Религия денег. Духовно-религиозные основы капитализма - Валентин Катасонов

Наиболее распространенной и «совершенной» материальной формой денег всегда было (и на сегодняшний день остается) золото. Владение золотом (или стремление к владению золотом) — иррационально: этот желтый металл мало пригоден для удовлетворения жизненно необходимых потребностей человека. При всей своей материальности золото имеет очень глубокий и непостижимый религиозный смысл. Это материальный символ бога богатства. Члены церкви мамоны, не просто владеют желтым металлом для них это предмет религиозного почитания. Золотой телец — материальный образ высшего духовного существа — мамоны. Золотой телец — в ветхозаветных преданиях золотой (или позолоченный) идол быка, которому поклонялись как воплощению самого Бога. В переносном смысле — олицетворение богатства, денег.

Подробное описание золотого тельца содержится в Ветхом завете, в Книге Исход (гл. 32). Этот языческий идол, или кумир, был изготовлен Аароном (братом Моисея, который вывел древних евреев из Египта) по усиленному настоянию сынов Израилевых; эти сыны, пользуясь долгим отсутствием Моисея на Синае (где тот общался с Богом), пожелали иметь при себе какое-либо видимое изображение божества. Вероятно, он был сделан в виде египетского черного священного быка Аписа или белого быка Мневиса. Из Библии известно, какой строгий суд постиг поклонников литого тельца и самого идола. Снова культ золотого тельца у древних евреев возникает в эпоху царя Иеровоама, когда единое израильское государство распадается на Северное, или собственно Израильское, царство и Южное, или Иудейское. Царь Иеровоам стремился отвадить своих подданных (жителей Северного государства) от посещений Иерусалимского храма, который находился в Южном государстве. Для этого он поставил в древних святилищах Бет-Эла и Дана золотые изображения тельцов и сказал: «Вот боги твои, Израиль, которые вывели тебя из земли Египетской» (I Цар., 12, 28 и сл. до конца; ср. Исх., 32, 4).

О религиозной природе золота писали многие авторы самых разных времен и народов. В уже упоминавшейся нами книге П. Лафарга «Религия капитала» в концентрированном виде (в форме афоризмов) приведены основные догматы идолопоклонников золота. Приведем некоторые из них^[349]:

«Золото, чудодейственный товар, в себе воплотивший все остальные товары.

Золото, товар первородный, в который претворяются все другие товары.

Бог, измеряющий все вещи.

Ты, совершеннейшее, идеальнейшее воплощение бога Капитала.

Ты, самый благородный, самый великолепный из элементов природы.

Ты, не знающий ни плесени, ни разложения, ни ржавчины.

Золото, товар неизменяющийся, пламенный цветок, луч сияющий, сверкающее солнце; вечно девственный металл, — ты, который, будучи извлечен из недр земли, первоматери всех вещей, возвращаешься, чтобы зарыться вдали от белого света, в кованые сундуки ростовщиков и кладовые банков, и который из глубины хранилищ, где ты покоишься, передает силу свою жалкой и ничтожной бумажке, которая удваивает и удесятеряет ценность твою...»

И т.д. и т.п.

Судя по возвышенным словам, которые используют идолопоклонники, для них золото — не только божество, но также источник поэтического вдохновения. Образчики такого поэтического вдохновения содержатся не только в каких-то богословских, философских трактатах и поэтических сборниках, но также в литературе, которую принято называть «научной».

Развернутую критику такой, с позволения сказать «научной» литературы, воспевающей и обожествляющей золото, дали выдающиеся русские мыслители С. Шарапов, А. Нечволодов, Г. Бутми в своих работах конца XIX — начала XX века.

В своем главном труде «Бумажный рубль» известный русский экономист С. Шарапов пишет^[350]: «Если бы кто-нибудь вздумал действительно научным образом изложить и осветить западные финансовые теории, он убедился бы с первого шага, что на Западе денежной теории вовсе нет, а есть теоретические рассуждения о золоте как деньгах и о замещающих их суррогатах».

Шарапов заостряет внимание читателей «Бумажного рубля» на золоте, поскольку указанная работа преследует двоякую цель: с одной стороны, представить проект здоровой денежной системы для России; с другой стороны, предотвратить переход страны к золотому рублю, который готовил тогдашний министр финансов С.Ю. Витте. В этой связи Шарапов и анализирует господствовавшие в Европе финансовые теории, которыми со временем заразились правящие круги России. И приходит к выводу, что это не научные теории, а всего лишь средства одурачивания и закрепощения народов теми, кто сосредоточил золото в своих руках.

Шарапов делает очень парадоксальное утверждение (парадоксальное для тех, кто учился по общепринятым учебникам экономики): золото — лишь товар, но не деньги; в полном смысле деньгами золото никогда не было. Это заявление диаметрально противоположно принятому в финансовой «науке» мнению, что самыми лучшими деньгами является золото: «С самых отдаленных времен, после перехода античного мира с его натуральным хозяйством к хозяйству денежному, лучшими и почти единственными деньгами считалось золото. Оно действительно с большим удобством исполняло роль денег. Но в сущности это были не деньги, а был «всем нужный товар», разделенный на точные весовые количества. Понятие о деньгах, совершенно отвлеченное, было привязано, воплощено в металлическом кружке такого-то веса. Таким оно осталось и в наши дни: отвязать, освободить его не пыталась вовсе западная финансовая наука.

При всех неудобствах золота, при явной кабале, в которую только ради золота впадают иногда целые государства, оно давало единственную, но очень важную гарантию: прибавить по произволу золота было почти нельзя, в природе его немного, наличное все размещено в чью-либо собственность, следовательно, никакое злоумышление правительства не может нарушить естественного уровня цен; накопивший золото всегда богач, ибо невероятно, чтобы вдруг были открыты слишком обширные залежи золота и оно, сразу прибавившись в количестве, упало бы в цене.

Все это соображения очень веские, но с наукой ничего общего не имеющие».

В этом отрывке важными являются слова «накопивший золото всегда богач». Это соображение действительно не имеющее отношения к науке, но практически важное. Можно сказать, что золото — богатство номинальное или потенциальное. Само по себе золото реальным богатством не является (вспомним историю про царя Мидаса) и нового реального богатства не создает. Но в руках тех, кто его накопил, золото становится средством перераспределения уже созданного реального богатства в свою пользу. Такова тайна золота, и те, кто ее не знает, становятся рабами тех, кто обладает золотом (Шарапов пишет о том, что целые государства впадают в кабалу только ради золота). Если тайна будет раскрыта, то золото потеряет свою силу. Вот хозяева золота и создают финансовую «науку». «Науку», которая всем людям внушает, что самое истинное богатство — золото, а государствам, что самые настоящие деньги — золотые.