Кафедра странников - Вадим Панов

— Оставлял. — Девушка сняла с шеи медальон и осторожно, как величайшую драгоценность, вытащила из него длинный черный волос. — Это принадлежит Джин, помощнице Нура. Сейчас она с ним.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что она геомант. — Лариса тяжело вздохнула. — Никто другой не смог бы добраться до Черной Книги.

* * *

Складской комплекс «Кумар Карго Экспресс»

Москва, улица Левобережная, 19 марта, пятница, 17:07

Разумеется, Урбек Кумар был далеко не единственным шасом, который вел бизнес с Красными Шапками. Военные трофеи дикарей принимали еще три уважаемых торговца, но стиль их работы несколько отличался от поведения рискового Урбека: цены они давали еще меньшие, товар брали только ликвидный, окончательный расчет проводили после реализации. Эти обстоятельства сделали Кумара любимым партнером Красных Шапок, и не было ничего удивительного в том, что свежедобытый грузовик с добычей Копыто пригнал именно в «Кумар Карго». Трений с Булыжником и прочими Дуричами, в больших количествах ошивающихся на складе Урбека, храбрый уйбуй не опасался: Копыто знал, что расчетливый Кумар строго-настрого запретил проявлять агрессию в отношении клиентов.

Уйбуй вытащил из кармана плоскую фляжку и вытряхнул остатки кукурузного пойла в глотку.

— Спящий тебя побери, закончилось… — Копыто огляделся. — Эй, Психичи… черт… Дуричи, виски есть?

— С утра все выхлебали, — с легкой враждебностью сообщил Булыжник.

— Будто гостей не ждали.

— Мы для вас другой подарок готовили.

— Тоже мне, Санта-Клаусы, мля…

Уйбуй собрался было поведать Дуричам некоторые подробности из позорной истории их клана, но осекся, перестроился и попытался изобразить на лице деловую сосредоточенность — к грузовику быстрым шагом подошел Кумар.

— Если это телевизоры, то дам только треть от цены, — буркнул Урбек. — У меня от них уже склад пухнет.

— Не телевизоры это, не телевизоры, — успокоил шаса Копыто.

— А что?

— Сейчас узнаем.

— Шибзичи вконец озверели, — заржали бойцы Булыжника. — Хватают что попало, даже накладные не смотрят.

— Наверное, читать не умеют!

— А вы умеете, умники? — ощерился Контейнер. — Типа, Эйнштейны нашлись.

— Тренер, скажи, чтобы он перестал оскорблять, — с обидой заявил Дурич. — А то я за себя не ручаюсь.

— Бром выпей, — посоветовал Урбек. — Эпштейн, между прочим, известный чикагский монетарист, его во всех бизнес-школах проходят.

— В учебниках?

— Да, Булыжник, в учебниках, — усмехнулся шас. — В разделе «Их разыскивает полиция».

— Свой чел, — решил Булыжник. — Чисто тренер, адназначна.

Копыто удивленно посмотрел на Контейнера:

— А ты откуда про этого милитариста знаешь?

— Сидели вместе, — пожал плечами боец.

— Чего только не узнаешь, мля. — Уйбуй повертел в руке пересохшую флягу. — Ну и как он? В натуре милитарист?

— Вы что, обалдели? — рявкнул Урбск. — Что значит «как он»? Фургон открывайте, дебилы, или я до ночи с вами валандаться буду?

Красные Шапки опомнились. Копыто быстро сунул флягу в карман и протянул Контейнеру командирскую фомку:

— Вскрывай.

* * *

— Значит, так, братва, никаких базаров с падлами — за крысятничество надо отвечать. Вся Москва знает, что это наш грузовик, и вся Москва в случае чего за нас подпишется. Плакать по отморозкам никто не станет.

— Знакомый склад, — протянул один из уголовников.

— Его крутой барыга держит, — припомнил другой. — Кумар.

— Ему не повезло, — отрезал Дрон.

— А если он заяву предъявит?

— С барыгой после перетрем. Все в натуре понимают, что он не при делах и ответ не держит. Отморозки на любой склад могли товар пригнать. Дело случая.

— А отморозков много?

— Пацаны сказали, штук пятнадцать. Но всех мочить не надо: забираем груз и уходим, это главное. Товар сбросим, можно вернуться и продолжить разборку, но не раньше. Все ясно?

— Ясно!

Дрон оглядел бойцов. Два десятка, все, что успел собрать за столь короткое время. Уголовники с трудом поместились в массивном фургоне «Форд» и привычно готовились к очередному делу: проверяли оружие, натягивали бронежилеты, перебрасывались короткими репликами. У четверых автоматы, шестеро с дробовиками, у остальных только пистолеты. Ладно, огневой мощи для быстрого налета достаточно.

Разработанный план не отличался особыми изысками. За руль фургона сел Бухара, черный и вертлявый парень, имевший в свое время дело с местным барыгой. Охрана его знает и пропустит на территорию, поверив, что в «Форде» горячий товар. Далее по обстоятельствам. Каковы будут эти самые обстоятельства, Дрон представлял слабо, но был уверен в том, что либо увезет грузовик, либо ляжет костьми на этом самом складе. О возвращении к страшному карлику без товара бандит даже не думал.

— Давай, Бухара! — Дрон перекрестился. — С богом!

* * *

— Не, мля, это не телевизоры, — пробормотал Копыто.

— Ни хрена не телевизоры, — подтвердил Контейнер.

— Значит, эта… — уйбуй посмотрел на шаса. — Настоящую цену давай, от этого у тебя склад не пухнет.

— А что это? — осведомился Урбек, созерцая содержимое грузовика. — Вы чего сперли, олухи?

— Откуда мы знаем?

«Это» занимало практически весь фургон, было аккуратно затянуто в брезент, а там, где Контейнер разрезал плотную ткань, поблескивал металл. Как успели заметить заинтересованные стороны, «это» состояло из мощной платформы, на которой разместились что-то вроде кресла, алтаря и стены на заднем плане. Стена была украшена незнакомыми символами.

— Что было, то и сперли, мля, — подытожил Копыто. — Сколько?

— Это, наверное, в музей какой-нибудь везли, — задумчиво произнес Кумар. — Я с такой ерундой не связываюсь.

— Великим Домам втюхаешь.

— Если бы оно им было надо, оно бы уже у них было, — поучительно заметил Урбек, но в голосе шаса не чувствовалось уверенности. — Ладно, Копыто, заплачу вам, как… как за телевизоры.

— Это, мля, политической провокацией попахивает! — завопил уйбуй. — Специально цену сбиваешь, чтобы выборы выиграть!

— Ты давай демократию сюда не впутывай, — строго велел Кумар. — Мне еще этот «телевизор» пристроить надо куда-нибудь. А вдруг эта штука во всех каталогах ЮНЕСКО значится?