Шерше ля фам - Алина Весенняя

В отеле они попробовали всего по чуть-чуть и остались довольны качеством продуктов.

Со сладкими впечатлениями было приятнее засыпать, чем с кислыми.

Утром после завтрака Галина собралась, дождалась свою приятельницу и уехала к ней в гости.

– До свидания в аэропорту! – помахала она на прощание Аллочке.

– До свидания! Хорошего отдыха!

Аллочка написала Назару: «Привет! Моя соседка уехала, сегодня я буду одна».

«Привет! Я приеду к тебе, но только поздно ночью. Некому работать. Ничего?»

«Ничего! Я буду тебя ждать! До встречи!»

«До встречи! Целую!»

Впереди был долгий день, Аллочка и Надин решили провести его в праздных прогулках по Нью-Йорку. Они вышли в незнакомом месте Манхеттена. Множество туристов гуляло по улицам города. Кто-то просто смотрел по сторонам, кто-то пил кофе в многочисленных открытых кафе.

Женщины прогуливались, фотографировались и восхищались видами мегаполиса. Через три часа прогулки они изрядно утомились и проголодались. Передохнуть и пообедать путешественницы решили в итальянском ресторане. Обслуживание было на высшем уровне. Салат «Цезарь» абсолютно ничем не отличался от московского. Аллочка заказала лосося, а Надин – кальмаров в чернильном соусе. Все было вкусно приготовлено и красиво подано.

Насытившись и передохнув, женщины на метро добрались до отеля. В отеле они разошлись по своим номерам.

Аллочка приняла душ, включила телевизор и погрузилась в полусон.

Уже была глубокая ночь, когда в ее номере зазвонил телефон. Администратор что-то спросил, Аллочка наугад ответила: «Ес!». И, видимо, угадала, так как через минуту в ее номер постучали. Она открыла дверь. На пороге стоял уставший Назар.

– Привет! – обрадовалась Аллочка.

– Привет!

– Устал?

– Есть немного.

– Ну тогда мой руки, а я приготовлю тебе перекусить.

Назар пошел в ванную комнату, а Аллочка достала из холодильника разной снеди: колбасу, фрукты, йогурты и маленькую бутылочку виски.

Назар с удовольствием выпил виски и перекусил чем Бог послал.

– Спасибо! Хотя хлебушка бы не помешало.

– Ну, извини, про хлебушек я забыла. Ты как? Сильно устал?

– Не переживай, на тебя мне сил хватит!

– Это хорошо!

– Угу! Вот только побреюсь. Не могу же я отпустить тебя домой всю поцарапанную.

– Ты переживаешь за меня?

– Конечно!

– Мне приятно.

Нежные ласки переросли в красивый ночной секс. Назар быстро отключился, а на Аллочку вдруг нахлынули размышления. Ей очень нравился этот мужчина, намного больше, чем ей бы того хотелось. Вот завтра она снова улетит в Москву и погрузится в водоворот дел и обязанностей. Снова только труд, и никакого секса. Неужели человек рождается только для труда…

В молодости ничего не можешь себе позволить, потому что вечное «нельзя» как Дамоклов меч зависает над головой. А в возрасте – потому что этого никто не поймет. Вроде все нормально, все есть, и на фига ей еще секс и любовь на шестом десятке…

Под такие размышления Аллочка уснула.

Утром, пока спал Назар, она приняла душ и привела себя в порядок. Вместе с ночью ушли и тревожные мысли. Женщина стала собирать свои немногочисленные вещи. Все когда-то заканчивается. Вот и ее увлекательная поездка на Американский континент подходила к концу. Вдруг она заметила, что за ней наблюдают. Она подняла глаза и увидела, что Назар не спит, а пристально смотрит на нее своими черными глазами-черешнями.

– Иди сюда!

Аллочка как загипнотизированная подошла к постели и села на ее край. Мужчина отбросил одеяло и явил ее взору крепкий член в полной боевой готовности.

– Приласкай его, пожалуйста!

Кажется, у женщины случился роман не только с Назаром, но и с его членом. Если бы последний мог говорить, то он бы громко крикнул: «Я хочу тебя! Я люблю тебя!». А так только нетерпеливо подрагивал, предвкушая скорое проникновение в ее женскую сущность.

– Милый мой! – Аллочка прикоснулась нежным поцелуем к его розовой головке.

Она стала покрывать поцелуями его крепкий стержень и яички, потом облизала его совершенное хозяйство и, наконец, взяла член в ротик.

Всего пять минут подобной нежности завели Назара до предела. Он остановил женщину. Снял с нее сарафанчик. Поставил на четвереньки и вошел сзади, глубоко, до упора.

– О! Да-а-а! Да-а-а! Да-а-а! – постанывала Аллочка.

Он брал ее долго, монотонно, проникая в каждый потайной уголок ее женского существа.

Они совокуплялись до золотых кругов перед глазами, до провалов в памяти, до судорог в онемевших конечностях!

– Милый мой! Милый! Милый! – в полузабытьи бормотала Аллочка.

Теплая сперма благодатным дождем оросила ее спину. Они упали в полном изнеможении на подушки.

Через некоторое время Аллочка пришла в себя. Как в забытьи, спустилась на завтрак, немного перекусила сама и принесла завтрак Назару.

Он уже закончил свой утренний туалет и сиял, как новая копейка.

– Приятного аппетита! Кушай, ты заслужил! – улыбнулась Аллочка.

– Спасибо!

После завтрака Аллочка завершила сборы. Они болтали много и ни о чем. Вдруг Назар протянул ей пятьдесят долларов.

– Что это?

– За лекарства.

– Ты что? Не нужно. Это мой тебе подарок.

– Возьми.

– Не обижай меня.

– Хорошо, не буду. Я могу теперь считать, что у меня в Москве есть подруга?

– Конечно! И не просто подруга, а близкая подруга.

Они говорили, а время шло. У Назара был выходной. Ему хотелось оставаться с Аллочкой до самого ее отъезда с группой в аэропорт.

Вдруг он снова подтолкнул ее к постели. Аллочка немного уперлась. Он не терпящим возражения жестом положил ее навзничь, задрал сарафанчик, прижал ее запястья к постели и глубоко вошел в ее горячие недра, глядя прямо в глаза.

Она не закрыла глаз. Эта прощальная близость происходила не только в районе гениталий, но и глаза в глаза. Ее серо-зеленый взгляд тонул в его черном омуте. Она вдруг почувствовала его силу, его магнетизм, может быть, даже то, чего он и сам не знал о себе. Небо разверзлось! Любовь снизошла!

Все дальнейшие события для Аллочки протекали как во сне. Вот они попрощались, вот она спустилась в холл отеля и с группой на микроавтобусе отправилась в аэропорт. Все формальности были пройдены без сучка и задоринки. Им достались места в самом хвосте, но каким-то чудом, уже в зоне ожидания, их поменяли на места в центре самолета. Это событие Аллочка отнесла на счет ясновидящей-феи Галины.