Мозг. Тонкая настройка. Наша жизнь с точки зрения нейронауки - Питер Уайброу

* * *

В идеале формальное образование должно быть продолжением раннего родительского воспитания. Этот процесс призван поддерживать стремление ученика к обретению и оттачиванию адаптивных навыков, необходимых для личной независимости и постоянного направленного роста в течение всей жизни. Мы называем такой набор навыков жизненной стойкости, эмпатии, самоконтроля и разумного планирования характером^{240}. Это слово происходит от греческого charaktêr, что означает «печать, оттиск», как, к примеру, на монете. Следовательно, на понятном всем языке под характером подразумеваются отличительные признаки поведения личности – стабильные качества и привычки человека, определяющие его поведение в социальном контексте.

Обычно принято делить качества характера на хорошие и плохие и на их основании выносить общее моральное суждение о человеке. Возникновение подобных суждений в разных культурах происходит очень сходно, это явление называется интуитивной этикой^{241}. Близко к этому стоит представление о добродетелях. Так, эмпатическое понимание отражается в добродетели сочувствия; способность откладывать вознаграждение – это добродетель благоразумия; умение концентрировать внимание и завершать начатое превращается в добродетель стойкости, а умение справляться с превратностями судьбы – в добродетель самообладания.

Это те самые навыки самонастройки, которые позволяют каждому из нас успешно существовать в социуме, интуитивные мыслительные привычки, на которых строятся наши персональные таланты – быть хорошим учителем, ответственным гражданином или умелым мастером. Эти интуитивные навыки не являются какими-то фиксированными качествами, а скорее просто дают нам практическую повседневную мудрость, способствующую спокойствию и благополучию, то качество разума, которое греки называли атараксией. Теми же привычками к терпению, взаимодействию с людьми и заботе обеспечиваются хорошие манеры, помогающие нам существовать в обществе. Степенью развития этих социальных навыков и тем, как каждый из нас применяет их, определяется, находится ли наша культура в расцвете или упадке. Короче говоря, персональный характер – это позвоночный столб живого человеческого общества.

Развитие характера растущего человека – коллективная ответственность. Как я уже показал, в первые несколько лет наибольшая ноша приходится на плечи родителей и близких родственников. Но выполнение этих обязанностей во многом зависит от того вклада, который вносят остальные члены общества, обеспечивая разностороннюю поддержку молодого поколения^{242}. Например, в 2011 г. почти 60 % американских женщин работали вне дома, тем не менее США остаются одной из немногих богатых стран, в которых не предоставляется оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком. Но большинству из нас прекрасно известно, насколько важно создать и поддерживать здоровую и прочную привязанность между родителем и младенцем, так как первые шаги по лестнице взросления и созревания – это инвестиции в будущее.

С другой стороны, в нашей культуре принято совершенно спокойно относиться к коммерциализации жизни детей^{243} с самого раннего возраста. Типичный американский ребенок полутора лет умеет отличать логотипы любимых продуктов (обычно благодаря телевидению), а трехлетний уже постоянно их просит. И это только начало. В 2009 г. на рекламу, адресованную напрямую детям, было потрачено от $15 млрд до $17 млрд. Ситуация с покупкой игрушек в целом такая же. Притом что на долю США приходится лишь 3,1 % всех детей мира, американские семьи ежегодно покупают более 40 % всех продаваемых в мире игрушек, общая розничная стоимость которых составляет около $20 млрд.

Мы, американцы, гордимся своей любовью к детям, однако сегодня наше поведение выходит за грани: мы чрезмерно балуем детей^{244}. И урон от этого не только материальный. Такое расточительство быстро подрывает наши коллективные обязательства по привитию детям правильных привычек и воспитанию характера. Создается впечатление, что Америка достигла совершенства в неоднозначных посланиях. Мы чувствуем удовлетворение от своей работоспособности – редко уходим в отпуск и трудимся чуть ли не сутками, но при этом наши избалованные дети не готовы к жизни в трудоголической среде, которую мы создали. Например, календарь учебного года^{245} до сих пор соответствует своим аграрным корням. 32-часовая учебная неделя в школах США – одна из самых коротких в мире; на другом конце спектра находится Швеция с 60 учебными часами в неделю. Долгие часы незанятой второй половины дня и трехмесячные летние каникулы, которые когда-то были придуманы исходя из требований сельской жизни, теперь оказываются временем, которое школьники проводят практически без надзора взрослых. Для подросткового ума это не только приглашение к проказам, употреблению наркотиков и погружению в киберпространство, но и потенциальный путь к тревожным состояниям и серьезным личностным конфликтам.

Это может казаться парадоксальным, но материальная обеспеченность играет очень большую роль в возникновении таких проблем^{246}. Сунья Лютар и Шон Латендрессе из Педагогического колледжа при Колумбийском университете (Нью-Йорк) в ряде исследований обнаружили, что дети из богатых семей, посещающие элитные пригородные школы, гораздо чаще употребляют табак, алкоголь, марихуану и тяжелые наркотики, чем их сверстники из обычных городских школ. Для таких групп школьников из обеспеченных семей факторами, влияющими на сниженную самооценку и плохую успеваемость в школе, являются отгороженность от ролевых моделей взрослого поведения, сильное давление со стороны учителей, требующих выполнения тестов, и нехватка общения в семье.