В ловушке страсти - Алина Лис

– Послушай, у меня были причины. Это не просто прихоть…

– Да неважно, – она сердито тряхнула головой. – Мне просто не нравится, что ты заставляешь, приказываешь. Не спрашиваешь чего я хочу, не даешь выбора.

– Я и так знаю, чего ты хочешь, я же слышу твои эмоции, забыла? И можно подумать, ты бы подпустила меня, дай я тебе выбор.

Его накрыло облаком чувств – таких сложных и противоречивых, сплетенных в такой дикий клубок, что Дэмиан на мгновение ослеп, оглох. Проклятье, как она носит в себе все это?

– Не знаю, – тихо сказала Риана. – Может… Может и подпустила бы.

Он выругался и обмяк.

***

Ей потребовалось меньше десяти минут, чтобы найти секретную кнопку. Картина с тихим шелестом отползла в сторону, показав бронированную морду сейфа, и Дэмиан ухмыльнулся.

Ну, что вы теперь будете делать, Ваше Высочество?

Риана скрестила руки на груди и встала, разглядывая сейфа, как противника на арене.

– Они ведь внутри? – уточнила девушка, обернувшись к нему.

– Может быть, – насмешливо протянул демон. – А может и нет. Проверь.

– И код ты мне не скажешь?

– Не-а. Но ты можешь меня помучить, чтобы узнать его. На чем мы остановились?

Сама кодовый замок она не вскроет, а Дэмиан шифр ей точно не скажет. Какая еще нахрен свобода выбора?! Зачем это ей?!

Девушка медленно покачала головой.

– У меня есть идея получше. Надеюсь, тебе не очень дорог этот сейф?

– Что ты собираешься… – он дернулся и скривился, чувствуя, как кровь снова выступает на едва подживших запястьях. – Стой, дура! Это же “Зелинджер”, там защита!

Но Риана уже положила ладонь себе на грудь и вынула из нее меч. Словно выкованный из солнечного света, такой ослепительно-яркий, что глаза слезились.

– Нет! Риана, подожди! Стой! – демон снова дергался, рвался в наручниках, как бесноватый пес с привязи, пытаясь предупредить ее. Не слушая его криков, девушка медленно подняла клинок и ударила.

Защитное поле на мгновение вспыхнуло, встретившись с силой клинка анхелос. Мигнуло и просто лопнуло, как мыльный пузырь, обдав тело порывом горячего ветра.

И сталь – особая, укрепленная магически, сверхпрочная сталь, способная выдержать струю пламени дракона – разошлась, как кусок масла.

– Ты смотри, получается! – азартно выкрикнула принцесса. Еще три удара и дверца сейфа медленно, как в дурном сне, отделилась от стены и рухнула на пол, выбив из паркета щепу.

Проклятье, она сделала это! Никогда бы не поверил, если бы не видел своими глазами!

– Стой! Риана, подожди! Помнишь, тот разговор, который мы слышали в подсобке?! Ты в опасности, тебя хотят похитить… Это важно, твою мать! Сними наручники и выслушай меня!

Когда она подошла к кровати, Дэмиан даже поверил, что все-таки сумел до нее докричаться. Ровно до того момента, как Риана открыла пузырек и мазнула его по шее пробкой, испачканной в бледно-желтой субстанции.

Телом завладел уже знакомый паралич, еще более всеобъемлющий и страшный, чем объятия смирительной рубашки. Абсолютная, унизительная беспомощность, как в стазисе, когда не можешь издать ни звука, ни двинуться.

С беспросветным отчаянием Дэмиан следил за тем, как девушка возвращается к сейфу, как роется внутри, как с ликующим криком достает крохотный бледно-голубой кристалл – на такие записывались спектрографии в магофонах.

В этот момент демон проклял собственную беспечность. Думал ведь уничтожить носитель – для шантажа хватало и угроз, сами спектрографии не обязательны.

Пожалел. Слишком соблазнительной получилась Риана на этих кадрах. Связанная, беспомощная, полностью покорная его воле. Слишком сладкие воспоминания несла за собой эта картина. А надо было уничтожить, не рисковать ее репутацией, все равно ведь не собирался выполнять угрозы. И пусть бы принцесса искала снимки в его доме хоть до сошествия всех богов.

Принцесса вставила кристалл в свой магофон и восторженно взвизгнула.

– Да! Кто молодец? Я молодец!

“Подожди! Не делай этого! Или делай – ломай, уничтожай, но останься со мной! Ты нужна мне!”

Хрупкий кристалл дзенькнул и осыпался хрустальным песком на пол.

– Вот и все, – потерянно сказала принцесса. И торжествующая улыбка на ее лице словно потухла. Девушка медленно подошла к Дэмиану. Тонкие пальцы зарылись в его волосы – он заметил, что Риане нравилось перебирать их, да и сам млел, когда она так делала. Принцесса вставила ключ в наручники, разомкнула их и горько вздохнула, разглядывая уже заживающие отметины.

– Зачем ты так с собой, глупый?

Дэмиан мог бы ответить. Он многое мог бы ей сказать, тот демон, что бесновался внутри неподвижного тела, мечтая разорвать губительные объятия паралича. Схватить Риану, подмять под себя и держать. Пусть кричит, возмущается, лупит его кулаками. Дэмиан все равно ее не отпустит. Объяснит, докажет поступками, что она принадлежит ему. Если надо – свяжет, запрет, но не даст сбежать. Пока ее еще можно остановить. Пока она не покинула его дом, чтобы уйти окончательно.

Строптивая и нежная, упрямая и ранимая принцесса за четыре коротких дня успела стать бесконечно важной для него. Запустила в сердце побеги – колючие, как терновая ветвь на ее теле, и сейчас готовилась вырвать их, оставив кровоточащую рану.

– Я… мне жаль, Дэмиан, – девушка наклонилась, на мгновение прижалась губами к его губам и тут же отпрянула. Демону показалось, что в распахнутых глазах блеснули слезы. Симфония ее эмоций зазвучала для него в последний раз – торжественно и минорно, как хорал в храме. – Прощай.

Он все еще боролся с собой, раз за разом пытаясь совершить невозможное и пошевелиться, когда она снимала его подарки, чтобы оставить их на тумбочке у кровати, и шла сквозь комнату. Когда ее каблучки стучали по лестнице, отсчитывая ступени. Когда хлопнула входная дверь и где-то за окном послышалось урчание движителя такси. Стрелки часов бежали по кругу, отсчитывая мгновения бесплодных попыток.

Но чуда не случилось – он опоздал, безнадежно опоздал. И когда спустя вечность пришла боль, принеся с собой свободу, демон взвыл, как раненый волк, оплакивая свою потерю.