Взлеты и падения государств. Силы перемен в посткризисном мире - Ручир Шарма

Чтобы определить, какие страны вероятнее всего преуспеют в экспортной конкуренции, я прежде всего проверяю, насколько страна открыта для международной торговли. В крупнейших развивающихся странах торговля, включая как экспорт, так и импорт, равняется в среднем 70 % ВВП, а среди стран, где это значение выше среднего, лидируют ведущие экспортеры промышленной продукции. На самом верху – страны, где торговля превышает 100 % ВВП (что возможно, потому что потребляют они в основном импортные товары, а большую часть национального дохода получают от экспорта): Чехия, Вьетнам, Малайзия и Таиланд.

Хотя замедление глобальной торговли, подобное нынешнему, губительно для стран, экономика которых в значительной мере зависит от экспорта, высокий доход от экспорта дает такие преимущества, что в долгосрочном плане, когда торговля стабилизируется, страны, открытые для торговли, будут иметь конкурентное преимущество перед закрытыми. В 2015 году, отвечая европейским противникам развития международной торговли, шведские промышленники Антония Аксельссон Юнссон и Стефан Перссон отметили, что до того как в 1860-е Швеция – под руководством проводившего либерализацию министра финансов Юхана Грипенстедта – открыла свои двери для международной торговли, она была бедной страной, и не только по европейским стандартам. Швеция была беднее Конго. Став после проведения реформ открытой страной, Швеция вступила в период, который теперь вспоминается как “сто лет экономического роста”.

Самые закрытые экономики, где торговля составляет менее 50 % ВВП, делятся на две группы. Одна – это множество густонаселенных стран, вроде Китая, Индии и Индонезии, которые меньше зависят от внешней торговли просто потому, что у них огромный внутренний рынок. Вторая группа включает в себя экономики, опирающиеся на нефть и другие сырьевые товары, например Нигерию, Аргентину, Иран и Перу, которые издавна привыкли защищаться от иностранных конкурентов и полагаются на большие скачки цен на сырьевые товары для генерации экономического роста. Чем больше они закрыты, тем меньше их доля от ставших ограниченными глобальных торговых потоков. В списке тридцати крупнейших развивающихся стран самой закрытой – с большим перевесом – является экономика многонаселенной Бразилии, опирающаяся на сырьевые товары.

В Бразилии торговля на протяжении десятилетий находится на уровне примерно 20 % ВВП – самом низком среди всех стран, за исключением намеренно изолировавшихся отщепенцев вроде Северной Кореи. Хотя Бразилия является ведущим экспортером соевых бобов, зерновых, сахара, кофе, говядины, мяса домашней птицы и других сельскохозяйственных продуктов и носит титул житницы мира, она в течение долгого времени избегала открытости. Торговля страны составляет всего 20 % от ВВП – меньше, чем у более населенных стран, таких как Китай или Индия, и даже меньше, чем у населенных стран с сырьевыми экономиками, таких как Россия и Индонезия, где доля торговли близка к 40 % или даже превышает это значение.

В отличие от Бразилии, некоторые из этих крупных развивающихся стран стремились к расширению торговли с внешним миром. В 2000 году у Бразилии было три соглашения о свободной торговле; теперь их пять, причем все это соглашения с небольшими странами, вроде Египта, Израиля и Палестинской автономии. За тот же период количество соглашений, заключенных Индией, выросло с нуля до восемнадцати, а Китаем – с нуля до девятнадцати, включая соглашения с крупнейшими странами со всего мира.

Полностью воспользоваться всеми преимуществами географического положения, превратив свою страну в бизнес-оазис, очень важно для роста в долгосрочной перспективе. Внешняя торговля приносит доход в иностранной валюте, который позволяет стране импортировать все, что хочет потреблять ее население, а также вкладывать средства в новые промышленные предприятия и дороги, не наращивая при этом внешнего долга и не испытывая повторяющихся валютных кризисов. Не случайно в течение долгих периодов устойчивого экономического роста послевоенные азиатские чудо-экономики в Японии, Южной Корее, Тайване и Сингапуре поддерживали и средний ежегодный рост промышленного экспорта на уровне выше 10 %. Шансы страны на экономический успех резко возрастают, если она способна производить товары на экспорт, и это еще раз свидетельствует о важности географического положения. Всякая страна, стремящаяся процветать в качестве экспортера, имеет большое преимущество, если располагается вблизи торговых путей, соединяющих богатейших заказчиков с наиболее конкурентоспособными поставщиками.

Отчасти это результат удачного расположения

Экономический рост сопутствовал торговым путям задолго до современной эры. В XVI веке страны Западной Европы неожиданно начали расти быстрее, чем страны Азии и Латинской Америки, – впервые в истории жители одного региона существенно выделились в терминах среднего дохода. В опубликованной в 2005 году статье под заголовком “Подъем Европы”^[25] специалисты по развитию Дарон Аджемоглу, Саймон Джонсон и Джеймс Робинсон взялись объяснить этот континентальный бум и пришли к выводу, что он стал результатом сочетания удачного географического положения и готовности им воспользоваться. По их мнению, между 1500-м и 1850-м резкие подъемы в Европе происходили в основном благодаря странам с двумя ключевыми преимуществами: у них были портовые города, расположенные на основных атлантических торговых маршрутах, и это были монархии, где уважались права собственности и где купцам предоставляли наибольшую свободу в эксплуатации расширяющейся сети торговых каналов. Поэтому в XVI веке европейский подъем возглавляли Великобритания и Нидерланды с их уже сложившимся уважением к правам собственности и процветающими атлантическими портами – Лондоном и Амстердамом.

В последние годы стало модно утверждать, что местоположение больше не имеет значения, потому что интернет позволяет оказывать услуги из любой точки мира. Однако основную массу глобальных товарных потоков пока что составляют физические товары, и местоположение по-прежнему важно для компаний, которые хотят быть рядом со своими клиентами и поставщиками. Общая стоимость всемирного потока товаров – 18 трлн долларов в год, намного больше стоимости потоков как услуг, так и капиталов, каждая из которых составляет около 4 трлн долларов. Поэтому для экономического роста самое большое значение будет иметь (по крайней мере, в обозримом будущем) экспорт промышленных товаров, таких, как те, что грузят на лодки дау по всему Дубаю. В 2015 году гонконгский экономист Джонатан Андерсон составил “тепловую карту” самых “горячих” экономик, отмечая местоположение стран, у которых с 1995 года доля экспорта промышленных товаров в ВВП существенно выросла. Он обнаружил четырнадцать таких стран, расположенных в основном в двух регионах: в Юго-Восточной Азии лидируют Вьетнам и Камбоджа, а в Восточной Европе – Польша, Чехия и Венгрия.

Почему именно эти несколько стран, почему в этих регионах? У этих стран есть нечто общее: выгодное местоположение. Им удалось добиться успеха в экспорте промышленных товаров из-за расположения рядом с большими потребительскими рынками Европы и США или вдоль “тех же морских путей, которые Япония и другие первые азиатские тигры” использовали для доставки товаров на такие рынки, как США. Вьетнам замещает Китай как база для изготовления кроссовок, экспортируемых на Запад. Польша процветает как платформа для немецких компаний, производящих автомобили для экспорта в Западную Европу. В Мексике и Центральной Америке доля экспортных промышленных товаров в экономике тоже выросла – хотя и в меньшей степени – отчасти из-за их географической близости к США. Мексика – хороший пример того, почему близость имеет значение: хотя зарплаты в стране в последнее время и снижаются по сравнению с Китаем, основное преимущество страна получила еще раньше за счет низких транспортных расходов на доставку в США товаров, особенно таких тяжелых, как автомобили, доставка которых обходится дорого.