Игрушка Тирана - Эрика Адамс

Я вернусь к тебе немного позже, мой хамелеон, но сейчас мне нужно уделить время экипажу. Но прежде всего, подтвердить свои догадки. Просмотр видеокамер наблюдения не отнимает много времени. Именно Надина, изучив список экипажа, двинулась к каюте Кейтлин. Гадина воспользовалась тем, что Кейтлин не заблокировала доступ к своей комнате личным кодом и повредила шлем.

Я отправляю приказ на Эрентум: выяснить местонахождение Надины Шерх-Сша с планеты Серпентес. Выяснить и немедленно задержать. Удавить суку хочется так сильно, как никогда ранее. Попадись она мне сейчас на глаза, её бы транспортировали на Серпентес по частям в отдельных контейнерах.

Первый пилот докладывает обстановку. Возле нашего корабля завис патруль Альянса. Вывожу изображение на экран: военный флот, призванный не допустить вооружённого нападения на Альянс. Сейчас наш корабль сканируют на предмет взрывчатки или бомб дистанционного управления. Чтобы не допустить покушения, какие неоднократно предпринимались разными фанатиками. Безопасность на высшем уровне.

— Добро пожаловать в Сердце Альянса. Сейчас ваш корабль будет отбуксирован в безопасное место. Озвучьте список лиц, которые будут допущены на станцию.

Ознакомьтесь со всеми правилами пребывания на станции Альянса. Напоминаем, что дискриминация лиц по расовым, этническим и моральным принципам недопустима. Сила Альянса — в мирном сосуществовании множества разумных рас. Мирного пребывания в Сердце Альянса!

Пилот вопросительно взглянул на меня. Я кивнул.

— Даю разрешение на буксировку. Пусть связист отправит список.

Буксировка, стыковка, ещё одна проверка… Всё это занимает не один час времени.

И на станцию Сердце Альянса мы попадаем лишь на утро следующего дня.

Я, Мердок и Кейт. Больше никого. Нас транспортируют на лёгком катере к самой станции и размещают в жилом центре, давая немного времени на то, чтобы отдохнуть. Кейтлин осматривается с большим удивлением, жадно впитывая новые впечатления, которые отображаются калейдоскопом в её глазах. Я словно приклеенный к ней намертво, смотрю на неё или на всё остальное, но её глазами, чувствуя то самое приподнятое состояние и воодушевление, как много лет назад, когда я сам впервые побывал здесь.

Мердок неотступно идёт по пятам. Кейтлин то и дело прикасается пальцами к специальному устройству, закреплённому на шее. Оно нейтрализует наше пси-поле. У меня — точно такое же.

— Непривычно, — пожаловалась Кейтлин. — Не понимаю, как я могла прожить столько лет, находясь под действием чипа. Сейчас я ощущаю себя живой только наполовину. И совсем-совсем не чувствую тебя.

— А так? — я прижал к себе Кейт за талию, вдохнув запах волос.

— Спасибо, — отозвалась она. — Так я чувствую себя гораздо лучше. Это так необходимо?

— Да. Это меры предосторожности для комфортного и безопасного пребывания представителей разумных рас.

— Впервые вижу столько!.. И в одном месте. Наверное, нехорошо так откровенно пялиться на них, — смутилась Кейт, разглядывая собравшихся.

— Для некоторых из них ты — тоже открытие, — возразил я, — расслабься. Здесь с тобой ничего плохого не случится.

Легкая платформа проплывает в воздухе по заданной траектории над демонстрационным залом. Кейтлин держится за поручни и восхищённо вскрикивает, когда пол и стены начинают раскрашиваться радужными всполохами.

Голографические изображения яркие и сочные, как живые. Я переключаю скорость, и платформа начинает двигаться чуть быстрее.

— Красиво! — восклицает Кейт, оборачиваясь на меня. — Промо-ролики врут не во всём, да?

— Конечно, нет, — улыбаюсь я, — рада видеть?

— Очень…

Время в обществе Кейт пролетает незаметно. Оказывается, очень приятно впитывать её эмоции даже так, считывая по едва заметным жестам или оттенку её глаз.

— Мы всё время будем находиться здесь?

— Нет, это демонстрационный зал. Можешь прогуляться с Мердоком по остальным зонам. Пока я буду занят официальной частью.

— Мне туда нельзя? — полюбопытствовала Кейт.

— Нет. Туда допускаются только официальные лица.

— Подтверждение кандидатуры на пост Президента Сектора, — задумчиво говорит Кейт, отворачиваясь, чтобы я не считал выражения её глаз. Но по её поникшим плечам и немного опущенной голове я понимаю, что девчонка опять в чём-то сомневается.

— Хочешь поговорить?

— Нет Всё в порядке, — моментально отзывается Кейт.

Становится ясно, что ни хрена всё не в порядке. Наверняка это связано с грёбаными условиями нашей сделки.

— Ты же сама убедилась, что сейчас ты рядом со мной не из-за сделки, Кейт. Всё изменилось.

— Да? — оборачивается Кейт. — А обязательное условие тоже изменилось?

Я сжимаю челюсти: всё изменилось так быстро, что я просто не успел подумать и покопаться ещё и в этом вопросе. Но от одной мысли меня вдруг начинает штормить. Я ни хрена не смыслю в родственных связях. Их, блядь, у меня, как выяснилось, вообще не было, и быть не могло. Но в этот миг внезапно становится тяжело дышать и страшно, будто платформа под ногами истончается. Я прекрасно помню слова Мердока о паре и о синхроне о возможности зачатия и ещё много о чём.

Но о чём мне не сказал умник, так это то, что после синхрона даже потенциальная возможность нанести болезненный удар своей паре кажется кощунственной. Мне проще отгрызть себе руку, чем ударить Кейт больно и глубоко. Сейчас я уверился, что она будет страдать, если ребёнок появится и надо будет его отдать. Кейт согласилась легко и просто, выплюнув несколько слов. Но она, как и я, понятия не имела, на что соглашалась приобрести и потерять.

— Условие не изменилось, — медленно отвечаю я. — Мы всё обсудим. Не здесь, с этими поводками на шее, а там… Когда будем сами собой, идёт?