Золушка в поисках доминанта. Остаться собой - Дора Коуст

— Большое спасибо за заботу.

— Все для тебя.

Нет, не широкая улыбка окрасила его лицо. Совсем другая. Такая, которая полнится самой настоящей нежностью. Даже не предполагала, о чем он может думать в этот момент.

Уже решила для себя, буду принимать его таким, каким хочет быть, но ближе не подпущу. Слишком больно вновь обжигаться о пылающие языки костра. Я совсем не знаю его, почти ничего не знаю о нем, а знакомиться вновь, желания нет. Просто подожду, пока наиграется, а потом… а потом устрою свою тихую и спокойную жизнь.

— Осталась последняя комната. Идем. — подал руку и после секундной заминки я взялась за нее.

Взялась, но оставалась на стороже…

— Наша спальня. — проговорил, подтолкнув в комнату.

Чистая, светлая, просторная. Плотные серые тона дополняли фисташковые. Красиво и легко, но…

— Мне нужна отдельная спальня. — выговорила твердо.

Чего-то такого и ждала. У мужчин всегда все просто. Я решил, значит так и будет. Но со мной в этот раз этот номер не пройдет. Обида ушла, забылась, но послевкусие осталось горечью на губах. Если думал, что так быстро лягу с ним в кровать, ошибался. Хотела сразу разделить территорию, чтобы понимал и не строил иллюзий. И пусть в душе уже согласилась, — люблю, чертовски люблю, чтобы простить, чертовски люблю, чтобы понять, что нужен как воздух, — должна была удостовериться, что маска снята окончательно. Или убедиться, что наши пути разошлись…

Так бывает, что разглядываешь чувства не сразу. Я пыталась уйти, убежать, как физически, так и морально, но не помогло. Не помогло, потому что не влюбленность намертво вплелась в сердце. Лишь будучи с Деймоном поняла, не хватает… Сначала искала, чего не хватает. Остроты, чувственности, общения. А потом пришел Конт и хватило всего. Нужны были ни что-то и ни кто-то, а конкретный человек. Тот, от которого сердце сбивается с ритма, а дыхание останавливается.

— Позволь узнать, чем тебя не устраивает общая? — хмурился, явно скрывая злость.

— Мне нужно свое личное пространство.

Хотел что-то возразить, но его прервал телефонный звонок.

— Минуту. — обратился ко мне.

По глазам видела, собирается воевать со мной. Снова война.

— Да? — выслушав оппонента, взглянул на часы. — Буду через двадцать минут. Пусть подождет.

Ждала его ответа с затаенным дыханием. Ну же, Мистер Конт. Покажите мне своего деспота.

— Здесь есть еще две свободные спальни. Выбери ту, что понравится. — приблизившись, хотел поцеловать в губы, но я отвернулась и ему ничего не оставалось, как коснуться щеки. — Вернусь через пару часов.

Стояла на месте, пока не скрылся на лестнице. Лишь тогда вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Ему точно не понравилось мое поведение, но и он не был идеальным раньше. Пришло мое время отыгрываться, Мистер Конт.

Вторую спальню даже не рассматривала. Зайдя в первую, сразу поняла — мое. Она почти ничем не отличалась от той, что принадлежала Конту, разве что была выдержана в коричнево-бежевых тонах.

После больницы очень хотелось принять душ, но смогла лишь кое-как обмыться, чтобы не намочить рану. И какой черт дернул меня спасать этого засранца? Безумно хотелось спать. Настолько, что веки закрывались сами собой, когда пыталась смотреть телевизор. Из дремы вырвал стук в дверь.

— Мисс Гиш, к вам можно? — раздался женский голос.

— Заходите. — прокричала в ответ и тут же поморщилась от боли.

Нужно переворачиваться аккуратнее.

На пороге появилась женщина в фартуке. Навскидку могла бы дать ей около сорока. Улыбалась по-доброму, но с толикой любопытства во взгляде. Видимо, было интересно, кто прячется в одной из спален весь день.

— Меня зовут Миссис Норис, и я принесла вам обед. Мистер Конт задерживается на встрече и просил передать вам, чтобы вы не беспокоились. Сказал, что вернется к ужину. — пройдя в комнату, поставила поднос на столик, у которого ютились два кресла.

— А можно вас попросить ужин тоже принести в комнату?

— Можно… — изумленно ответила женщина. — Но разве вы не хотите…

— Не хочу. — чувствовала себя настоящей стервой.

Да, эта роль была мне не по зубам, но все меняется. Я поменялась, узнав о том, что творилось вокруг меня. Чтобы выжить, иногда просто необходимо быть стервой. Даже против своей воли.

— А это что? — поднявшись с кровати, поправила длинное вязаное платье.

Пакеты с вещами обнаружила в комнате еще тогда, когда вышла из душа. Позаботился обо всем, лишь бы я чувствовала себя комфортно. Но разве любовь можно купить вещами?

— Телефон. Один из охранников привез полчаса назад.

Новенький смартфон лежал на подносе между тарелками.

— Понятно…

Уже привыкла к тому, что мобильника нет. Без него оказалось куда проще жить, но Конт, как и всегда неумолим. Каким бы лапочкой он не хотел казаться, не контролировать не мог. Но ведь это не означает, что я должна слепо следовать его правилам…

— Спасибо. Вы можете идти. — отодвинув навороченный смартфон на самый край, присела за столик, собираясь подкрепиться как следует.

— У вас будут какие-то предпочтения по поводу ужина? — зачем-то уточнила женщина.

Хм… Предпочтения?

Медленно осознавала, что могу попросить приготовить все что угодно. Черт, только бы не привыкнуть к этой идиллии.

— А можно торт?

— Торт?

— Да. Такой, знаете, — мечтательно прикрыла глаза, представляя вкусняшку, — с белковым кремом и ягодами.

— Понимаю. Это все?

— Все. Остальное на ваше усмотрение. Я почти всеядна. — призналась, краснея щеками.

— Приятного аппетита.

Когда женщина выходила из спальни, я даже не поверила своим глазам. Словно самая важная особа в мире, ленивой походкой в комнату вплывала Мурлыка. Ее глазки хитро щурились, будто она знала какой-то особый секрет, что нам смертным, доступен не был.

— Мурлыка! — не сдержала собственного восторга, вылетая из-за стола, словно ужаленная.

Схватив котейку на руки, поняла, что та изрядно потяжелела. А может быть, это я уже просто забыла, какой она большой комок счастья.

— Смотрю, кого-то откармливали не на шутку. — лизнув мою щеку, эта пушистая дама громко заурчала, ощутимо пробирая мою грудь.

— О, так это ваша. А мы все гадали, как ее назвать. Ее тот же охранник привез вместе с телефоном, но ничего гаденыш не сказал. Ой, простите! — всплеснула она руками.

— Ничего-ничего. — не смогла сдержать улыбки. — Я вас прекрасно понимаю.

Отобедав, все-таки нагло завалилась спать. Больше перебарывать себя не могла. Организм уставал, хоть и ничего не делала толком. Видимо, ранение ослабляло.