Дом за порогом. Время призраков - Диана Уинн Джонс

– Все равно не понимаю, зачем вам я! – возразила Салли. Похоже, упоминание о Мониган ее ни капли не встревожило, да и Джулиан Эддимен ухом не повел. – Ну призрак, а я-то тут при чем?

– Возможно, это твой призрак! – крикнул ей Говард из задних рядов. – Мы его видели. Он на всех вас немножко похож. И твердит «помогите!» и «Мониган».

Но Салли не насторожило даже это. Она тряхнула светлыми волосами:

– У вас просто воображение разыгралось. Или вы все сочинили. Вы же сочинили про Мониган.

– Нет, не сочинили! – вырвалось у Имоджин.

– Вот мы и решили, – продолжала Шарт терпеливым тоном, который обычно выводил Салли из себя, – что одна из нас каким-то образом попала в когти Мониган в будущем и вернулась в прошлое, в сейчас, чтобы рассказать нам об этом.

– Мы подумали, она вернулась, потому что мы можем что-то сделать, – добавил Нед Дженкинс. – И теперь хотим попробовать это сделать.

Салли посмотрела на Шарт так, будто была готова взорваться, а на Неда – с сомнением. Джулиан Эддимен засмеялся и показал на руль Термоядерного тяжеловоза.

– Это что, и есть тот призрак?

– Нет, – сердито буркнула Шарт.

К рулю была привязана бечевкой плесневелая кукла Мониган в сером вязаном платьице.

– Ну что, – спросил Нед, – поехали?

Салли по-прежнему сомневалась. Не могла придумать, как сказать «да» или «нет», не уронив своего достоинства.

– Ладно – уже собрались, давайте поедем, – предложила Одри. – Какое-никакое, а приключение. А то мне скучно.

– А мне прямо до смерти охота поглядеть на настоящую, живую богиню, – засмеялся Джулиан Эддимен.

– Ладно, – устало согласилась Салли.

– Вот только не надо так рваться вперед. – Шарт тяжело надавила на педаль, чтобы стронуть Термоядерный тяжеловоз с места. Велосипед, как всегда, застрял на месте и только дрожал. – А то кто-нибудь еще решит, что ты и правда хочешь ехать, – добавила Шарт, ловя равновесие.

Велосипед наконец сдвинулся и покатил с таким видом, будто предназначался вовсе не для этого и перемещение в пространстве было просто побочным эффектом его работы. Шарт налегла на педали и с лязгом выкатила на дорогу с табличкой: «МАНГАН-ДАУН. ТУПИК», оставив Салли свирепо смотреть ей вслед. Остальные покатили за ней. Дорога была совсем узенькая и извилистая и вела в гору. Велосипедисты ехали по ней тесной кучкой, с трудом. Всем было ясно, что ведет их Шарт, поэтому никому не хотелось обгонять ее, невзирая на то что Термоядерный тяжеловоз придумали не для езды. И все равно Фенелла с Имоджин оказались в хвосте. Ноги у них отчаянно мелькали вверх-вниз, вверх-вниз. Обеих мотало зигзагами. Отчасти так было проще въехать в гору, а отчасти велосипеды у них были такие никудышные, что ехать на них прямо было невозможно.

Призрачная сестра, преисполненная благодарности, последовала за процессией. Какие они все добрые – даже Одри и Салли… Правда, насчет Джулиана Эддимена она была не вполне уверена.

Одри плавно катила рядом с Салли – тик-тик, тик-тик.

– Как это славно, что мы едем спасать чей-то призрак, – сказала она.

– Да уж, славно, – резковато отозвалась Салли. – Если только Шарт не выдумала все с начала до конца.

– Вечно ты всех критикуешь! – огорчилась Одри.

– Да! И что? – сказала Салли.

Похоже, они с Одри не очень ладили. Салли поднажала и догнала Шарт.

Джулиан Эддимен легко и непринужденно ехал рядом с Шарт, а Шарт, пыхтя, громыхала во главе кавалькады. Снисходительная легкость и непринужденность Джулиана Эддимена ее явно раздражали.

– Поезжай тогда вперед, что ли! – рявкнула она, когда Салли поравнялась с ней.

Но Джулиан Эддимен вперед не поехал и по-прежнему мягко катил рядом с сестрами.

Салли бросила на Джулиана Эддимена взгляд, в котором читалось, что и ее раздражает его присутствие, но он и на это не обратил внимания. Тогда Салли посмотрела на Шарт, и они раздосадованно переглянулись.

– Как там наш План? – спросила Салли шепотом – не то чтобы очень тихим: ведь ей надо было перекрикивать дребезжание велосипеда.

– Никак, – пропыхтела Шарт. – Никто ничего не заметил.

– Даже прическу Фенеллы?! – поразилась Салли.

– Ага, – пропыхтела Шарт. – Приходил Сам нас пропесочить и, как всегда, прошелся по всему списку имен и назвал и твое тоже, но так и не заметил, что тебя нет. А на Фенеллу смотрел, да не видел.

– Ну ладно, попытка не пытка, – сказала Салли. И притворилась, будто раздумывает. На самом деле, конечно, она просто хотела провести прошлую ночь не дома. – Ну его, этот План. Давай я вернусь домой – какая разница.

Одри, ехавшая прямо за ней, все слышала. На лице ее не отразилось ничего, кроме великого облегчения. Она улыбнулась, притормозила, чтобы Нед Дженкинс и Уилл Говард поравнялись с ней, и покатила между ними, завязав какой-то вежливый светский разговор. Они были знакомы, но виделись не слишком часто.

– Вы отпросились с уроков на сегодня? – спросила Одри.

– Увы, нет, – отозвался Говард без тени сожаления в голосе. – У нас сегодня после большой перемены спортивные игры, и мы их прогуливаем.

– А вас не будут ругать? – спросила Одри у Неда.

– Только если попадемся, – бодро ответил Говард. – Тогда в лучшем случае оставят после уроков на несколько часов.

Тут все, кроме Имоджин и Фенеллы, доехали до гребня холма. Имоджин и Фенелла отчаянно давили на педали, чтобы ускориться и не отстать от остальных. В итоге их зигзаги вошли в противофазу, и велосипеды, естественно, столкнулись. Цепь велосипеда Имоджин тут же свалилась с отработанной годами тренировок легкостью. Имоджин встала на дороге, посмотрела сначала на цепь, потом на черную смазку на штанах и произнесла самое скверное слово в своем лексиконе:

– Вот гадство!

Все остановились.

Джулиан Эддимен снисходительно засмеялся:

– Эй, дорогу специалисту.

Имоджин поглядела на него, словно прикидывала, стоит ли ему доверять. Что бы там ни говорила Шарт семь лет спустя, у Имоджин, похоже, был иммунитет к чарам Джулиана Эддимена.

– Поскольку ты считаешь себя умнее всех, – процедила она с нескрываемой неприязнью, – я заявляю, что ты не сможешь нацепить обратно эту гадскую цепь.

– Легко! – сказал Джулиан Эддимен.

Он прислонил свой красавец-велосипед к кустам и принялся за работу. Остальные встали в кружок и смотрели. Как только он надел цепь обратно, она тут же свалилась. И еще раз. И еще. И потом еще разок. Джулиан Эддимен все гуще покрывался смазкой и все сильнее злился.

Пока Джулиан Эддимен трудился, Шарт стояла на обочине, где росли кусты.

– Мы уже близко к Угодьям Мониган, – провозгласила она. – Там, внизу, озеро Плесневелого Теста, а еще Гадкое дерево, а под ним Гадкое место.