Наиболее распространенные заблуждения и безумства толпы - Чарльз Маккей

Его новым местожительством стал аравийский город Медина, где он познакомился с греком Алтотасом – человеком, который в совершенстве знал все восточные языки и неустанно изучал алхимию. Он владел бесценной коллекцией арабских манускриптов по своей любимой науке и штудировал их с таким неослабным усердием, что не мог уделять достаточно времени своим тиглям и печам, не пренебрегая книгами. Он как раз подыскивал себе ассистента, когда к нему явился Бальзамо, который произвел на него столь благоприятное впечатление, что он сразу же остановил на нем свой выбор. Но между ними недолго существовали отношения хозяина и слуги. Бальзамо был слишком честолюбив и умен, чтобы оставаться на вторых ролях, и за пятнадцать дней с момента знакомства они стали друзьями и полноправными партнерами. За свою долгую жизнь, посвященную алхимии, Алтотас случайно сделал несколько полезных открытий в области химии, одним из коих была добавка для усовершенствования процесса изготовления льняного полотна и придания изделиям из этого материала блеска и мягкости почти как у шелка. Бальзамо дал ему хороший совет: временно отказаться от поисков философского камня и озолотиться от торговли данным ингредиентом. Совет был принят, и они вместе отправились в Александрию, имея при себе большие запасы означенного товара. Они пробыли в этом городе сорок дней и заработали на своем изобретении большие деньги. После этого с равным успехом посетили другие египетские города. Они также побывали в Турции, где торговали снадобьями и амулетами. По возвращении в Европу из-за непогоды прибыли на Мальту, где были радушно приняты Пинто, гроссмейстером^[204] мальтийских рыцарей и известным алхимиком. Они несколько месяцев проработали в его лаборатории, упорно пытаясь найти философский камень и превратить оловянную посуду в серебряную. Бальзамо, не столь уверенный в успехе сей затеи, как его компаньоны, устал от нее раньше них и, получив от гостеприимного гроссмейстера множество рекомендательных писем в Рим и Неаполь, сократил алхимическое трио до размеров дуэта.

Он давно уже отказался от имени Бальзамо из-за множества связанных с ним неприятных ассоциаций и во время своих странствий присвоил себе по меньшей мере десяток других с добавлением титулов: шевалье де Фишио, маркиз де Мелисса, барон де Бельмонте, де Пеллигрини, д’Анна, де Феникс, де Харат и граф де Калиостро. Чаще всего назывался последним именем, под которым он прибыл в Рим и больше никогда его не менял. В этом городе он объявил себя реставратором розенкрейцерской философии, способным превращать все металлы в золото, становиться невидимым, лечить все болезни и снабжать всех желающих эликсиром от старения. Рекомендательные письма от гроссмейстера Пинто обеспечили ему знакомство с самыми знатными семействами. Он быстро богател от продажи своего elixir vitae и, подобно другим знахарям, регулярно осуществлял удивительные исцеления, вселяя в пациентов сильнейшую веру в его способности и надежду на выздоровление и пользуясь таким образом преимуществом, которое самые дерзкие шарлатаны часто имеют над обычными врачами.

Разрабатывая свою золотую жилу, он свел знакомство с прелестной Лоренцой Феличиана, молодой дамой из знатной, но обедневшей семьи. Вскоре Калиостро понял, что она обладает бесценными достоинствами. Помимо необыкновенной красоты, она отличалась исключительной сообразительностью, безупречными манерами, богатейшим воображением и крайней беспринципностью. Она идеально подходила на роль жены Калиостро, который предложил ей руку и сердце и получил согласие. После свадьбы он посвятил прекрасную Лоренцу во все свои профессиональные тайны: научил ее красивые губки вызывать ангелов, джиннов, сильфов, саламандр и ундин, а при необходимости – бесов и злых духов. Лоренца была способной ученицей. Она быстро выучила весь алхимический жаргон и все колдовские заклинания, после чего парочка отправилась в путь-дорогу, дабы наживаться на суеверных и легковерных.

Для начала супруги поехали в Шлезвиг, чтобы нанести визит графу де Сен-Жермену, их знаменитому предшественнику в искусстве одурачивания людей, и были приняты им самым радушным образом. Сей почтенный и умудренный опытом джентльмен, несомненно, оказал моральную поддержку избранному ими роду деятельности, ибо сразу после расставания с ним они приступили к своим махинациям. Они три-четыре года путешествовали по России, Польше и Германии, превращая металлы, гадая, вызывая духов и продавая elixir vitae везде, где проезжали; но каких-либо более конкретных сведений о данном периоде их жизни история не сохранила. Восхождение графа и графини де Калиостро к европейской известности началось в Англии, где они появились в 1776 году. Они прибыли в Лондон в июле сего года, имея при себе столовое серебро, драгоценности и металлические деньги на сумму около трех тысяч фунтов. Они сняли апартаменты на Уитком-стрит и несколько месяцев жили не привлекая к себе внимания. В том же доме квартировала португалка Блейвери, которая, находясь в крайне стесненных обстоятельствах, была нанята графом в качестве переводчицы. Она имела постоянный доступ в его лабораторию, где он проводил много времени в поисках философского камня. В обмен на радушие своего хозяина она повсюду его восхваляла и усердно пыталась привить всем и каждому веру в его необычайные способности, равную ее собственной. Однако мадам Блейвери не вполне отвечала требованиям графа либо к социальному статусу и манерам, либо к внешности его переводчицы, и он взял на ее место некоего Вителлини, учителя языков. Вителлини был заядлым игроком, перепробовавшим для поправки своего изрядно пошатнувшегося финансового положения почти все средства, в том числе поиски философского камня. Став свидетелем алхимических опытов графа, он тотчас же возомнил, что тот владеет великим секретом и перед ним открыты золотые врата в чертог изобилия. С еще бóльшим энтузиазмом, чем мадам Блейвери, он сообщал своим знакомым и посетителям всех общественных мест, где он бывал, что граф – незаурядная личность и истинный адепт, состояние которого огромно и который способен превращать в чистое золото столько свинца, железа и меди, сколько его душе угодно. В результате дом, где жил Калиостро, осаждали толпы праздных, легковерных и алчных людей, страстно желавших взглянуть на «философа» или получить свою толику несметного богатства, которое он якобы мог создать.

К несчастью для Калиостро, он попал в лапы недоброжелателей. Вместо того чтобы облапошить англичан, он сам стал жертвой шайки жуликов, которые, целиком и полностью полагаясь на его оккультные способности, преследовали единственную цель – заработать на нем деньги. Вителлини познакомил его с таким же, как и он сам, разорившимся игроком по фамилии Скот, которого представил как шотландского дворянина, приехавшего в Лондон исключительно ради встречи и беседы с выдающимся человеком, молва о котором достигла далеких северных гор. Калиостро принял его весьма любезно и радушно, после чего «лорд» Скот представил как леди Скот женщину по фамилии Фрай, которая вызвалась сопровождать графиню де Калиостро в общественных местах и познакомить ее со всеми титулованными семействами Британии. Калиостро и его жена легко купились на эту ложь. «Его светлость», чьи пожитки, дескать, остались в Шотландии и который не имел в Лондоне банковского счета, занял у графа двести фунтов. Калиостро одолжил их без колебаний – настолько он был польщен знаками внимания, которые сии «дворяне» ему оказывали, почтением, если не почитанием, с которым они якобы к нему относились, и видимым благоговением, с которым они внимали каждому его слову.