Золушка в поисках доминанта. Остаться собой - Дора Коуст

— Не думаю. По последним данным они — друзья.

— Вольф, ты сам веришь в тот бред, который несешь? Какая к черту дружба может быть между мужиком и молоденькой девчонкой?

Завернув в коридор, наткнулся на настежь раскрытую дверь. Внутри? Или уже сбежала? Чувствовал, что второй вариант правильный, но хотел убедиться. Далеко уйти не могла. Не уйдет. Ее местоположение отследить по телефону проще простого.

Уже в прихожей понял, что был чертовски прав минутами ранее. Прав по двум пунктам. С одной стороны ответы огорчали, а с другой — еще раз убедился в правильном восприятии мира и женщин. Конкретной женщины. Стервозного Ангела, которого пока никак не получалось обуздать…

— Занятные цветочки.

Средь хаоса и разбросанных вещей, как ни в чем не бывало, разместились букеты роз. Тот, кто дарил их, не скупился. Младшему Ринту такие жесты наверняка привычны, а вот ей. Помнил, как радовалась цветам, хоть и старалась не показывать этого явно и открыто. Оказывается, чувствовать боль неприятно. Вдвойне неприятно для того, кто любит ее причинять. Все еще непривычно, хоть и предает во второй раз. Даже ярость не перекрывает это чувство. Ревность? Что-то намного большее…

— Вернемся сюда позже. Она не могла далеко уйти, а лифт всего один. — подошел к мольберту, оценивая легкий, но такой живой пейзаж.

Не знал, что она рисует. Не видел у нее ни кистей, ни холстов, ни готовых картин. Может быть, ей и не принадлежит? Младший Ринт вполне мог обосноваться здесь. Рисовать цветочки как раз в его стиле…

Одним движением отбросил деревяшку вместе с незавершенной картиной в сторону. Не мог справиться с новыми чувствами. Не мог обуздать старые. Отчего догоняю ту, которая убегает? Зачем?

Потому что моя! Моя чертова стерва! Другого объяснения и не требовалось!

— Должна быть лестница. Вольф, езжай на лифте, а мы с Сэмом пешком. — кивнул новенькому на дверь в конце коридора. — Пошли.

Спускались быстро. Слышал ее торопливые шаги этажами ниже. Стены отражали все звуки. Мог поклясться, что даже рваные вдохи ощущал. Охотник загонял свою жертву, собираясь впиться в мякоть ее тела острыми зубами. Предвкушал наказание… Жесткую щетку, чтобы очистить от грязи, очистить каплями крови, смыть неверность. Веревки, что неминуемо оставят красные следы на запястьях. Твердый ошейник с шипами… с шипами вовнутрь, чтобы контролировать каждый вдох. Опрокинуть на стол, подбираясь к нагим округлым бедрам. Наказывать каждым ударом, чтобы не смела… Чтобы не представляла свою жизнь без меня.

Первый этаж, но ее уже нет здесь. Улица и серое тяжелое небо, что вскоре омоет потоками дождя. В такую погоду бы сидеть у камина в полутьме, неторопливо оглаживая бархат кожи. Но нет, Анжелика вырвалась из когтей, снова порываясь к свету, что спрятан за горизонтом. Тебе не убежать, мой порочный Ангел. Тебе не скрыться…

— В погоню, Мистер Конт? — Вольф уже подошел, а я все продолжал провожать автомобиль взглядом.

Ждал. Я точно знал, чего ждал. Она подтвердила догадку, воплотив ее в уверенность всего одним действием. Обернулась. Запуганная, дикая, необузданная… В ее глазах видел — понимает, что догоню. И в этот раз догоню и во все последующие. Погоня будоражит не хуже стонов, цепей и криков. Наша личная гонка, наградой в которой станет наказание.

— Нет, Вольф. На сегодня достаточно. У нас есть еще одно незавершенное дело. — направился обратно в здание, в ту самую квартиру.

— Позвольте узнать, какое?

— Подпортить нервишки Ринту младшему, а возможно и старшему. Кажется, у тебя имеется зажигалка? — предвкушал вечерний выпуск новостей.

Желал всем черным сердцем причинить невообразимую боль этой семейке. В стократ сильнее, чем испытывал сам. Заплатят пусть и немного, но эмоции стоят того. Их страх окупит все мои волнения. Пусть трясутся за свои жалкие шкурки.

— Собираетесь выкурить сигарету?

— Собираюсь устроить грандиозный пожар.

— Думаю, полиция уже едет сюда.

— Тогда поторопимся. Сэм, я очень надеюсь, что ты еще не успел бросить курить…

***

Анжелика

Через узоры кованых ворот отлично просматривалось объемное двухэтажное серое строение с острыми верхушками крыш. От него веяло каким-то особым домашним уютом. Возможно, такое ощущение создавалось из-за густо растущей зелени, высоких деревьев и аккуратных клумб. Белоснежные рамы окон и дверей выделялись, придавая строгости. Классические вышки фонарей освещали подъездную дорожку. Сквозь стену дождя могла разглядеть темный силуэт, но вот кто именно стоял у дверей, не видела.

Ворота открылись, впуская автомобиль на частную территорию. Уже успокоилась, но десятками минут ранее оглядывалась и не раз, выискивая в веренице машин одну до боли знакомую. Никто за нами не ехал. Настолько самоуверен? Или не видит смысла? Хотелось бы, чтобы второе. Не знала чего ожидать, но ничего хорошего мне эта встреча не сулила. Все закончилось, Мистер Конт, по крайней мере, для меня.

Водитель остановился у входа. Теперь видела Деймона отчетливо. Такой домашний в свитере и темных джинсах. Трепета не было. Не до эмоций сейчас. Не хотела ничего чувствовать — с лихвой хватило страха. Желание хоть немного поспать, чтобы отрешиться от мыслей, сейчас казалось неимоверно важным, первостепенным. Надеялась, что не устроит допрос… Хотя допрос с пристрастием меня сейчас устроил бы как никогда. Занимаясь сексом, перестаешь думать вообще, словно уходишь в другую грань реальности, где пустота в голове правильна и нерушима. Так было с Контом. Но кто бы мне позволил сейчас такую роскошь…

Дверца открылась, и Деймон учтиво помог мне выбраться из машины.

— Привет, маленькая. Все хорошо?

— Насколько это вообще возможно. — улыбнулась, но чувствовала некоторую стеснительность.

Капли падали на него и впитывались в одежду, скрываясь в темных волосах. Скатывались по коже, когда он забирал мою поклажу с заднего сидения. Сейчас не представляла, как удалось быстро закинуть чемоданы в авто — чистый адреналин. Страх — лучшая мотивация.

— Проходи в дом.

Не сказала бы, что внутреннее убранство отличалось особым шиком или блеском. Не было вычурной роскоши, лишних декоративных нагромождений. Так сразу и не скажешь, кому принадлежит этот дом — разношерстному семейству или заядлому холостяку. Остановившись посреди гостиной, рассматривала камин. Обычный камин из красного кирпича, в чьей глубине плясали языки пламени. Поленья приятно потрескивали, напоминая о зиме. Той самой зиме, когда снежные хлопья покрывают землю в преддверии праздников. Жаль, что здесь снег — явление редкое.

— Люблю огонь. — раздалось за спиной, вынуждая обернуться. — Я отнес чемоданы в спальню. По лестнице наверх и направо. Моя комната слева.

— Спасибо большое, но я не стесню тебя надолго. Сейчас посмотрю рейсы и думаю, завтра уже улечу.