После 1945. Латентность как источник настоящего - Ханс Ульрих Гумбрехт

Некоторые из тех, кому я надоедал написанным, показали мне, насколько важна им эта книга, тем, что дали мне понять, насколько она им не важна (или по крайней мере насколько им не важна та или иная глава). Кристиан Бенне посчитал, что для автобиографии еще слишком рано. Мара Делиус ограничилась обильной похвалой тем текстам в книге, которые ей действительно понравились. Козана Эрам посчитала, что я не до конца информирован. Амир Эшель вежливо не ответил. Ингрид Фернандес, meine liebe Studentin^[207], поставила мне B с минусом (боюсь)^[208]. Ганс-Мартин Гоже был не слишком в восторге (говоря мягко). Агнес Гаярд нашла большую часть глав незаконченной. Ронмел Навас был достаточно дружелюбен, чтобы сообщить мне, почему ему не понравилось написанное. Мелани Мелер и Ксави Пла, думаю, предпочитают другие мои проекты. Сергей Зенкин явно хотел, чтобы я все переписал.

Другие читатели поддерживали меня самым сдержанным, дистанцированным и действенным образом. Кристин Аббт связала латентность и забвение. Андино ин Эужен, мой студент, оказался невероятно щедр, сообщая мне, без каких-либо «практических причин» на это, свои реакции на книгу. Гордон Бленнеманн сказал, что пропустил станцию метро, читая очередную главу. Блисс Карнохан – что все главы достойны называться «tours de force»^[209]. Адриан Дауб (как и Дан Эделстайн) написал, что у него нет возражений. Капл Эллерброк явно предпочитает беседу со мною чтению моей прозы. Моника Фик пишет прекрасные письма, полные увесистых комплиментов, которые кажутся нежными как перышки. Денис Гигант, ее по-соседски добрые суждения и симпатия согревают порой мне сердце, а иногда и холодные утра. Ганс-Йорг Нойшэфер потерял сон из-за последней главы. Арон Родриг сказал, что книга может заинтересовать историков. Мэдс Розендлаль обучился искусству разделять радость. Андреас Росенфельдеор, потеряв запись одного из наших разговоров, попросил, чтобы мы провели еще два или три. Линдси Уотерс заинтересовался книгой ближе к концу, Лаура Уитмен не может не проживать свое прошлое философски, а Раймару Зонсу хотелось узнать побольше. Я всех их благодарю. И нужно ли говорить, что они несут полную и исключительную ответственность за все недостатки, которые можно обнаружить на предыдущих страницах.

Рики, Марко, Анке, Сара, Кристофер, Джина, Лайра, Клара и Диего подарили мне мир, очень далекий от книг, которые я пишу, – и, однако, мир этот так близок к тому, что по-настоящему важно, что иногда я верю (и это, может быть, правда), что пишу только для них. Я посвящаю эту книгу памяти Ясуси Исии, который с первого дня нашей встречи в 1989 году и до своей смерти в 2011-м был мне как младший брат. Я любил его по множеству причин. И одна из них – та, что он знал, каково это: получить в наследство прошлое, которого не хочешь.