Ричард Длинные Руки - рауграф - Гай Юлий Орловский

Он смотрел растерянно, повторил:

– В моих землях…

– В твоих, – повторил я несколько нетерпеливо. – Забыл?.. тебе принадлежит замок Эльбеф и его земли. Ты хоть там побывал?

– Еще нет, – ответил он виновато, – но собираюсь, собираюсь!

– Эх, – сказал я с досадой. – Другой бы уже там вовсю правил… Я имею в виду насчет первой брачной ночи. Ладно, завтра едем, проверим, посмотрим. Там должны увидеть своего нового хозяина, а я должен получить бесперебойную выплавку высококачественного железа. Ну, пусть просто железа, главное – много.

На другой день, когда уже седлали коней, явился отец Дитрих и дважды переспросил, не в долине ли Бек-Алания земли Макса, нахмурился, отправил куда-то молчаливого монашка, а когда тот прибыл, бережно держа на вытянутых руках нечто завернутое в белое полотенце, отец Дитрих вздохнул тяжело:

– Знаю, ты не проедешь мимо, как делают все местные…

– Мимо чего? – спросил я.

– Там есть нехорошее место, – объяснил он. – Совсем рядом с дорогой. Если ехать мимо и смотреть только вперед, ничего не случится. Люди так и приловчились…

– Ага, – сказал я с нервозностью, – а я, конечно, человек недисциплинированный, не удержусь… Силы воли во мне совсем нет. Не воспитал, мода на силу воли кончилась как раз в год моего рождения… Так кто там?

– Никто не знает, – ответил он сухо. – Что-то утаскивает людей так быстро, что никто и глазом не успевает моргнуть. Нечто такое, что не выносит человеческого взгляда.

– Не выносит, – пробормотал я, – так отворачивалось бы или убегало. Или хотя бы рылом в землю… А то утаскивать!

Он развернул прямо в руках монашка полотенце, моему взору предстал медный кастет. Четыре отверстия для пальцев, точно рассчитанная толстая пластина для сдавливания в ладони, полустертые руны на гладкой поверхности…

Я посмотрел с недоумением, перевел взгляд на отца Дитриха:

– И что я с ним буду делать? Это не рыцарское оружие!.. Это… это для разбойников!

Он невесело усмехнулся:

– Сын мой, демоны – не рыцари. Будешь с ними вести себя по-рыцарски – умрешь быстро и страшно.

Я принял кастет, все еще с отвращением вдел в отверстия пальцы. Сидит удобно, будто отлили по моей мерке, на выступающих частях, которыми и наносится удар, вырезаны кресты, а также непонятные значки, я бы сказал, что руны, как говорю на все непонятное, но это скорее каббала.

– И что… – спросил я, – помогает там, где меч бессилен?

– Не только меч…

– А что еще?

Он развел руками:

– Некоторые из демонов настолько тупы, что не понимают обращенных к ним святых слов.

Я погладил кастет кончиками пальцев другой руки. Остается впечатление, что прикасаюсь к чему-то близкому и даже родному, словно на дне моей души зашевелилось и начало просыпаться нечто темное, бандитское, пещерное.

– Люди тоже, – ответил я.

– Только обещай, сын мой, использовать в самом крайнем случае.

– Против демонов?

– Против людей, – уточнил он.

– Конечно, святой отец, – ответил я честно. – Сперва всегда Слово!.. Без него нельзя. А потом слово за слово…

Он коротко перекрестил меня, вздохнул, в глазах сомнение и тревога. Почему-то он всегда вздыхает, когда видит меня, и перестает улыбаться, хотя, как сам же не раз признавал, я сделал для Церкви больше, чем иные великомученики.

– Отец Дитрих, – сказал я, – к вам просьба. Если вы смогли бы отпустить со мной отца Богидерия, я был бы просто счастлив…

– Отца Богидерия? – удивился он. – Зачем он вам… ах да, он же знаток по стали, все собирает способы выделки и методы закалки, а еще добавки, что делают то хрупкой, то вязкой… Увлечение, надо сказать, странное для монаха, но все равно это знание о мире, а такое дело всегда богоугодно.

Я ответил с поклоном:

– Все верно, отец Дитрих. Со мной должен быть человек, который лучше меня поймет, что можно выплавить из той руды, с какими трудностями и много ее там или мало. Хотя бы приблизительно.

– Хорошо, – ответил он, хотя в его ровном голосе и прозвучала нотка сомнения, – я верю, что все ваши деяния направлены на служение нашему Господу, хотя порой ваши действия и кажутся странными.

– Это именно тот случай, – заверил я.