Жрица Итфат - Вадим Зеланд

– Ой что творится, ой что творится! Ой что происходит, ой что происходит! – восклицала Подлодка.

– Кто-нибудь видел нечто подобное? – спросила Корова.

– За все мои жизни ничего похожего не встречал, – ответил Зверюга.

– Мау! Я же говорила, что этот мир ненастоящий! И люди здесь ненастоящие, будто кукольные! – отозвалась Кошиса.

– Но ведь они только что были настоящими, хоть и странными, – сказал Адя. – И еда в моем животе заявляет, что она вполне себе натуральная.

– Кошиса, мне кажется, это ты своим вопросом их укокошила, как и обещала – заметила Брунхильда.

– Это не я, а мы их укокошили! – возразила Кошиса. – Вспомните, как это произошло: мы все поочередно сказали «я это я», и сразу после этого они окошенели.

– Окошенели – мягко сказано, – отметил Адя. – Они, скорее, трансформировались в манекены, в свои точные восковые копии.

– Да, вопрос Кошисы «Вы себя знаете?» здесь ни при чем, – вступился за свою подругу Зверюга. – Вслед за ним ничего не последовало, кроме разве что недоумения со стороны официантки. Она, кажется, не поняла его смысла. И в том числе не поняла, что означает «я это я».

– О! Мой друг, я впервые слышу от тебя столь подробное объяснение, – сказал Адя. – И в твоих словах, где-то, где-то, не знаю где, кроется ключ к разгадке.

– Вот! – воскликнула Кошиса. – Почему они не понимают, когда их об этом спрашивают, и почему не могут произнести элементарную фразу: «Я это я»?

– Но Кошиса, – сказала Брунхильда, – ты задала еще один вопрос, который официантку совсем в тупик загнал, и смысл которого даже до меня дошел не сразу. Помнишь? «Как вам кажется, это вы играете чью-то роль, или кто-то, на месте вас, играет вашу?» Что ты имела в виду?

– Я же говорила, еще в самом начале, что все эти люди мне напоминают марионеток, будто это не они себя ведут, а кто-то или что-то их водит.

– Вопрос действительно интересный, философский даже, – сказал Адя. – Возможно, если мы найдем на него ответ, то узнаем, что это за люди, и что здесь вообще происходит. Но если рассудить, данный вопрос вполне уместно задать любому реальному человеку.

– Адя, а если бы тебе задали такой вопрос? – спросила Подлодка.

– О, я бы очень крепко задумался. И не уверен, что вообще смог бы на него ответить.

– А ты, Кошиса, не считаешь себя марионеткой? – спросила Брунхильда. – Нет, я не хочу тебя обидеть, конечно ты не такая, ты настоящая. Просто мне непонятно, почему ты здесь? Как сюда попала? Откуда?

– Не знаю, не помню. Ведь и вы тоже не знаете и не помните, как здесь очутились.

– На философию и воспоминания у нас нет времени, – сказала Корова. – Факт в том, что все замерло в момент, когда мы все по кругу произнесли «я это я».

– Но вот почему? – воскликнула Подлодка. – Что именно произошло? Ой, смотрите, что это?

Подлодка в это время стояла позади фигуры официантки и первой обратила внимание, что у той из затылка выходит какое-то сплетение, похожее на косицу. Сплетение светилось белым сиянием, но довольно тусклым, а потому и не сразу было замечено. Подлодка потрогала косицу, та оказалась неосязаемой. По всей видимости, сплетение имело энергетическую природу. Но еще более удивительным было то, что косица, заканчиваясь где-то между лопаток, переходила в тонкий синий луч света, который уходил вертикально вниз, не оставляя светового пятна, а как бы пронизывая пол. На руке синий луч также не давал отблеска, беспрепятственно проникая сквозь ладонь.

Друзья принялись обследовать остальные манекены. У всех была одна и та же картина: косица, переходящая в синий луч. Потом они оглядели друг друга. У них самих ничего подобного не наблюдалось, если не считать настоящей косицы у королевы.

– Как мы могли сразу такого не заметить? – удивилась Корова.

– Мы были зачарованы их неподвижностью и восковым обликом, на остальное внимания не хватило, – ответил Адя.

– То есть, вы хотите сказать, что эти светящиеся штучки у них появились лишь когда они стали манекенами? – спросила Подлодка.

– Мау! Даю хвост на отсечение: пока они были живыми, у них ничего такого не было, – сказала Кошиса. – Я бы обязательно увидела. Уж эта стэвардэсса вертелась вокруг нас и так и этак. Не могли не заметить.

– Так. И что это может значить? – спросила Брунхильда.