Империя Зла - Юрий Никитин

Понятно, большинство людей не могут дать сдачи из-за своейслабости, трусости, зависимости, бедности и пр. Не дай им отговорку в видехристианского прощения, у этих несчастных еще и язва желудка разовьется нанервной почве, сердечные приступы, а так можно сослаться на более высокуюмораль, вздохнуть лицемерно, что вот хотел было догнать и размазать обидчика постенам, но надо быть добрым, милосердным, гуманным...

Нет, в двадцать первой век это лицемерие двадцатого уже невойдет. Оно не только отвратительно, но и вредно для общества. Те, кто придумалэту спасительную формулу, придумали ее для других, не для себя. А сами бьют совсего размаха. Бьют безжалостно, но когда попытаетесь замахнуться в ответ...только попытаетесь, вам с укором напоминают, что надо быть милосердным. Пока выколеблетесь, вам врежут еще раз, да так, что теперь уж точно рука неподнимется.

Оглядываясь назад, надо признаться, что с той, первойпопытки сместить Кречета, мы все жили слишком беспечно. Вторую попытку неждали, и она застала нас врасплох. Кречет слишком круто поворачивал страну,недовольные нашлись даже в ближайшем окружении. Но если одни толькокритиковали, то другие активно работали против.

Меня взяли как сонного петуха в курятнике, только теперьсоставлял разрозненные картинки в единое целое. Штатовская резидентура получиласигнал о начале операции, в тот же час в газеты и эфир пошли заранееподготовленные материалы. Анчуткин совершенно искренне решил, что самое времяподнять народ против гнилого режима за торжество коммунистического строя. И поднял,и вывел на улицы.

Черногоров сделал вид, что усиливает борьбу с преступностью,но умело продемонстрировал бессилие милиции, омоновцев, и воспрянувшая толпапошла на приступ Останкинской телебашни.

Одновременно, к двум большим группам туристов, где все мужчиныбыли как один накачанные здоровяки, подъехали два большегрузных КАМАЗа. Заднийборт открыли, туристы мигом разобрали оружие, превратившись в элитныхкоммандос, сели на машины, а те взяли курс: одна к телебашне, другая – вКремль.

Стыдно сказать, но Кремль захватили почти с той желегкостью, что и телебашню. Практически, без выстрелов. Операцию штатовцыпровели, надо признаться, блестяще. Образцы сверхсекретных пропусков Черногоровдобыл, на штатовской аппаратуре тут же сделали дубликаты, заранее знали всекоды, пароли, где кто будет находиться в какую минуту. Кремлевскую охрану взяликак сонных цыплят. Правительство пикнуть не успело, как уже сидело... скажеммягко, интернированное.

На телевидении тот телекомментатор, который страдаетнарциссизмом, радостно провозгласил в эфир заранее заготовленный текст опадении диктатуры черного генерала, о возвращении истинно русских православныхценностей покорности богу и угодливости властям, о великой щедрости заокеанскойдемократии, что протянула руку помощи заблудившемуся русскому народу.

Народ не отрывался от экранов телевизоров. Всей стране сталоясно, что с генералом Кречетом покончено. Слишком все быстро и бескровно.Словно сместили Хрущева. Вскоре будут опубликованы указы о том, как житьдальше. По крайней мере уже понятно, что православие вернется, оружие придетсясдать...

И только те немногие прохожие, кто был в районе Краснойплощади видели, как в синем небе появился большой транспортный самолет. Онсделал круг над Кремлем почти на бреющем полете, люк распахнулся, оттудапосыпались темные человеческие фигурки. Они раскрывали крохотные парашюты надсамой землей, видно было, как из автоматов сверкают мелкие огоньки, словнослабая электросварка, ветер донес стук автоматных очередей.

Парашутисты скрылись за кремлевской стеной, и все, чтослышали прохожие, это долгая и упорная перестрелка между ними и американскимикоммандос и силами Временного Комитета. Кто-то сразу сообщил жене и друзьям остранном отряде, что явно на стороне Кречета, другие бросились к телефонам-автоматам,а кто-то сразу открыл бардачок, где лежал пистолет.

А дальше началось то, чего не могли просчитать не толькоштатовские советологи и русоведы, но и наши... Да что кивать на других, я сам,дурак набитый, не мог такое подумать, как не заподозрил и Черногорова. Одингрубейший просчет за другим! Правда, второй всем нам спас шкуры.

Узнав, что в самом Кремле идет бой, люди неожиданно даже длясамих себя начали выходить на улицу. Кто с охотничьем ружьем, кто с винтовкой,кто с пистолетом или револьвером.

Сперва начались стычки со сторонниками Анчуткина, но техбыло слишком мало, к тому же кто-то заорал, что надо спешить помочь верномуКречету отряду, потом захватить телебашню, а там вернется Кречет, разберется,Кречет – наш президент, мы его выбрали, а этот Временный Комитет хрен знаетоткуда вылез, пошли они... и вообще, бей их, ребята! Стреляй всех, в судах итак все завалено, сами разберемся...

Коган, который все предпочитал укладывать в рамки платежныхведомостей, сказал, что единственное серьезное сопротивление заговорщикамоказала партия Полозова, хотя это, конечно же, не партия, а просто мощноедвижение за свободное владение оружием. Но как ни назови, но когда люди вышлина улицу, стали сбиваться в группки, то нашлись вожаки, что повели их, разогретыхздоровой злостью, на Красную площадь, а затем сделали попытку прорваться вКремль. Милиция и омоновцы под руководством штатовских коммандос организовалиоборону.

Черт, ничего хуже в России придумать нельзя. Нигде народ нененавидит милицию так люто. А когда оказалось, что именно они, толпа, настороне законного президента, а эти менты, гады, крючки, мусор – выполняютприказы штатовских инструкторов, то даже у тех, кто пришел просто поглазеть,ярость затмила страх и желание ни в чем не участвовать.

На Кремлевские ворота обрушился град пуль. Стреляли повсему, что движется, стреляли просто в стены, а потом пригнали тяжелые МАЗы,протаранили ворота. Храбро и умело дрались коммандос, но толпа перла, несчитаясь с потерями, патронов не жалели, пули сыпались чаще, чем капли дождя всамый проливной дождь. Самый быстрый из коммандос, мелькнув в окне на долюсекунды, чтобы сделать выстрел из гранатомета, упал навзничь, усеянныйсмертельными ранами так, словно по нему проехали гусеничным трактором.

Таинственных парашютистов не застали, только из глубинподземелий доносились автоматные очереди. Преследуя отступающих коммандос, ониушли по тоннелям, тайным ходам.