Шерше ля фам - Алина Весенняя

Они прошли московскими дворами на Поварскую улицу, на которой размещалось кафе. Зашли внутрь, заняли столик у окна. Он заказал себе персиковый сок и чай, она свежевыжатый морковный фреш со сливками.

– Ну, как ты живешь? – спросил Влад.

– Нормально! Сейчас не работаю, отхожу от смерти мамы.

– Да, прошлый год у тебя выдался тяжелый.

– А ты как?

– Тоже нормально.

– Больше не ездишь по заграничным командировкам?

– Пока работаю в Москве.

– А я знаю, почему ты так часто и внезапно уезжал за границу. Вот ты мне никогда и ничего о себе не рассказывал, а я о тебе почти все знаю.

– И что же ты знаешь?

– То, что ты работаешь в разведке!

– Тише! Говори тише! – Влад непроизвольно огляделся по сторонам.

По его поведению Аллочка поняла, что попала в точку.

– И вообще, ты плохо меня знаешь. Я мерзавец!

– Как это? И что, для тебя ничего не стоит обидеть человека?

– И не только обидеть!

– Что, может, и убить?!

– Может, и убить!

– Не говори так! Я не могла бы полюбить мерзавца! Не верю!

Влад промолчал. Хотя это его признание все расставляло на свои места. А то Аллочка не раз думала, что это она идиотка, когда пыталась объясниться с ним, а он так ни разу и не ответил. Он так и не позволил ей поставить точку в их отношениях.

Получается, что он победил. Время прошло, и остались только хорошие воспоминания, а страсть переросла, перебродила в дружеские отношения.

– Ладно! Не будем об этом. У тебя есть женщина?

– Да!

– Кто? Твоя бывшая секретарша Ирэн?

– Не секретарша, а моя помощница.

– Ну да, это теперь так называется.

Она непроизвольно дотронулась до его предплечья, он интуитивно отдернул руку. Всего лишь одно движение. И целая непреодолимая пропасть между ними.

– Ты ее любишь?

– Нет! Но она дорога мне, и я к ней привязан.

Аллочка побоялась спросить, а любил ли он ее. Ответ и в ее случае мог бы быть отрицательным. Но того, что он не любит свою новую женщину, вполне было достаточно для удовлетворения ее самолюбия. С ним они, по крайней мере, целовались, а сейчас он даже не целуется.

В глазах Влада стал появляться такой знакомый до боли, игривый огонек.

– О! Узнаю тебя прежнего!

– А у тебя есть мужчина?

– Никого у меня нет. И не до этого мне было последнее время.

– А как у тебя с сексом?

– Да почти никак. Иногда случается с мужем.

– И как же ты живешь без этого со своим темпераментом?

– Вот так и живу!

– Я хочу пригласить тебя в нашу команду.

– В какую такую команду?

– Можно начать – мужчина и две женщины, потом круг участников будем постепенно расширять. Да не переживай ты, это все достойные люди.

– Ты просто неисправим!

– Это новый тип коллективных отношений, тебе понравится.

– Спасибо, конечно, за оказанное доверие, но ты же знаешь, это не мое, и к тому же я не лесбиянка.

– А тебя никто и не заставляет быть лесбиянкой. Я подумал, раз ты все еще не забыла меня, то, наверное, и правда любила.

– Нет! Это я притворялась, от нечего делать, и писала сборники стихов о любви к тебе.

– Мы можем снова быть вместе.

– Но только, если я поняла тебя правильно, втроем.

– Ты поняла меня правильно.

– Я бы, наверное, смогла полюбить женщину, но только если бы она была мной. Твоя Ирэн – это я?

– Нет. Она это она.

– Тогда вряд ли я полюблю ее. А ты не боишься, что она влюбится в меня, и я отобью ее у тебя? – ухмыльнулась Аллочка.

– Нет! Не боюсь.

– А зря!

– Нам нужно встретиться втроем, посидеть в кафе, пообщаться. Кстати, она к тебе хорошо относится.

– А с чего бы это ей относиться ко мне плохо? Это же не я тебя у нее увела!

– Никто меня ни у кого не уводил.

– Ну тебе виднее. А эти дурацкие анонимные письма, эта Ольга Петрова. Кажется, я знаю, кто их писал. Но лучше помолчу. Значит, с кем-то ты занимался сексом в Ницце, а со мной – где придется.

– Да ни с кем я сексом в Ницце не занимался. Просто там у нас была выставка.

– Понятно! Я подумаю.

– Подумай.

– Может, ты и прав, теперь, когда моя любовь к тебе поутихла, может, что-то и получится. Все равно у меня никого нет, а здесь хоть что-то.

– Тебе понравится, не сомневайся. Сначала посидим в кафе. Я напишу тебе на следующей неделе, обсудим время и место.

– Хорошо! А вдруг я снова в тебя влюблюсь?

– Значит, тебе снова будет больно!

Такая перспектива не особо понравилась Аллочке.

– Ладно, поживем – увидим!

Аллочка расплатилась с официантом. На выходе из кафе он вдруг игриво схватил ее за грудь. Надо же! Чего-чего, а этого она не ожидала.

– Да ты проказник, однако!

– Угу, я такой!

На прощание они помахали друг другу ручкой.

– Приятно было увидеться, поговорить. Пока!

– Мне тоже! Жди сообщение.

– Хорошо!

– До свидания!

Влад пошел домой, а она направилась к метро. Сейчас Аллочка поняла только одно: безумной страсти больше нет, она научилась жить без него и теперь полностью контролирует ситуацию.

Послевкусие нежности – руки твои

С терпким привкусом прошлого счастья.

Быстро канули в Лету безумные дни,

И по жизни пришлось нам расстаться.

Лишь полынная горечь на тонких губах.

Скачет серою жабой разлука…

Да кристаллики льда в потускневших глазах,

И в растерзанном сердце ни звука.

От любви отречение – грустный сюжет,

В нем былого блаженства огрызок…

И тебя в моей жизни уже больше нет,

И конец грустной повести близок…

Групповым сексом Аллочка решила заняться, скорее, из любопытства. Да будь что будет! В конце концов, никогда не поздно отказаться, если не понравится.