Муж моей сестры - Милана Стоун

— Мне это не нравится. Надень красное с тонкими бретельками, — раздалось позади, и я мигом вешаю чёрное чудо обратно. — И про каблуки не забудь.

Ох. Он выбрал самое короткое, обтягивающее, ещё и с большим вырезом на груди. А она у меня далеко не маленькая! Такое я бы в жизни не надела.

— Я вам не игрушка, — цежу сквозь зубы, обращая на него взор, одновременно сминаю приятную ткань в кулак. 

Буквально впиваюсь в него взглядом, так как это делает он. Только долго удерживать его не могу.  Мой нелепый страх от близости Минаева постоянно мешает. 

— Нет, не игрушка, — говорит тихо, почти беззвучно. — Не огранённый алмаз, что требует жесткой и опытной руки. 

Хмурюсь, не понимая, что он имеет в виду. Странные выражения в мою сторону. 

— Вы не уйдёте?

По наглому выражению лица понимаю, что никуда он не выйдет, специально будет нервировать и раздражать меня для того, чтобы показать, кто здесь главный.

— Нет, — отвечает бескомпромиссно. И я, сдернув чертово платье, иду в сторону ванной. — Если ты решила спрятаться, то я с легкостью выломаю дверь.

Это последнее, что я слышу.

Не копаясь в своих чувствах, я быстро скидываю с себя домашние вещи и надеваю платье, что оказывается чуть длинней, чем я думала, не считая, конечно, разреза на бедре.

На грудь, что открыта слишком сильно, я стараюсь не смотреть. Когда вижу себя в зеркале, голова начинает кружиться, и я хватаюсь за край раковины, чуть не падаю в обморок. 

Выглядит... Шикарно. Думала, что будет вульгарно, но на самом деле вполне женственно. На вид стала выглядеть старше. 

Пучок, что был на голове, я решаю оставить, только вынимаю несколько прядей, смотрится так, словно над прической долго работали. Иногда такое бывает. На губы блеск, краситься не буду.

Выхожу как на казнь. Глаза в пол, руки в кулаки, губы прикушены, следую за его фигурой вниз по лестнице и на улицу. 

— Из-за твоей выходки мы опаздываем, — говорит Минаев, одновременно накрывая мои голые плечи пиджаком, усаживает меня на заднее сидение и сам садится рядом. Слишком близко. 

Я отодвигаюсь от него как можно дальше, прилипая к двери, жалея, что не устроила скандал, чтобы остаться дома.

Пока мы едем, напряжение внутри возрастает, но благо мужчина не обращает на меня внимания, курит и принимает телефонные звонки, только изредка кидает непонятные взгляды. Я не вслушиваюсь, мне неинтересно.

Смотрю в окно, мы приезжаем на другой конец города и останавливаемся у здания, что напоминает большой театр, но таковым явно не являлся. Я бы назвала это клубом для богемы, все так пафосно. Закрадывается мысль, что это закрытое казино, что может быть правдой. 

Только при более тщательном осмотре понимаю, что здание давно не ремонтировали, в некоторых местах стены шелушатся. Фонтан со статуей женщины давно не используется и находится в неисправном состоянии.

Огляделась. Вокруг множество дорогих автомобилей, замечаю несколько только приехавших пар.

Выходя из автомобиля, Артур Леонидович моментально берет меня за руку и ведет вперёд. Тело пронзает холодом, и мужчина ускоряет шаг, чуть ли не насильно таща меня за собой, еле успеваю, потому что на каблуках ходить быстро я не умею.

Зайдя внутрь, мы идем по коридору с красной ковровой дорожкой на шум людей, Минаев не дает разглядеть интерьер, но перед тем, как подойти к огромной деревянной двери, он неожиданно притягивает меня к своему телу так, что я спиной ощущаю исходящий от него пылающий жар.

— Слушай сюда внимательно. Без фокусов, — сжимает талию, чуть ли не рыча мне в затылок. — Молчишь и улыбаешься, ни к кому не лезешь, ни с кем не разговариваешь без моего разрешения. Никуда не рыпаешься. Поняла?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Да. Мне больно, — скулю и отшатываюсь.

Грубый мужлан.

По телу пробегают мурашки, когда до меня доносится шёпот у уха:

— И Алисе мы не скажем. Это будет нашим маленьким секретом.