Продажное королевство - Ли Бардуго

Джеспер никогда не видел Каза таким избитым и окровавленным – сломанный нос, треснувшая губа, заплывший глаз. Судя по тому, как он держался за бок, минимум одно ребро сломано, а когда Бреккер покашлял в носовой платок, то стрелок увидел кровь на белой ткани, прежде чем ее спрятали в карман. Его хромота усилилась, но он все еще держался на ногах и шел в сопровождении Аники и Пима. Видимо, в Клепке осталась вооруженная опорная команда, на случай, если Пекка разведает о том, что Каз совершил переворот, и попытается захватить территорию.

– Ради всех святых! – выдохнул Джеспер. – Я так понимаю, все прошло как по маслу?

– Так, как и ожидалось.

Матиас покачал головой с восхищенным и в то же время недоверчивым видом.

– Сколько же у тебя жизней, демжин?

– Надеюсь, еще одна.

Каз снял пальто и умудрился сдернуть рубашку, опираясь на раковину в ванной комнате.

– Ради всех святых, позволь нам помочь! – воскликнула Нина.

Бреккер схватился зубами за край повязки и оторвал кусок.

– Мне не нужна ваша помощь. Продолжай работать с Колмом.

– Да что с ним не так? – проворчала девушка, когда они вернулись в гостиную, чтобы проработать прикрытие для господина Фахи.

– То же, что и всегда, – ответил Джеспер. – Он – Каз Бреккер.

Спустя час Инеж проскользнула в комнату и вручила Казу записку. На дворе был поздний вечер, окна номера горели масляным золотым светом.

– Они придут? – спросила Нина.

Инеж кивнула.

– Я передала твое письмо стражнику у двери, и это сработало. Меня привели прямо к двум членам Триумвирата.

– И с кем же ты встретилась? – поинтересовался Каз.

– С Женей Сафиной и Зоей Назяленской.

Уайлен подался вперед.

– Портнихой? Она в посольстве?

Каз поднял бровь.

– Какой интересный факт ты забыла упомянуть, Нина.

– На то время это было неважно.

– Конечно же, важно! – сердито воскликнул Уайлен. Джеспер немного удивился. Поначалу Уайлен не возражал против обличья Кювея. Казалось, он даже радовался, новая внешность дистанцировала его от отца. Но это было до того, как они посетили Святую Хильду. И до того, как Джеспер поцеловал Кювея.

Нина слегка поморщилась.

– Уайлен, но я же думала, что ты поедешь с нами в Равку! Ты бы встретился с Женей, как только мы сели бы на корабль.

– Все мы знаем, кому предана Нина, – хмыкнул Бреккер.

– Я не рассказала Триумвирату о Кювее.

Губы Каза расплылись в слабой улыбке.

– И я о том же. – Затем повернулся к Инеж. – Ты изложила им наши условия?

– Да, они будут в гостиничной бане через час. Я попросила сделать все возможное, чтобы никто не увидел, как они войдут.

– Будем надеяться, что это им по силам.

– Они управляют целой страной, – фыркнула Нина. – И уж как-нибудь справятся с парой несложных инструкций.

– Разве им не опасно выходить на улицу? – полюбопытствовал Уайлен.

– Они единственные гриши в Кеттердаме, которые могут за себя не бояться, – ответил Каз. – Даже если шуханцы наберутся храбрости снова открыть сезон охоты, они не рискнут начинать с двух высокопоставленных равкианских сановников. Нина, Жене хватит мастерства, чтобы вернуть Уайлену его внешность?

– Не знаю, – пожала плечами та. – Ее зовут главной портнихой, и она определенно самая одаренная, но без парема… – В объяснениях никто не нуждался. Парем был единственной причиной, по которой Нине удалось чудотворное преображение Уайлена в Кювея. Тем не менее Женя Сафина – легенда. Все возможно.

– Каз, – обратился Уайлен, скручивая край своей рубашки. – Если она согласится попробовать…

Тот кивнул.

– Но тебе придется быть вдвое осторожней до аукциона. Твой отец не захочет, чтобы ты явился и раскрыл обман, который он разыграл для Торгового совета и городской стражи. Будет разумнее, если ты подождешь…