Демон внутри меня - Лана Мейер

При мысли о том, что мне еще раз придется лечь под него, я содрогнулась.

Но вчерашняя встреча с Троем, напомнила мне о том, кем я являлась когда-то, и что в себя забыла. Расчетливую, циничную стерву – разве не такой я была?

И в кого я превратилась? В жалкую ревущую девку, удивительно, что он вообще испытывает ко мне желание.

Я наполнилась силой. Энергией. Я пол дня принимала ванну, стараясь напевать себе под нос любимые песни и улыбаться. Через боль, через «не могу». Я должна. Я должна быть Богиней, чтобы покорить Бога.

Но он скорее, Демон.

Я привела себя в порядок настолько, насколько это возможно. Когда он придет, я встречу Кая во всеоружии.

Он манипулирует мной давно избитыми приемами и теми, что он придумал сам. Отлично, я тоже пойду на риск. Пришло время достать козырные карты…

Ему нужно мое подчинение, преклонение. Хорошо.

Все как с Ясиным. Как с Троем и Крисом. Кай ничем от них не отличается. Разве что тем, что он был самый агрессивный самец из этого стада мужиков, которые видят во мне куклу для траха. Ладно, Крис не такой…впрочем, за его «прекрасными» поступками, стоят не совсем чистые мысли, я в этом не сомневалась.

Я даже накрутила свои волосы с помощью расчески и горячего фена. Накрасила губы соком ягод и ущипнула себя за щеки, чтобы выглядеть свежо, а не бледной поганкой.

Я ждала его. И долго ждать не пришлось.

Я как всегда подскочила, когда Кай проник в мою комнату. Одет он был с иголочки – темно синяя рубашка, на этот раз застегнутая на все пуговицы. От этого она еще больше обтягивала его торс и совершенные мышцы.

Идеальный мужчина. Как жаль, как чертовски жаль, что внутри у него сплошной хаос и разруха.

– Котенок, доброе утро, – легкая полуулыбка трогает его совершенные черты лица, выделяя на нем острые скулы.

Боже, ну, почему я вижу его таким красивым? Он – насильник. Маньяк! Я должна глядеть в глубь, в его гнилое сердце…а я. Не вижу. Клянусь, сегодня в глазах Кая я не вижу того, кто проснулся в нем тем вечером, кога он меня изнасиловал.

Иногда мне кажется, что внутри него сидит два человека. Будто это близнецы. И каждый раз ко мне приходит либо настоящий Кай либо его двинутый на всю голову брат-близнец.

– Доброе утро, милый, – приветливо улыбаюсь своему демону, в ответ брови Кая сдвигаются к переносице, отражая внутреннее подозрение. Мне удалось его удивить.

– Ты назвала меня «милым»? Я «милый» по-твоему? – мое сердце уходит в пятки.

Все мужчины одинаковы. Все. Я — Королева. Ты – никто.

Поправляю простынь на себе, невзначай задевая ладонью грудь, не скрывая соблазнительных движений от его пристального взгляда.

– Вчера ты был таким, – томным голосом протягиваю я, делая шаг к нему на встречу.

Испытываю ли я отвращения к тому, кто так жестоко поступил со мной? Пятьдесят на пятьдесят. Не знаю. Я запуталась, пропала, провалилась в собственном сознании.

Также, как и я вижу в нем двух людей, две грани, две стороны одного и того же человека – плохую и не очень, на эти же грани я делю себя.

Женщина внутри меня желает этого мужчину – его ласки, его прикосновений, страсти, любви, защиты.

Раненная гордость внутри меня жаждет мести. Возмездия. Войны, кровопролития, вендетты за украденную душу. Я хочу расколоть на части его дух, также, как и он мой.

И снова желаю…круговорот бесконечный. Я слишком голодна. Ненасытна. Он разбудил во мне что-то, что крепко спало все годы моей жизни.

– Мне понравилось, Кай. Я не могу скрывать этого. Ты видел все сам…ты все видел, – мой голос опускается до томного шепота, улыбка слетает с чувственных губ Кая. Желваки напрягаются, украшая его лицо возбуждением и мужественным выражением.

В очередной раз, переселив себя, дотрагиваюсь пальчиками до пуговиц на его рубашке. Провожу ногтем по его каменной груди, чувствуя, как каждая мышца под тканью оживает и вибрирует, реагируя на мои движения. Прости, Боже, но в тот миг я мечтаю увидеть его без рубашки…

Я безумна. Также, как и он. Мы оба двуликие.

– Ты был прав. Что мне понравится… – мой голос срывается, пока я изображаю из себя скромницу. Дыхание тяжелеет, грудь раздувается и снова опадает, привлекая его внимание. – Что я буду просить тебя, связать меня…

Кай со свистом выдыхает, хватая меня за запястья. Сжимает с силой, напоминая о каждой язве от его наручников.

А потом смеется прямо в лицо.

– Ты?! Решила ученого учить? Не верю, сука. Но ты меня раздразнила, – от шока, я даже дышать забываю. План провалился.

Я остервенело вцепилась в его рубашку, он не менее фанатично – в мою плоть и кожу. Наши взгляды, озлобленные друг на друга, но полные испепеляющей все на своем пути страсти, сплетаются в жестоком танце смерти.

Кай толкает меня к стене, на что я реагирую диким шипением, по-прежнему удерживаясь за его рубашку, чтобы не ударится головой о стену.

Ну, давай, мразь. Попробуй. Попробуй еще раз меня трахнуть. Не по зубам я тебе, не по зубам…Ты еще пальцы на моих ногах лизать будешь.

Меня поглощает нетерпимая злость, на какую, казалось бы, сломленный человек и вовсе не способен. Желание пробудило жизнь в моих венах, я хватаюсь за рубашку второй рукой, развожу обе в стороны и к черту распарываю ее на Кае.

Когда он вновь сжимает мои запястья, я уже имею возможность лицезреть его натренированное тело. Оголенный торс, где каждая мышца вибрирует от его силы. О, Бог мой. Лучше бы я никогда этого не видела.

Кай Стоунэм – сильный, как человек из стали, и все эти девяносто килограммов мощи и мышц были тогда надо мной. Во мне.

– Сука, ты опять напрашиваешься?! Снова тебя трахнуть? – елейным голосом интересуется Кай, зажимая мои запястья высоко над головой. До боли. Я прогибаюсь в пояснице, как кошка, в ответ он толкается бедрами в мои, мгновенно пробуждая в теле дикое, необузданное возбуждение. Внизу живота просыпается спящий вулкан. И он не собирается меня щадить. – Мало тебе, спрашиваю?! Подчиняйся.

Я вновь обезоружена, зажата со всех сторон Каем, вжата его мощным стояком в стенку. Ощущаю пульсацию его члена даже через ткань. Его жар проникает в меня внутривенно, наша общая ярость сплетается в воздухе, трансформируясь в реактивный источник бесконечных эмоций.

Его губы в пяти сантиметрах от моих, и единственное оружие, которое у меня остается против него – это мой язык.

– Мало, – ожесточенно выдаю я, оскалившись. Дергаясь, извиваясь в его хватке, как змея. – Мало. Давай трахни меня еще раз, мразь, трахни меня. Давай. Попробуй. Забирай мое тело. Но тебе никогда не сломать меня!

А потом я плюнула на него. Черт возьми, я плюнула ему в лицо.