Сладкое зло - Дана Стар

— Ну привет, «доченька»…

— Не смейте меня так назвать!

Возмущение было проигнорировано.

— Ты почему не отвечаешь на сообщение?

— В душе была.

— Запомни! У тебя в запасе есть тридцать секунд, чтобы ответить.

Иначе…

— Знаю! Посадите меня в тюрьму.

— Бинго, малышка, — ехидный смешок, — Ну что, как твои дела? Говорить можешь? Ты ведь у него дома?

— Да.

— Есть новости?

Меня накрыло ещё одной волной агонии.

— Н-нет. Пока нет.

Виктор мент. И его вряд ли проведёшь. Он ведь даже по голосу может запросто определить — вру я, или нет.

— А если честно?? Знаешь, милая, я так привязался к вашей семье… Что наверно буду рыдать, когда вас затолкают в грузовик с решётками и отправят далеко и надолго. Спрашиваю ещё раз, млять! Есть новости? И где твой стероидный обезьян?

— Он… Он… Я не знаю. Не уверена.

— Не заставляй меня давить на чувства.

— Кажется, он поехал на рыбалку.

— Вот как? И ничего подозрительного? Совсем? А тебя почему не позвал?

— Разве что…

Виктор затих. Даже задержал дыхание. Даже там, по ту сторону телефонного разговора, весь посторонний офисный шум практически стих.

Он знает, что я что-то не договариваю. Он как рентген… видит меня насквозь.

— Давид получил сообщение… В котором было написано «Сегодня идем на кита».

— ВНИМАНИЕ! Полная готовность! Они собираются брать кита! — вероятно, этот возбуждённый оклик уже был адресован не мне. — Соня! Когда он уехал?? — теперь уже мне.

— Полчаса назад. В чём дело?

— Скорей всего твой парень решил сегодня ограбить самый крупный банк в городе — «Кит Инвест Финанс». Спасибо за помощь. И за наводку.

Сказав это, Виктор быстро отключился. А я… я в ужасе швырнула телефон в стену.

***

Я не могла дышать полной грудью, не могла смотреть без слез на нашу совместную фотографию на заставке моего телефона. Я вспоминала его голос, его улыбку и то, как он голыми руками вытащил меня из-под обезумевшей толпы в момент нашей второй встречи. В тот миг я поняла, что влюбилась.

Но что же я делаю сейчас?

Я убиваю эту любовь. Швыряю её в грязь и топчу ногами.

Теперь меня грызла совесть. Отрывала кусок за куском… кусок за куском!

Тогда я поняла, что совершила ошибку. Когда исправлять было уже слишком поздно.

Я набирала номер любимого до тех пор, пока у меня не онемели пальцы. Но тщетно. Он не брал трубку. Абонент был недоступен.

Тогда я позвонила Максу, позвонила Диме — тоже самое!

Проклятье!

Нужно их предупредить! Немедленно!

И будь, что будет!

Может быть… случится чудо… и я успею.

Я ведь не переживу этого… Если по моей вине Давид пострадает. Его ведь могут ранить. В ходе перестрелки, например. Или даже хуже…

***

В панике, среди исходящих номеров братьев Давида, я отыскала номер телефона Карины и быстро нажала на кнопку вызова.

Увы, других вариантов по исправлению ситуации, я не видела.

«Давай же, возьми трубкууу!» — рыдала, бродила туда-сюда по комнате, спотыкаясь на каждом шагу.

— Алё… — Раздалось вялым эхом.

Вероятно, подруга ещё спала.

— Каринааааа! — я сорвалась в безвыходной истерике, — Нужна твоя помощь! Пожалуйста…

***

Через несколько минут у дома Давида припарковалась красная иномарка.

Я уже минут пять как топталась возле калитки, с беспокойном высматривая автомобиль подруги, как вдруг — увидела.

Она даже не успела накраситься перед выходом. И, кажется, до сих пор ещё досматривала свой прерванный сон. Непривычно было видеть привычную «звезду ночных тусовок» в подобном образе. В образе помятой подушки.

— Гони! Умоляю! Вот сюда! — юркнула в тачку, ткнув пальцем в маршрут в телефоне, который построил мне навигатор.

— Что, прям вопрос жизни и смерти? — скривилась.

— Да! Давид в беде! И твой парень, кстати, тоже. Нет времени объяснять! Просто поехали! Прошу тебя!!!

Ей-Богу! Если она сейчас же не тронется с места — я вышвырну её из машины и сама сяду за руль!

Карина, оценив моё припадочное состояние, резко втопила педаль газа в пол. Инерционным рывком нас впечатало в спинку кресел.

— Сделаю это ради тебя!

— Не поняла? — с удивление в мимике.

— Ну в смысле… просто потому, что ты просишь. На Макса мне насрать.

— Как это? Что случилось?

— Ублюдок меня кинул. Буквально вчерашним треклятым вечером… Заявил, что то, что между нами было — не более чем веселая интрижка. Он сказал, что ему было приятно со мной трахаться, что я горячая чика, но… ему не нужны длительные отношения.

— Писец. Ты это серьёзно?

— Нет, бл*ть! С первым апрелем, дорогая! Бросил он меня! Сказал, скоро свалит из города. Но тачку решил оставить. В качестве моральной компенсации. Я вот ещё не решила, что с ней сделаю. Может быть разъ*башу на обочине, может на металлолом, или продам на колхозном рынке барыгам. А вдруг она вообще краденая?

Наконец-то до неё дошло.

Вот только до меня отчего-то не доходит.

— Мне очень жаль…

— Прости меня, Соня. Ты была права. Но я, если честно, не рассчитывала на свадьбу. Мне нужны были от Макса лишь бабки, жесткий секс и тачка. Как-нибудь переживу это грёбанное горе. А у тебя что случилось? Что за паника?

— Понимаешь…

Пришлось рассказать все от начала до конца.

После моей история, Карина, по тону бледности кожных покровов, переплюнула даже меня.

— Охренеть просто! Они что… реально уголовники? — она настолько сильно удивилась, что даже не заметила, как из её рта выпала жвачка.

— Не знаю! — покусывая ногти, — Но слишком уж много доказательств.

— Я просто в шоке! Да ещё и тебе повезло с этим твоим «новым» папиком»… стать шестеркой. — Карина разогнала машину до ста километров в час и ловко маневрировала между встречными автомобилями.

А мне вот было ни капли не страшно попасть в аварию!

Страшнее было… не успеть.

— Да, спасибо! Ты сейчас будто бы поставила на мне словесное клеймо. Шестерка.

— Ладно, расслабься. Ты сама на себя не похожа. Выглядишь крайне паршиво. Выпей хоть воды, там, в бардачке. Мы уже подъезжаем.