Порочный перекресток - Малена Лав

– Я умер, – спрашивает Мэтт и в его взгляде я улавливаю отчаяние, Словно он давно потерял и ориентиры в жизни и смысл.

– Нет, Мэтт. Мы в больнице. Зачем ты убил…

Мэтта вдруг затрясло, и он выгнулся дугой, закатывая глаза.

Я испуганно вскрикнула, положила руки ему на грудь и вдавила в кровать, стараясь передать, когда-то лучшему другу, хоть часть своей силы.

Он изменился. Худой, непривлекательный, с дряблой кожей и бледными, как у стариков глазами.

Маги медики сказали у него отходняк, после наркотической пьянки. И я и сама видела, что он что-то употребляет. Убийство двух путан, лишило его не только последних крох магии, но и жизненных сил.

Он резко открыл глаза и снова спросил, смотря прямо в душу.

– Я умер?

– Нет.

– Ты настоящая? – странный вопрос, но я боюсь заводить долгий разговор в страхе, что он снова загнется от боли или страданий организма, лишенного магии.

– Я убил их.

– Знаю.

– У меня была веская причина. Веская. Веская. Ты бы знала насколько веская причина. Причина. – он бормотал, как безумный и я все время выглядывала за дверь палаты, спрашивая у офицера, нет ли поблизости Маг врача.

Про Мэтта словно все забыли. Теперь он преступник. Волшебник, убивший себе подобных, тут даже состояние аффекта не поможет.

Пожизненное заключение окончательно разрушит его сознание и я честно, не знала, что делать. Как ему если не помочь, то облегчить последние дни этой свободой жизни.

Или знала?

Я написала письмо его родителям и уселась в кресло рядом с ним, иногда поглаживая тонкую руку некогда пышущего жизнью. Челове

Ждать. Поддерживать. Возможно последний раз.

С нашей порочной ночи прошло два года.

А год назад, когда я собиралась рассказать Деймону, как спала с ним под оборотным, у отца случился первый сердечный приступ.

Когда-то я была уверена, что магия способна на все. Но я ошиблась. Никакое волшебство в мире не избавит от Рака. Волшебники им не болели, а на простаков им было наплевать.

До сих пор не могу себе простить, что не замечала признаков приближающейся болезни отца. А все потому что несколько месяцев думала только о себе и своем удовольствии, Совокупляясь с Деймоном под личиной новых и новых девушек.

И я знала, что как только его член оказывался во мне, он пытался осознать, где подвох, потому что сознание все помнило. Как и мое. И именно похоть, владеющая мною, чуть не убила отца.

И сегодня я жду в Голландии, когда начнется внеочередное собрание закрытого, магического клуба по разработке вакцины для лечения Рака.

И идя по коридору, я с ужасом поняла, что узнала Мэтта. Его светлые волосы не спутаешь с ни с кем.

Его родители по счастливой случайности приехали на следующее утро, но ни их мольбы, ни угрозы не могли заставить главу офицеров сжалиться. Будет суд. И Мэтт сядет. Других ответов глаза стража порядка не давали.

Когда в палате возле, периодически вздрагивающего, Мэтта, мое место заняла его мать, я поняла что мне можно уходить.

Моя миссия закончена.

Я обошла бывшего парня с другой стороны и прикоснулась губами к его дряблой щеке.

– Никто не узнает, – вдруг раздался тихий хрип, слышный только мне. – Я убил их. Никто не узнает.

Проблеск сознательности потух и Мэтт снова отключился, а я так и стояла, пытаясь осознать то, что он мне сказал.

Понятно было, что речь идет о порочной ночи, но что значат его слова, о том, что он убил проституток, чтобы никто не узнал.

Я еще долго думала об этом, пока исследования полностью меня не захватили, не отпуская ни на шаг. Я должна.

Я очень постараюсь спасти отца. Я очень хотела оставить след в истории. Но удавалось пока только снять часть боли, которая охватывала тело отца.

Порой мне так была необходима поддержка Деймона, человека с твердым плечом и принципами. Но я отрезала себе все пути, решив для себя, что буду жить для сына, а работать для отца.

И я действительно свято верила что все получится. Я действительно получаю удовольствие от возможности любить.

Спасибо! за ваши отклики)

Очень интересно, что скажет Деймон, относительно ее сладкого местечка и того, как она меняла

Давид