Инферно Габриеля - Сильвейн Рейнард

— Пол, извини, мне нужно ответить, — пробормотала она и отошла. — Алло, я слушаю.

— Джулианна, это я.

— Уже поняла, — сказала Джулия, улыбаясь во весь рот.

— Как насчет совместного обеда?

Джулия огляделась по сторонам, нет ли кого рядом.

— А поподробнее можно?

— Обед у меня дома. Я тебя с субботы не видел. Похоже, я зря завел себе новый адрес, — усмехнулся Габриель. — Вместо живого общения — сплошные электронные письма.

Джулию радовало, что у него хорошее настроение и что он не сердится на нее.

— Мы же каждый занимались своим делом. Я вовсю готовилась к следующему визиту к Кэтрин. Ты готовился к лекции, поэтому…

— Мне нужно тебя видеть.

— Я тоже хочу тебя видеть. Кстати, через несколько минут мы увидимся.

— Как раз об этом я и собирался с тобой поговорить. Мы будем делать вид, что на моем прошлом семинаре ничего особенного не произошло. Не удивляйся, если я практически не буду обращать на тебя внимание. Говорю тебе это заранее, чтобы ты не огорчалась… — Он помолчал. — Конечно, сейчас я больше всего хочу тебя обнять, но мы вынуждены соблюдать правила игры.

— Понимаю.

— Джулианна… — Он понизил голос до шепота. — Мне самому осточертели эти правила. Потому я и хочу провести сегодняшний вечер с тобой. Мы тихо посидим у камина, наслаждаясь обществом друг друга. А потом — в постель.

Щеки Джулии вспыхнули.

— Я бы рада, но я собиралась весь вечер заниматься планом диссертации. Я еще не все поправки внесла, а мне завтра с Кэтрин встречаться. Сам знаешь, какая она требовательная. — (Габриель бормотал что-то себе под нос.) — Габриель, прости, но мне хочется, чтобы Кэтрин была довольна.

— А чтобы я был доволен, тебе не хочется?

— Я… — Джулия растерялась.

— Хорошо. Но ты обещаешь, что в пятницу мы увидимся? — с легким раздражением спросил Габриель.

— После твоей лекции?

— Потом будет обед с факультетской братией. Давай встретимся после обеда у меня.

— А это не слишком поздно?

— Для того, что у нас будет потом, — в самый раз. Ты мне обещала.

Джулия улыбнулась. Ей уже успели понравиться эти «вечеринки с ночевкой».

— Так, значит, в пятницу вечером? — шепотом обольстителя спросил Габриель.

— Да. Мне только надо будет придумать объяснение для Пола. Мы собирались вместе пойти на твою лекцию.

Ответом ей было полное молчание. Думая, что ослаб сигнал — такое в коридоре случалось, — Джулия подошла к окну:

— Габриель? Ты меня слышишь?

— Слышу, — ледяным тоном ответил он.

«Scheisse!» — подумала Джулия.

Он заговорил не сразу. От тона обольстителя не осталось и следа.

— Кажется, мы с тобой договаривались: никакой «дружбы втроем». Помнишь? Что ты молчишь? Мы договаривались или нет?

«Дважды scheisse!»

— Договаривались.

— Я эту договоренность соблюдаю.

— Габриель, прошу тебя…

— Скажи, что я не так понял твою фразу, — потребовал он.

— Габриель, мы с Полом друзья. И что плохого, если я согласилась пойти вместе с ним на твою лекцию? Или я теперь и сидеть с ним рядом не могу?

— А тебе понравится, если где-то ты увидишь меня с другими женщинами и я тебе скажу, что это мои приятельницы? Что особенного, если я схожу с ними, скажем, на выставку?

— Нет, — прошептала Джулия.

— Тогда ты понимаешь, каково мне это слышать.

— Пожалуйста, не сердись на меня.

Ответом ей было молчание.

— Пол с первого дня отнесся ко мне по-доброму. Мне очень помогла его дружеская поддержка. Ты только представь: одна в совершенно чужом городе. Мне было так одиноко.

— Я думал, твой друг — я.

— Да, конечно. Но нужен кто-то, с кем я могла бы поговорить об университетских делах.

— Об университетских делах ты можешь поговорить со мной.

— Габриель, я не хочу ссориться с человеком, который не сделал мне ничего плохого. В таком случае я на самом деле окажусь в полном вакууме, поскольку пока не могу проводить с тобой все время.

— Ты ему уже сказала, что с кем-то встречаешься?

— Нет. Я думала, это наш с тобой секрет.

— Хорошо, что ты ему не проболталась. — Габриель громко вздохнул. — Ладно, согласен. Ты не можешь находиться в вакууме. Но Пол должен уразуметь, что… уровень ваших отношений поменялся. Он слишком к тебе… привязался. Нам с тобой это может только мешать.

— Я ему скажу, что у меня появился… новый друг. Мы на днях хотели сходить в музей.

— С ним ты никуда не пойдешь, — отрезал Габриель. — Я сам свожу тебя на любую выставку.

— Но нас там могут увидеть.

— Предоставь мне беспокоиться об этом. А Пол, надо думать, опять понесет твой рюкзак? — язвительно спросил Габриель.

— Габриель, ну что ты как мальчишка?

Он шумно выдохнул:

— Хорошо, забудем об этом. Но я все равно не перестану за ним следить. Теперь насчет пятницы. Я дам тебе ключи или предупрежу консьержа, чтобы впустил тебя.

— Договорились.

— До встречи через несколько минут.

* * *

Профессор Эмерсон мельком взглянул на вошедших в аудиторию Джулию и Пола и снова уткнулся в свои записи. Профессор досадливо нахмурился. Радовало лишь то, что Джулия сегодня пришла не с рюкзаком, а с подаренной им сумкой. От этого на душе Габриеля потеплело.

Аспиранты, в том числе и Криста, поглядывали то на Джулию, то на профессора так, словно следили за полетом мяча в Уимблдоне.

Джулия, как всегда, села на заднем ряду рядом с Полом, но сразу же застыла в позе внимательной аспирантки.

— Да ты не нервничай, — успокоил ее Пол. — Я за ним наблюдаю всю неделю. Давно не видел его в таком хорошем настроении. Сегодня он к тебе не прицепится. — Наклонившись к самому ее уху, он добавил, усмехаясь: — Наверное, кто-то хорошо ублажил его в постели. И явно не один раз.

Профессор Эмерсон кашлянул. Потом еще и еще… пока Пол не отодвинулся от Джулии.

Естественно, Джулия от этих слов мгновенно покраснела и уткнулась в тетрадь. Она без конца писала дату и тему семинара, чтобы отвлечься от воспоминаний о субботнем утре. И от мыслей. А думала она… даже стыдно себе признаться… как выглядел бы Габриель, если бы ее фиолетовое полотенце вдруг упало с его тела…

За весь семинар профессор и не взглянул в ее сторону. Он задавал вопросы, но адресовал их другим аспирантам. Все, кто ждал продолжения шоу, были весьма разочарованы. Семинар проходил в скучных академических рамках. Кристу, наоборот, это только радовало, потому что все шло как обычно или почти как обычно.