Викиномика. Как массовое сотрудничество изменяет все - Энтони Д. Уильямс

Обмен информацией ради науки и наука обмена информацией

На создание Александрийской библиотеки греков вдохновила одна простая, но мощная идея: собрать все книги, всю историческую и великую художественную литературу, все драматические произведения, математические и научные труды прошедших веков и сложить их в одном здании. Другими словами, объединить все человеческие знания и начать обмениваться ими ради науки, искусства, благосостояния и экономики. Александрийцы подошли очень-очень близко к достижению этой цели. Предполагается, что в лучшие времена в Александрии хранилось более полумиллиона книжных томов.

Конечно, там можно было найти работы таких великих мыслителей, как Аристотель, Платон и Сократ. Это было место, где Архимед изобрёл бесконечный винт для вычерпывания воды, Эратосфен измерил диаметр Земли, а Евклид открыл правила геометрии. Птолемей написал в Александрии «Альмагест», и почти полторы тысячи лет это была самая влиятельная научная книга о природе Вселенной. Поэтому Александрийская библиотека считается многими первым в мире крупнейшим образовательным центром, возможно, даже первым университетом, а также местом рождения современной науки.

Когда в V веке н. э. библиотека была уничтожена, это стало громадным Шагом назад для искусства и науки. Через пять столетий крупнейшая библиотека насчитывала лишь одну тысячу томов. Сейчас Нью-Йоркская публичная библиотека, в которой содержится 42 миллионов единиц хранения, конечно, больше Александрийской, но до сих пор в мире найдется немного библиотек, которые можно сравнить с коллекцией в Александрии, существовавшей почти две тысячи лет назад. Это несмотря на то, что объём человеческих знаний сейчас безгранично богаче, чем в V веке.

На самом деле, нам повезло, что мы живём в период самого быстрого и масштабного объединения человеческих знаний и культуры, чем когда-либо. Один из основателей Wired, Кевин Келли недавно сообщил, что люди «опубликовали» не менее 32 миллионов книг; 750 млн статей и эссе; 25 миллионов песен; 500 миллионов изображений; полмиллиона фильмов; 3 миллиона видеозаписей, телешоу и короткометражных лент; 100 миллиардов веб-страниц — и большая часть этого взрыва знаний произошла в последние пятьдесят лет.^[211] Теперь прибавьте постоянный поток новых знаний, создаваемых каждый день. Их так много, что объёмы удваиваются каждые пять лет.

Благодаря новому поколению александрийцев этот фонтан знаний, прошлый и существующий, скоро будет доступен способами, о которых наши предки могли только мечтать. Такие компании, как Google, а также библиотекари уважаемых институтов (например, Гарварда, Оксфорда и Стэнфорда) поспешно сканируют тысячи книг, переводя их в цифровой формат. Наряду с самыми разнообразными носителями информации, эти оцифрованные книги будут объединены в универсальной библиотеке знаний и человеческой культуры. Когда новая, виртуальная, Александрийская библиотека достигнет расцвета, она станет общей основой для сотрудничества, обучения и разработки новых решений, а современный Интернет будет выглядеть как букинистический магазин.

Цифровые библиотеки и геркулесовы усилия по их созданию впечатляющи и очень важны. Однако они являются лишь одним аспектом более глубоких изменений в науке и инновациях, которые мы описываем в этой главе. В действительности «александрийская революция» идёт намного дальше того, как мы архивируем знания, — она касается того, как мы их создаём и развиваем ради экономического и технологического прогресса.

Наступает новый век коллаборативной науки, и это ускорит научные открытия и образование. Появление изданий в открытом доступе и новые услуги в Сети передадут безразмерные объёмы знаний в руки людей и позволят создать глобальные пиринговые сообщества. Развитие масштабных совместных проектов в таких областях, как науки о земле и биология, в то же время позволят научным сообществам начать беспрецедентную атаку на такие проблемы, как глобальное потепление и СПИД. Если учесть всё это, ведущие научные обозреватели ожидают больших изменений в ближайшие пятьдесят лет, чем за последние четыре столетия.^[212]

Пока новые формы массового сотрудничества пускают корни в научном сообществе, умные компании имеют возможность полностью пересмотреть то, как занимаются наукой, и даже то, как конкурируют друг с другом, фирмы могут сравнить и значительно ускорить свои начальные исследования и разработки, например, сотрудничая с научными сообществами для сбора и анализа доконкурентных знаний,^[213] являющихся всеобщим достоянием. На деле, усилия, описанные в этой главе, включая SNP Consortium и открытую университетскую сеть Intel, показывают, что даже жесточайшие конкуренты находят выгоду в сотрудничестве, которое создаёт и расширяет рынок для новых продуктов и услуг. В зависимости от типа предприятия, компания может выявить новые решения и среагировать на них быстрее, сфокусироваться на области своей компетенции, облегчить взаимное обучение и разделить затраты и риски, связанные с исследованиями.

Если это «выстрелит» так, как мы предсказываем, новая научная парадигма будет содержать в себе гораздо больше, чем скромный потенциал для быстрого улучшения человеческого здоровья. Речь будет идти о переломе в решении экологических проблем, о развитии человеческой культуры, о разработке прорывных технологий и об изучении космоса, не говоря уже о росте компаний во благо своих акционеров. Это смелое утверждение. Но существует всё больше доказательств в его пользу. Компании и научные сообщества могут использовать массовое сотрудничество для того, чтобы фундаментально изменить наш мир. Далее в этой главе вы узнаете, как они это делают.