Пепел умерших звёзд - Михаил Дребезгов

Если нет – гаснет.

Элементаль раздулся в несколько раз, готовясь поглотить столько добычи, сколько сумеет… и тут же дрогнул, расплылся, потерял четкие очертания, заколебался свечой на ветру! Сверкающее «тело» скрутилось штопором, обратилось воронкой, огненным торнадо – и принялось исчезать, затягиваясь в «червоточину», словно в слив раковины.

Эта идея посетила Уррглааха спонтанно. Двигатели современных звездолетов рассчитаны и не на такие нагрузки – так почему бы не повторить сегодняшний фокус немного в другом ключе? Изменить вектор перехода на противоположный, переместить один конец туннеля в пределах дома – и вуаля! Порождение могущественного колдовства проскользнуло в пространственный переход и очутилось там, где его бескрайняя энергия не сумеет никому навредить. Скорее даже пойдет на пользу.

Теперь, когда враг исчез, драконы перестали кружить по коридору психоделическим бураном. Два мерцающих облака, оставляющие за собой светящиеся хвосты, – одно синее, другое с отливом в фиолетовый – заструились по коридору, торя путь к лестнице. Телепортация в доме была ограничена, а идти ногами было бы слишком долго – так что ящеры выбрали самый экономичный способ передвижения.

Напитавшись Силы, из которой был сотворен элементаль, драконы получили возможность ее отслеживать. Колдовство Нифонта и его последователей, прежде незримое и непонятное для обычных чародеев, теперь предстало пред ними во всей красе. Ящеры чувствовали огромное скопление Силы наверху, чувствовали и противостоявшую ей магию. Это могло означать лишь колдовской поединок, и они стремились принять в нем участие, пока не стало слишком поздно.

Четвертый этаж словно задался продемонстрировать весь необъятный лик войны на одном крошечном пятачке. Отряд йаэрна валялся на полу в бессознательном состоянии; отдельных эльфов время от времени пробивала крупная дрожь. В похожем состоянии пребывали Семен и Эльринн, разве что без конвульсий, Зиктейр же и вовсе потерял сознание от болевого шока в обожженных ладонях. Кровь, расплавленный металл, бесчувственные тела – вот чем был украшен пол, и над этой чудовищной композицией возвышались два чародея, играя с силами, способными причинить многократно больший урон. Астрал кипел, повинуясь воле чудотворцев, мысль обретала плоть, бастионы призрачных замков рушились под натиском интеллектуальных штурмов и ураганных идей.

Александр держался из последних сил. Нифонт оказался прекрасным учеником – он уже начал использовать против Синохари его же приемы. Преимущество в опыте становилось все более призрачным, и бывший военный чувствовал, что выдыхается. Еще немного – и он сдастся перед этим чудовищным напором, присоединится к тем, кто сейчас на полу, и что будет дальше – остается только гадать.

Невыносимое давление внезапно спало, уменьшившись едва ли не втрое. Вот это сюрприз. Александр слегка приоткрыл глаза, не доверяя высшим чувствам, но открывшееся мирскому зрению оказалось даже более причудливым. Два змеящихся световых потока, прилетевших по коридору, выглядели на диво сюрреалистично. И все же они были. Огненные змеи замерли, взвихрились и приняли облик двух человек – вернее, человекоподобных существ. Перед Нифонтом соткался Уррглаах. За спиной хозяина дома – освобожденный им ящер.

– Ну что? – вкрадчиво спросил Уррглаах. При звуке его голоса по спине у Синохари забегали мурашки. – Сам на себя руки наложишь или тебе помочь?

Кажется, Нифонт слегка растерялся. Противостояние целым двум драконам вместе с боевым чародеем определенно не входило в его планы. Впрочем, самопровозглашенный Владыка Пламени и тут не стал терять лицо, поступив, как всегда, необычайно эффектно.

Он щелкнул пальцами.

И исчез.

– Чую его! Он совсем рядом! Не уйдет!

Вспышка Силы и дрожь искаженного пространства действительно указывали Уррглааху путь лучше всякого маяка. От чародея преследователей отделяли лишь несколько стен и дверей. Нифонт никуда не денется.

Дракон ринулся следом, хищно раздувая ноздри. Ирруалх и Александр последовали за ним. Изгиб коридора, проходная комната, еще один короткий коридор, ведущий прямо в нужное помещение…

Коридор, в самом начале которого Уррглаах согнулся и припал к полу, словно кости неожиданно налились свинцом. Мир подернулся туманной пеленой, отдалился, стал похож на скверные декорации. За спиной раздался стон Ирруалха. Не оборачиваясь, дракон сделал шаг, пошатнулся, но все же не упал, каким-то чудом удержав равновесие.

Блокировка магии. Проклятая, ненавистная блокировка магии! Что ж, сородич предупреждал, что так может быть… Ящер тихо зарычал. Еще свежи были воспоминания об унижении в квартире Макса, но сейчас предстояло нечто куда худшее. В изощренности фантазии Нифонта Уррглаах уже успел убедиться.

Внутри дракона разгоралась ненависть. Дикая, необузданная, сжигающая изнутри. Ненависть к тому, кто продал эльфам утраченную технологию, развязав тем самым войну. Ненависть к человеку, отправлявшему людей на смерть, дабы упрочить свою религию, провозглашая при этом своей целью мир во всем мире. Ненависть к существу, державшему в коме дракона и вампира, высасывая из них все соки для каких-то экспериментов.

Оскалив зубы, Уррглаах опустился на четвереньки, собрался с силами и, оттолкнувшись всеми конечностями от пола, прыгнул. Скачок вышел так себе, но все же он позволил догнать Синохари, бредшего к двери по коридору. На него блокировка не подействовала столь сокрушительно, но все же он изрядно ослаб за время поединка, и сейчас, лишенный возможности подбодрить организм чарами, ощущал себя едва ли не немощным стариком.

От прыжка дракон едва не потерял сознание, но все же кое-как выдержал. Проскользнув в открытую Александром дверь, Уррглаах яростно уставился на Нифонта. Долговязая фигура стояла у круглой панели с множеством кнопок и тумблеров, что-то настраивая и переключая. Не иначе как готовя очередную пакость.

– Что, плохо? – сочувственно спросил владелец дома, бросив короткий взгляд на пришельцев. – Знаю, что плохо. Но от сотрудничества вы отказались, а помех плану я допустить не могу… Ау!

Заблокировав магию, чародей мог ожидать от дракона ругательств, проклятий, безуспешных попыток сменить облик или что-то наколдовать – но никак не того, что ящер прыгнет и собьет его с ног. Прыжок вышел низкий, но Уррглаах на то и рассчитывал, врезавшись лбом в колени Нифонта. Оба покатились по полу.

– И ты забываешь, что не магией единой жив мир!.. – прохрипел дракон, нашаривая на поясе отнятый у Семена кинжал. До самой блокировки он мелко, возмущенно дрожал – ему довелось перетечь из материи в энергию и обратно, и талисману это категорически не понравилось. – Ты ведь тоже остался без защи… кх!

Чародей оттолкнул Уррглааха, и тот отлетел в сторону – без магической подпитки драконьи тела становились неестественно легкими. Клинок, который ящер намеревался вонзить в тело врага, лишь скользнул по его руке, оставив там длинную, но не слишком серьезную на вид царапину. Нифонт поднялся на ноги… и поперхнулся, увидев, что за время схватки с драконом позабытый всеми Александр успел добраться до пульта и теперь внимательно его изучал.