(Лже)невеста для лучшего друга - Анастасия Зинченко

– Шоковая терапия. Чтобы быстрее вставала на ноги. Появилось желание?

– Желание? Еще какое! – пришлось оторвать взор от полотенца, да подняться по рельефному прессу и мускулистой груди выше, к ехидной физиономии. – А, или ты про какое желание говоришь?

– Артемьева, – Костя откашлялся, завел руку за голову, лохматя короткие волосы. – Иногда я не пойму, ты шутишь или соблазняешь.

– Одно другому не мешает.

– Я же воспользоваться могу.

Откинула одеяло в сторону, приглашающее вытягивая ножку.

– Я тут нагрела как раз.

Костя гипнотизировал меня взглядом после чего… действительно начал приближаться.

Я, честно говоря, не ожидала такого. Думала, вновь что-то фыркнет, да уйдет в свою комнату. Одеваться.

Ан нет, прет. Соблазнительно так.

Приблизился, остановился возле кровати, глядя на меня сверху-вниз. Положил руку на край полотенца, приподнимая бровь.

– Ты же понимаешь, что играешь с огнем?

Сглотнула, скользя взглядом по оголенным участкам кожи.

Когда Ершов был завернут в полотенце, я даже капли того жара, что вспыхнул у меня внизу живота, не испытала. А сейчас… горела. Натурально сгорала. Пыталась хватать ртом воздух, чувствуя, как сердце бьется о грудную клетку, стараясь вырваться из капкана.

– Ты же помнишь, что я никогда не была послушной девочкой?

Костя склонился, ставя одно колено на матрас, и потянулся рукой к моему лбу.

– Температуры нет. – Заглянул мне в глаза. – Ты хорошо себя чувствуешь?

– Интересуешься, чтобы потом не списывать на простуду?

Он хитро улыбнулся.

– А ты знаешь все наперед.

– Кажется, я уже вполне здорова.

– И жаждешь?..

– Завтрака.

Не знаю, почему струсила. Да выпалила наиболее безопасное.

Но Петров, который все еще опирался одной рукой возле моего плеча, сжал простыню, комкая ее в кулаке.

– Марго, ты все-таки сучка.

– Соглашусь.

Костя вздохнул, отстраняясь. Пытаясь прикрыть от меня реакцию собственного организма на явную провокацию.

Проглотила слюну.

Потому как дубинка в какой-то момент оттопырила полотенце, позволив оценить мощные изгибы.

Мама дорогая!..

Не понимаю, как у Сони вообще в голове могла возникнуть мысль сходить налево. Когда рядом на протяжении трех лет был такой… экземпляр!

Да и мне как жить теперь?.. С этим.

– Эй, пещерный человек, – голос почему-то охрип, и пришлось прокашляться. – Я сегодня есть буду на кухне.

– Угу.

Костя вышел из комнаты, оставляя меня наедине с мыслями.

И бросившейся в щеки краской смущения.

Я сейчас на самом деле всерьез рассматривала вариант нашего секса?..

Только потому, что увидела «товар лицом»?.. Да восхитилась размерами?

Но, стоит признать, силен Костик. Ох, как силен!

И все эти годы скрывал такое? Или это я просто сослепу не разглядела?

Прикрыла глаза тыльной стороной ладони.

Дожили.

Теперь у меня Костя будет видеться как идеал мужика. Причем не только как друг, это нишу он занял давно и прочно. И не как слушатель/бойфренд/шеф-повар, тут тоже все лавры его.

Оставался единственный набор: любовник, на ночь/и постоянку.

Но раньше я даже краем уха не косилась в сторону Петрова. Хотя помнила, что его тело очень даже «айс».

Твою же мать!

А были ли у меня вообще любовники, с таким внушительным агрегатом?

Как он в обморок-то не падает, когда к члену кровь приливает? Не должно туда все убегать?

Застонала, понимая, что все, кажется, попала. Весь оставшийся день все мои мысли будут сосредоточены у Кости между ног.

Дожили.

Пришлось собирать себя в кучку, топать в душ, по пути отмечая, как интересно было бы попросить Костика потереть мне спинку, да воображая, что не только спинку ему подставлю.

Уткнулась лбом в кафель, позволяя струям становиться по мановению пальцев холоднее необходимого.

Я маньячка. Сексуальная маньячка! Которая хочет трахнуть друга.

Правильно Костик меня сучкой назвал. Я та еще сука!

Разве можно так с лучшим другом?.. Он вон, заботиться обо мне, а я… думаю, как бы воспользоваться его телом.

Конечно, в ходе процесса он сам также испытает удовольствие, тут я не сомневаюсь, но все-таки, кажется, я веду себя лицемерно.

Сама же ставила границы. Четкие условия нашей дружбы.

«Никакого секса! Не нужно портить дружбу сексом! Секса по дружбе не бывает!».

Я там, кажется, много чего еще говорила.

И до этого дня прекрасно держалась выбранной линии поведения.

– Костя-я-я…

Простонала, просто, чтобы забыться, да тут же взвизгнула, когда из-за двери донеслось.

– Ты звала?

Благо, с той стороны двери! Наружной.

Петров никогда не нарушал моего личного пространства, и не врывался в ванную, когда я принимала водные процедуры.

«А жаль», – шепнуло подсознание.

И я тут же затолкала его обратно.

– Я решила, что хочу блинчики! Со взбитыми сливками!

«Ага, а потом эти взбитые сливки размазать по тебе. Всему».

– Где я тебе взбитые сливки сейчас возьму?

– Ты же повар, приготовь!

Костик что-то пробурчал, однако вода заглушила его ворчание, но, кажется, он согласился.

Выдохнула. Да тут же подставила лицо под душ.

Надо смыть с себя эти мысли. Похотливые, грязные мыслишки, которые будут написаны крупными буквами по всему моему фейсу, если только снова увижу Костика в полотенце.

Надеюсь, он там успел одеться.

Выключила воду, потянулась к вешалке… и замерла.

А мое-то полотенце было в стирке!

И одежда, в которой я спала, уже отправилась в корзину с грязным бельем.

Я так быстро спаслась в ванной, что не подумала о том, что нужно взять с собой.

Переступила с ноги на ногу. И истерически хохотнула.

Кажется, он подумает, что я решила его добить.

– Ко-о-ость!..