Муж моей сестры - Милана Стоун

Почему это делал он, а плохо теперь мне?! И чувство это никак не проходит, что не на шутку меня тревожит.

Мне срочно нужно с ней связаться. Хватит действовать за ее спиной, скажу, что Минаев хочет куда-то меня отвезти, она приедет и разберётся, или на крайний случай позвонит и устроит разбор полётов.

Набираю сестре, но абонент вне зоны доступа. Просто ахрененно!

Время десять, а ее все нет. Обычно к такому времени она уже приходит, мы ужинаем, иногда смотрим фильмы и ложимся спать. Когда приезжает ее муж, то они удаляются в комнату, чем они так занимаются, я, конечно, понимаю. Она мне как-то обмолвилась, что они пытаются зачать ребёнка, но не получается.

Подумав об этом, меня накрывает неприятное чувство. Откуда оно взялось, я не понимаю. Это не ревность, нет. Скорее шок оттого, что ее муж ведёт двойную жизнь, а она говорит о детях. Какие дети, если у них все так ужасно?

Прошло уже пятнадцать минут с ухода Минаева, а я продолжаю мерить шагами комнату, проклиная все на свете.

Пишу Дарине, но ответа так же не получаю. Отшвыриваю ненужный телефон.

Что же делать?! Бежать? Куда? Я даже не могу запереть комнату! Шкаф с места не сдвину, как и стол. Да и выглядеть это будет дико.

Я в западне. В ловушке.

Куда он вообще собрался увезти меня на ночь глядя. В клуб? А ходит ли он по таким местам, возраст у него внушительный и не думаю, что такое ему интересно. Если только стриптиз-клубы, но не думаю, что он пойдёт туда со мной.

Он говорил о партнерах. Где они собираются ночью?

Ресторан! Да. Точно. Если там будет многолюдно, то мне не о чем переживать. Но я же никуда не хочу с ним ехать! Он меня нервирует. Смущает дико, потому что ведёт себя раскрепощено.

Все происходящее кажется нереальным, мой мозг не воспринимает это всерьёз, возникает ступор. Вроде и ничего такого, если я поеду, но если хорошенечко подумать, то выглядеть это будет отвратительно.

Словно я предаю сестру. Но я же не виновата, это все он! Надо с эти что-то решать, но вот идей в голове нет.

Диалог. Точно. Я с ним поговорю. Скажу, что мне плохо, на крайний случай.

Пока выхаживаю по комнате, бьюсь пальцами о ножку кровати, оседаю на пол и начинаю растирать ушибленное место. Вот же как некстати.

В такой неловкой позе меня обнаруживает Минаев, вновь без стука ворвавшийся в мои покои.

Первая мысль, которая приходит в голову, когда вижу его — он чертовки красив, стильный и элегантный. Весь его образ. Чёрный костюм, что идеально облегает его, делая плечи ещё шире, брюки, что сидят как влитые и чёрная рубашка. В руках он держал пиджак и, входя в комнату, на ходу накидывает его на себя.

Залюбовалась его отточенными движениями и замерла. На шее красуется бабочка кроваво красного цвета, а на ногах кожаные ботинки, по виду очень дорогие.

Только вот лицо мужчины как обычно недовольное и сердитое, что нисколечко его не портит, а придает вид грозного гангстера, от которого нужно держаться подальше.

Он практически всегда ходит в костюмах, только они чаще всего менее элегантны и более практичны. В этом он выглядит, как чертов Сицилийский наркобарон. Антуража добавляют татуировки на кистях рук и золотые перстни.

От такого вида, признаюсь, дух захватило. И я никак не могла ожидать от себя такой реакции. Голова закружилась, и я постаралась отвести взгляд, что получалось плохо, потому что мужчина занимал почти все пространство. Особенно ощутила это, когда он подошёл слишком близко.

— Я разве не приказал тебе быть готовой, — прохрипел он, смотря сверху вниз.

Он встал так, что моя голова была прямо напротив его паха, куда смотреть я очень боялась, потому что всего час назад, я заметила там внушительную штуку, о которой даже подумать стыдно.

— Никуда я с вами не поеду! — говорю нервно, вставая с пола. Опираюсь на кровать. — Ищите Алису. И вообще время десять, я в такое время уже спать ложусь.

— Не поспишь ночь, не развалишься.

— Нет, — отвечаю однозначно, решая стоять на своём. Не сдаваться. Решаю хотя бы попробовать сопротивляться.

— Дай мне терпения... — шепчет он себе под нос и неожиданно делает уверенный шаг ко мне.

Берет на руки!

— Что вы делаете? — цепляюсь за его плечи, шокировано смотрю на то, как он идёт к выходу из комнаты.

— А ты думала, я шутить буду? Мне вообще пох*й, как ты поедешь.

Останавливается и смотрит так пронзительно, что все внутренности сжимаются. В его объятиях, если их так можно назвать, очень тепло. Даже жарко. Голой кожи касаются его грубые руки и мягкая ткань костюма, создавая необычный контраст. Так высоко. И я бы сказала комфортно... А запах.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Мама дорогая!