Демон-самозванец - Артем Каменистый

На карте, которую я стащил у Грула, Тратис назывался городом, но, увидев его, я решил, что не туда попал. Уж очень похож на деревню, причем не особо богатую. Но телеграфная линия и узкий речной залив подсказывали, что все верно — приметы сходятся.

Кстати, о телеграфной линии. Я вывел ее из строя в двух местах, пока подъезжали. Причем делал это умнее: забирался на столбы, перерезал провода и удерживал их концы за изоляторы при помощи тонких кожаных полосок, отрезанных от сбруи трофейной лошадки. Если не присматриваться внимательно, место обрыва вряд ли заметишь.

В военное время за порчу телеграфного имущества полагался расстрел на месте. Но я уже натворил дел не на одну смертную казнь, причем мне будут очень рады как мятежники, так и правительственные войска. И даже у блезов открыт немалый счет. Я абсолютно всем насолил.

Что бы ни случилось в Тратисе, быстро подать весть они теперь не смогут.

Покосившиеся причалы, ряды длинных сараев, крытых тростником, груды каких-то тюков под навесами из пальмовых листьев, грязные лодки, не внушающие доверия к их безопасности, и одинокий корабль с гордым названием «Морской лев». Нет — скорее кораблик. Одномачтовое суденышко, позади видна недлинная труба, значит, имеется паровая машина. Не очень-то похоже на комфортабельный лайнер, но выбор невелик. Ну, вперед.

Какой порт может обойтись без таверны? Даже в самом захудалом она обязана быть. Это одновременно и офис, и питейное заведение, и место, где можно остановиться на ночлег, отдохнуть от качки. Капитана «Морского льва» я нашел именно там. Плечистый коротышка со столь пышными усами, что любой вакейро умрет от зависти. Сидя в одиночестве за одним из столов, моряк медленно цедил ром и мое появление прокомментировал грубым образом:

— Проваливай пока цел, здесь занято.

Ситуация не из тех, когда стоит начинать ссору, потому я был предельно вежлив:

— Капитан Дор Танн? Меня зовут Бозус Декатрус, у меня для вас выгодное дело.

Документы, что дал полковник, все еще при себе, так почему бы их не использовать. А то Леон — необычное здесь имя, к тому же слухи о демоне могли добраться даже до такой глуши.

— Здесь у всех ко мне дело, — и всегда выгодное. Вот только на деле сплошь пустоголовые болтуны… по тухлому осьминогу им всем в лживый рот и рукоятью весла поглубже затолкать.

— Мне нужно доставить одного человека в Новый Дорвтнан и одного высадить по пути.

— У меня не пассажирское судно.

— Меня это вполне устраивает, и я очень хорошо заплачу. Только отправляться надо немедленно, мы очень спешим.

— Да плевать мне на вашу спешку, идет погрузка, пока она не закончится, «Морской лев» не станет сушить якоря.

— Я же сказал, что очень хорошо заплачу.

— Господин Бозус, я вас знать не знаю, но вы готовы выйти со мной в море, не опасаясь, что окажетесь за бортом без денег и к тому же с перерезанным горлом. А все почему? Вовсе не потому, что у меня честные глаза, у акулы они куда порядочнее. Но у меня есть кое-что другое — репутация. И вот ее не купишь ни за какие деньги. Так вот, я дал слово капитана Дор Танна, что загружу в свой трюм этот вонючий каучук и мешки с дурной травой. И все так и будет. Вы все поняли, Бозус?

Говорить, что до этого дня я понятия не имел о существовании капитана Дора Танна, я, конечно, не стал, сменив тему:

— А нельзя ли ускорить погрузку, а то рабочие еле шевелятся?

— Хорошая идея, да только эти бездельники не мои люди, а чтобы по такой жаре заставить их шевелиться, надо каждые пару минут выдергивать самого ленивого и вешать на рее.

— Порт маленький, но народу шатается много. Если я оплачу еще пару бригад грузчиков? Пусть сменяют друг друга по мере усталости.

— Это ваши деньги, валяйте.

— Так насчет двух мест мы договорились?

— Я так понял, вы один пассажир. А где второй?

— Женщина. Молодая девушка.

— Баба на корабле? Тогда вам и правда придется заплатить как следует.

* * *

Вблизи судно выглядело не так уж страшно, как показалось вначале. Не новенькое, но видно, что не прогнило от киля до верхушки мачты, заботятся о нем, вон как палуба выдраена, свежая цепочка следов босоногих грузчиков хорошо заметна.

Капитан для начала представил немногочисленную команду:

— Вот этот верзила — моя правая рука, Шадрар. Иногда так и хочется, чтобы ее отхватила акула, худшего боцмана океан не видывал. Трезвым его можно увидеть лишь в море, больше об этой скотине ничего не хочется говорить. Этого борова звать Будюм, наш великий император дерьма и пара, все, что касается этих двух вещей, — его стихия. Эти два кретина родные братья, звать их Малосса и Тунак, оба они одинаково черные, кто из них кто — они и сами уже не помнят, так что не бойтесь перепутать. Отменно умеют готовить по причине того, что тайком подкладывают в котел отборную человечину, когда-нибудь я их непременно на этом поймаю и вздерну. Посмотрите, как они радостно скалятся, на вас глядя, тут и полный тупица поймет, что оба те еще людоеды. Вот этот великовозрастный балбес — наш юнга, мы прозвали его Крикун, потому как ночами он часто орет во сне.

— Кошмары снятся, — улыбаясь, пояснил юноша.

— Вот как? — делано удивился капитан. — Какие такие кошмары?

Вместо юнги ответил боцман:

— Ему всегда одно снится — будто сам Дюкус подкрался к нему сзади и как следует надраил клюз.[11]

— Не верю. — Капитан покачал головой. — Такой сон для нашего красавчика не кошмар, а самая что ни на есть радость. В общем, с моими бездельниками вы кое-как познакомились. Крикун, покажи нашим пассажирам их роскошную каюту и заодно извинись, что она такая вонючая. Это ведь нора Шадрара, он, похоже, все углы там пометил, будто кобель бесхозный.

У них тут, похоже, своя атмосфера, переполненная солеными шутками-прибаутками и без какого-либо намека на серьезные терки между членами экипажа. Спаянная команда, уживаются без конфликтов, что в столь крошечном коллективе непросто. Не похожи на душегубов, способных прирезать парочку спящих пассажиров. Но доверять на все сто тоже не стоит, так что спать придется вполглаза.