Инферно Габриеля - Сильвейн Рейнард

— Габриель, немедленно приезжай в наш дом! Здесь Саймон. Он ломится в мою комнату. Я подперла дверь комодом, но это ненадолго…

Теперь Саймон разбегался и бил в дверь ногой. От каждого удара дверь вздрагивала. Она уже висела косо, и в проеме обозначилась щель. Как только Саймон полностью сорвет дверь с петель, опрокинуть комод будет секундным делом. И тогда…

Даже при обеих здоровых ногах прыжок с высокого второго этажа был чреват ушибами, а то и более серьезными травмами. С ее лодыжкой последствия могли быть и вовсе непредсказуемыми. Но дальше ждать Джулия не могла. Она бросила трубку, проковыляла к окну, открыла шпингалет, приготовившись вылезти на крышу. В это время она увидела подкатившую машину Габриеля. Не выключая двигателя, Габриель выскочил наружу и побежал через лужайку к дому.

— Джулия! Держись! Я уже здесь!

В ответ послышалась грязная брань Саймона. Хлопнула входная дверь. Скрипнули ступеньки лестницы… Потом были глухие удары, но уже не в дверь. Еще через какое-то время что-то тяжело рухнуло на пол и загрохотало вниз.

Джулия подползла к полуразвороченной двери. В коридоре было тихо. Теперь звуки доносились со двора. Джулия снова потащилась к окну… Саймон лежал на лужайке, зажимая разбитый нос. Ему удалось подняться. Все его лицо было в крови. Джулия и глазом моргнуть не успела, как к окровавленному носу добавился окровавленный рот. Габриель нанес ему хук правой, выбив несколько зубов.

— Кретин! — заревел Саймон, выплюнул выбитые зубы и бросился на Габриеля, сумев нанести ему удар в грудь.

Осмелевший Саймон увидел, что Габриель пошатнулся и отступил, и немедленно бросился на него, считая, что противник ослаблен. Но реакция Габриеля была молниеносной: два удара в живот заставили Саймона согнуться и рухнуть на сизую траву.

Габриель расправил плечи и наклонил голову вбок. Джулию поразило его необычайное спокойствие, как будто это не он, а его двойник только что лишил нескольких зубов сына сенатора Тэлбота.

— Вставай, — произнес Габриель, и от звука его голоса у Джулии внутри все похолодело. — (Саймон что-то простонал.) — Я, кажется, велел тебе встать.

Сейчас Габриель был похож на ангела-мстителя: прекрасного собой, страшного своей силой и абсолютно беспощадного.

Саймон не шевелился. Тогда Габриель схватил его за волосы и рывком поднял на ноги.

— Если ты вздумаешь еще раз приблизиться к ней, я тебя убью. И не убил тебя сейчас только потому, что Джулианне было бы тяжело видеть меня в тюрьме. Да и я не хочу оставлять ее одну после всего того, что ты, сукин сын, сделал с ней. Запомни, скотина: если снимки или видео, даже отдаленно похожие на нее, появятся в Интернете или в бульварной газетке, ты подпишешь себе смертный приговор. Я найду тебя в любой точке Земли. Когда-то я держался по десять раундов против ребят с Юга, а они не чета тебе. Так что сил голыми руками раскроить твой поганый череп у меня хватит… А теперь получи еще одно доказательство серьезности моих слов.

Габриель отошел на шаг и левой рукой нанес Саймону апперкот в челюсть. Саймон беззвучно рухнул на землю, раскинув руки. Габриель вытащил носовой платок, невозмутимо вытер перепачканные кровью пальцы и поглядел на дверь. Оттуда как раз вышла Джулия и попыталась спуститься с крыльца.

— Джулия! — Габриель бросился к ней и успел поймать падающую со ступенек девушку. — Дорогая, ты как? — Он прижал ее к груди и стал нежно укачивать, как ребенка. — Джулия!

Габриель откинул ей волосы с лица. Ее губы были красными и распухшими, на шее темнели царапины. Габриеля испугали не столько ее очумелые глаза, сколько кровавая отметина на шее.

«Неужели эта двуногая скотина посмела ее укусить?»

— Джулия, как ты себя чувствуешь? Он что… — Габриель взглянул на ее одежду, боясь увидеть самое страшное.

К его удивлению, одежда не была даже разорвана. Джулия была полностью одета, только несколько расстегнутых пуговиц на блузке.

Он закрыл глаза и мысленно поблагодарил Бога, что не опоздал. Окажись он здесь несколькими минутами позже, неизвестно, какую бы картину он застал.

— Поехали со мной, — твердым, излишне бодрым голосом произнес Габриель.

Он снял куртку и набросил ей на плечи. Потом застегнул все пуговицы на блузке и осторожно усадил Джулию на пассажирское сиденье джипа.

Джулия держалась за искалеченную лодыжку и что-то бормотала.

— Что случилось? — спросил Габриель. Не дождавшись ответа, он потянулся, чтобы снова откинуть с ее лица упрямые пряди. Джулия вздрогнула и отвернулась. Габриель даже замер. — Джулия, очнись. Это я, Габриель. Сейчас мы поедем в больницу. Слышишь? У тебя что-то с ногой. Там тебе помогут.

В ответ — ни слова, ни даже легкого кивка. Она не дрожала, не плакала. Это был шок. Габриель набрал домашний номер Кларков.

— Ричард? С Джулией беда… Что случилось? В дом к Тому заявился этот Саймон… То-то и оно, что она была в доме одна. Она сумела закрыться у себя в комнате. У нее что-то с ногой. Я сейчас везу ее в Санбери. Если хочешь, подъезжай туда… Тогда до встречи. — Габриель посмотрел на Джулию, надеясь, что она хоть как-то отреагирует. — Мы сейчас едем в больницу, в Санбери. Ричард тоже подъедет. У него там знакомый врач.

Джулия по-прежнему молчала. Тогда Габриель позвонил в справочное и узнал номер местного пожарного депо. На его звонок включился автоответчик. Габриель в нескольких фразах описал случившееся с Джулией.

«А ведь прежде всего виноват ее чертов отец. Почему, черт побери, он оставил ее одну в доме?»

— Я ударила его, — высоким, пронзительным голосом произнесла Джулия.

— Что ты сказала?

— Он целовал меня… Я его ударила… Прости меня. Я совсем не хотела с ним целоваться. Прости. Я виновата. Виновата.

Габриель благодарил судьбу, что ему сейчас важнее всего поскорее привезти Джулию в больницу. Иначе… он просто вернулся бы на лужайку и расправился с Саймоном, не думая о последствиях.

Джулия бормотала что-то маловразумительное и одновременно страшное. Что-то о том, как он ее целовал, потом о Натали. Но страшнее всего было слышать, что теперь Габриель бросит ее, поскольку она покусана и вообще она не женщина, а… никчемная подстилка…

«Что же этот подонок успел сделать с ней?»

— Успокойся, Беатриче… Слышишь? Беатриче, посмотри на меня.

Джулия не сразу узнала это имя. Она повернулась к Габриелю. Ее глаза по-прежнему оставались испуганными, словно Саймон притаился на заднем сиденье и в любой момент мог снова броситься на нее.

— Дорогая, ты ни в чем не виновата. Ты поняла? Ты не хотела целоваться, но тебе с ним было не справиться.

— Я не собиралась тебя обманывать. Мне очень стыдно, — прошептала она.

— Джулия, я тебя ни в чем не виню. Наоборот, я очень рад, что ты его ударила. Такие, как он, вообще не должны ходить по земле.