… дверь из холла неуверенно скрипнула, и в щель протиснулся палец.

Третий. Судя по тому, что руки жирные, а лицо довольное, он воспользовался партией, чтобы сгонять на кухню и заморить червячка. Судя по тому, как отчаянно старается не икать – вместо червячка заморил много чего разного, не слишком совмещающегося друг с другом.

– Куда? – вяло поинтересовался демон, в глазах которого окончательно потухший азарт победы сменился мрачным разочарованием.

– Ик! Я по поводу хранилища,– скромно прикрыв рот ладошкой, пояснил Третий.– Вещички помочь отгрузить, ик!.. Простите…

Я, стараясь меньше шевелиться, чтобы не слишком громко булькать, воткнул ключ в скважину и осторожно повернул.

Дверь, простоявшая взаперти полвека, открылась без скрипа и шороха, словно гномы только вчера тщательно смазали запоры.

– Вот он – этот момент! – простонал куратор.– Давайте!

Сразу от двери начинались ступени – штук пятьдесят, не меньше. Я, Третий и Вторая буквально вкатились внутрь хранилища, торопливо запалили свечи и… остановились в полном обалдении от увиденного.

Комната оказалась засажена деревьями и кустами столь густо, что даже стен не видать. Вековые сосны, стремясь верхушками куда-то в небо, гордо расправили ветки. Молодой ельник-подлесок зашуршал от впущенного сквознячка, выплюнув в воздух густые облачка хвойного аромата.

– И где здесь артефакты? – нарушила наконец молчание Вторая, рассеянно обламывая свежий кедровый побег.

– Вот это морок! – вместо ответа восхитился куратор.– Чудо! Настоящее эльфийское чудо! Да-а… Сегодняшнее воспоминание я сохраню в своей памяти навеки. Сподобился, значит. Собственными глазами, в реальном времени… даже не верится! Шедевр исконного природного колдовства, единственный и неповторимый! Сейчас уже нет тех мастеров…

Краем глаза я заметил, как толстяк ковыряется в зубах сосновой палочкой.

– Товарищ куратор?

– Гасите свет,– укоризненно откликнулся наушник.– Ох уж мне это современное поколение полевых работников! Ничему не обучены, кроме как в азартные игры резаться и жрать в три горла…

В кромешной темноте дела пошли веселее, благо черти и без осветительных приборов прекрасно видят.

Морок моментально исчез, и перед нами предстало хранилище во всей своей натуральной древней красе. Третий с отвращением отбросил палочку, которой ковырял в зубах – в реальности это оказалась высохшая моль. Вторая зачарованно ахнула и замерла с поднятой ногой: сделать хоть шаг, не наступив на какой-либо предмет, оказалось невозможным. Попытка взлететь над полом потерпела фиаско. Даже в открытом виде хранилище категорически не дозволяло колдовать внутри себя. Пришлось медленно, шаркающей стариковской походкой продвигаться в глубь сокровищницы, пытаясь на глаз отделить зерна от плевел, а это было непросто.

Из хороших новостей можно было отметить следующее: здесь было действительно очень много зерен, то бишь ценных вещиц. И обещанные щиты, и однодырчатый шлем Одина, и множество редких защитных военных приспособлений, и кучи шикарных драгоценностей. Плохая новость: все это богатство находилось в весьма плачевном состоянии.

Ни о каких коробочках полированного дуба и речь идти не могла! Крошки, мусор, обломки, выпавшие камушки, черепки, обрывки бумаги, растоптанные завитки золота и полоски гнутого металла. Углядев среди хаоса потрепанную книгу в веселенькой красной обложке с надкусанным уголком, я растерянно схватил ее и поспешил спрятать под кафтаном, словно невидимый ураган мог вернуться и продолжить свою разрушительную деятельность.

– Что это? – слабым голосом пролепетал Третий, и в наушнике моментально заорал куратор:

– Пятый! Хватай шарманку, болван! Чего жмешься?

– Шарманку? – слабым голосом переспросил я.– А как она выглядит?

– Обыкновенно! Деревянный корпус, ручка для кручения, шесть канавок для настройки!

– Ручка? – удивился Третий.– Простите, товарищ куратор, но у нас тут немного э-э-э… неубрано после гостей. Сейчас пошарим в углах, авось отыщется.

– А-хп! – видимо куратор приготовился закричать еще громче, но поперхнулся на вдохе.

Краткая пауза дала нам возможность быстренько обыскать помещение и выделить из груд беспорядочно сваленных предметов один деревянный ящик, но уже безо всяких глупостей в виде ручек. Третий бросился к вожделенному артефакту и уже заграбастал его, но тут случилось неожиданное, с противоположной стороны в шарманку вцепился демон.

– Не дам! Только в обмен на нагрудник Владыки! – истерично взвизгнул он и легонько дернул ящик на себя.

Это был первый случай на моей памяти, когда кто-то пересилил Третьего. Ладони толстяка сошлись на пустоте, а демон преспокойно взвалил ящик на плечо и двинулся к двери, что-то безмятежно насвистывая. По счастью, подоспела чертовка и бережно перехватила шарманку у вора, легонько, почти любя, треснув нахала в лоб.