Я чувствую тебя - Ирэне Као

Воскресным, почти летним вечером воздух уже теплый, небо еще светлое и чувство счастливой апатии читается на лицах прохожих. Рука Филиппо легко скользит по моему платью, опускаясь на бедро, пока мы направляемся к выходу из кинотеатра. В Треви показывали «Любовь моя, помоги мне» – фильм из цикла, посвященного Альберто Сорди[52]. Я не ожидала, что зал будет полон зрителей, и сразу же вспомнились университетские кинофорумы, где на показах мы были зачастую втроем или вчетвером, включая меня и Филиппо.

– Было здорово увидеть его снова, – замечает Филиппо с удовлетворенной улыбкой. – Очень странный и особенный фильм.

– Да уж, это не классическая итальянская комедия. – Я поднимаю взгляд, ища нужные слова. – Он оставляет горькое ощущение, – добавляю, морща нос.

– В некоторых сценах не знаешь, плакать или смеяться. И потом, Витти[53]просто фантастична!

– Да.

Киваю головой, чтобы показать Филиппо, что мы думаем об одном и том же, но на самом деле это не так. Водоворот чувств бурлит внутри меня. Я стараюсь скрыть это от его глаз, но не уверена, получается ли у меня, судя по горящим огнем щекам.

Это случилось в тот момент, когда мы были в зале. Я была спокойна и безмятежна и наслаждалась фильмом, прижавшись к моему жениху, голова к голове, рука в руке. Казалось, что все прекрасно. До той самой сцены. Машина, съехавшая с дороги вдоль набережной, жена, которая признается мужу в любви к другому… Яростная ссора, он гонится за ней и заставляет ее передумать, награждая пощечинами. Эта сцена всегда вызывала у меня улыбку, но не сегодня вечером. Моя рука порывисто выскальзывает из руки Филиппо, и я уношусь мыслями на неделю назад. Я была там, в том же месте, эти пейзажи уже пробегали перед моими глазами. Узнаю его: это пляж Сабаудии. Я была там с Леонардо, я тоже была лгуньей и изменщицей. И это не кино, а реальность.

Я не слышала его с того дня. Он не появляется уже неделю, и я постаралась выбросить из головы воспоминания о нем. На самом деле это не сработало, и все вокруг вызывает мысли о нем.

Мы с Филиппо медленно идем по улицам центра Рима и доходим до фонтана Треви, уже подсвеченного. Мой телефон вибрирует, я беру его в руку и вижу, что у меня новое сообщение на автоответчике. Уверенная, что это Гайя, нажимаю ОК и понимаю через секунду, со страхом и возбуждением, что сообщение от Леонардо. Не знаю, быть ли мне счастливой или отчаяться, возможно, и то и другое. Возвращается, пропадает, потом снова возвращается. Почему он не оставит меня в покое? Все так сложно!

Взволнованная, бросаю взгляд на Филиппо, который выглядит рассеянным. Я могла бы выслушать все сообщение, и он бы даже не заметил. Часть меня умирает от желания послушать. Но я останавливаю автоответчик сразу после многообещающей фразы: «Элена, это Леонардо». Хватит. Не позволю ему сказать ничего более в присутствии Филиппо. Рядом с Филиппо.

– Кому ты звонишь? – спрашивает он, замечая, что я прислонилась ухом к телефону.

– Сообщение пришло на автоответчик, – говорю самым беспечным тоном.

– От кого? – спрашивает он с любопытством.

От кого? В голове будто мясорубка…

– От Паолы, – отвечаю, собравшись.

– Она тебе даже в воскресенье надоедает? – Филиппо вытаращивает глаза, в отчаянии от услышанного имени навязчивой коллеги.

– Она попросила меня прийти пораньше завтра утром.

– Какой кошмар!

– Да уж…

* * *

После небольшой прогулки мы останавливаемся на аперитив в «Салотто 42», заведении на Пьяцца ди Пьетра. Это место восхитительно, особенно вечером, а колонны Театра Адриано[54]создают неординарный сценический эффект. Я уже начинаю чувствовать себя лучше. Тревожность испаряется, покраснение на лице проходит.