Моложе с каждым годом. Как дожить до 100 лет бодрым, здоровым и счастливым - Генри Лодж

А теперь предлагаю спуститься обратно на землю и узнать кое-что о том, как практически осуществить то, о чем говорилось выше. Один из наилучших способов поддерживать заинтересованность в собственной жизни – наблюдать за ней. И фиксировать все происходящее так, как будто вы ведете отчет о крайне важных событиях. Впрочем, это действительно так. Если вы хотите, чтобы ваша жизнь была прекрасной и полноценной, чтобы она не была безразлична вам и тем, кто вас окружает, она должна быть обдуманной. То есть вы должны вести записи. Звучит банально, однако приносит вполне ощутимую пользу. Проще всего посмотреть с утра на дождь за окном, уподобиться Тедди («А мне все равно!») и лечь обратно в постель. Но если вы знаете, что вас ожидает неизбежное признание и анализ собственных слабостей, то вам будет легче заставить себя встать и заняться делом.

Поэтому я советую вам завести что-то вроде дневника или «вахтенного журнала», куда вы каждый день будете записывать три вещи: 1) что вы ели; 2) что вы делали (или не делали) на тренировке и 3) что вы совершили для жизни – в любом смысле (сексуальном, социальном, духовном…). Принимая постоянно на протяжении дня решения о том, что делать и чего не делать, вы очень поможете себе сделать правильно выбор, если будете знать, что «все будет записано» и «все станет известно». Ваши записи станут своего рода амулетом, гарантией того, что кому-то не все равно. По меньшей мере вам самому.

Ведение (причем аккуратное) вахтенного журнала на корабле с давних пор было священной обязанностью капитана или его помощников. Тот, кого уличали в намеренной порче или подделке журнала, подвергался серьезному наказанию – как минимум его отстраняли от командования. Вот вам и простое правило: если вы не будете вести точных записей, вы потеряете должность. В своей собственной жизни.

Впервые рассказал мне о пользе такого журнала мой личный консультант по питанию Стивен Галло. Он предложил мне разумный режим и научил множеству полезных тонкостей. Но самой первой тонкостью было то, что я не был ему безразличен. А самой главной – он научил меня не быть безразличным. И придумал, что я должен вести дневник.

Каждый день я подробно записывал, что я ел и пил, и посылал этот список Стивену по факсу. Раз в неделю я приходил к нему в кабинет, и он хвалил или ругал меня. Когда наши встречи закончились, я продолжил вести записи, и теперь сам решал, достоин ли я похвалы. Я, как и любой взрослый человек, прекрасно знаю, что есть можно, а что – нельзя. Но одно это знание ничего не меняет. Главное – научить самого себя не быть безразличным. Награда за поддержание формы – постоянная бодрость, а самый превосходный стимул не отлынивать – ведение записей. Это в такой же мере помогает и во всем, что касается вашего общения. Ваш дневник не даст вам быть безразличным к окружающим. Он станет для вас опорой в минуту слабости; щитом, заслоняющим от тоски, если выпадет трудный день; мечом, символизирующим решимость, если вы почувствуете неуверенность или искушение. Это многофункциональный и поистине волшебный предмет, который не даст вам прислушаться к голосу, непрестанно нашептывающему вам: «А мне все равно!» Я пару раз терял свой дневник, и, честное слово, тут же начинался сущий ад. Я понял на собственном опыте, что между отсутствием дневника и наступлением ада есть прямая зависимость. Так что теперь я повсюду таскаю его с собой. И храню как святыню.

Но даже если вы решите не заводить дневник, помните: главное в жизни – не быть безразличным. Как снаружи, так и глубоко в душе. Кстати, Тедди умер молодым. Ему было все равно.