Занимательное дождеведение. Дождь в истории, науке и искусстве - Синтия Барнетт

В офисе на телевизорах с большими экранами крутятся спутниковые снимки облаков, а на стене висит деревянный крест. Президент компании Дон Гриффит и вице-президент Марк Солак – седовласые метеорологи, одетые в белые рубашки с короткими рукавами, являющими миру не слишком развитую мускулатуру. Это не те люди, которые могли бы, подобно Чарльзу Хэтфилду, карабкаться вверх-вниз по дождевой вышке. Но как и он, они с большой скромностью относятся к облачной магии, которую совершают для гидроэлектростанций, лыжных курортов и органов власти в охваченных засухой штатах и населенных пунктах.

Гриффит на протяжении четырех десятилетий вдувает йодид серебра в зимние облака над горами Юты, чтобы увеличить снежный покров – и годовой сток в реки и водохранилища. «Североамериканские погодные консультанты» используют около 150 наземных генераторов, установленных в долинах и предгорьях национальных лесных угодий Юты. Эти устройства похожи на высокие электрообогреватели, призванные давать тепло лосям и зайцам-белякам. Обнаружив буран с капельками переохлажденной воды и оптимальными скоростями ветра для рассеивания суррогатных ядер, метеорологи включают пропановые горелки, и те медленно сжигают йодид серебра, превращая его в скручивающиеся ленты, которые засевают грозовые облака.

По оценке гидрологов штата Юта, эти мероприятия ежегодно увеличивают запас воды в снегу в среднем на 13 процентов, добавляя в водохранилища и водоносные слои примерно 250 000 акрофутов^[17] в год. Но засев облаков остается спорной темой для многих метеорологов. Это относится и к рекламируемым результатам, и к неопределенности влияния засева на систему столь динамичную, что, как предположил основоположник теории хаоса Эдвард Лоренц, повлиять на нее может и взмах крыльев бабочки.

Действительно, после безудержного восторга в заголовках материалов о достижениях «Дженерал электрик» на первых полосах газет в 1940-е годы воздействие на погоду в следующие полвека ознаменовалось неким спадом для метеорологов, подобных Гриффиту и Солаку, которые пришли в эту область на волне возросшего интереса и государственных инвестиций. В середине 1970-х федеральное правительство тратило на исследования по изменению погоды около 20 миллионов долларов в год. Но в следующую пару десятилетий финансирование практически сошло на нет. Хаотичная природа дождя и снега и неспособность ученых определить соотношение между искусственно вызванными и природными осадками означали, что специалисты по засеву облаков никогда не смогут очевидно подтвердить свои результаты. Не играло им на руку и то, что многие их предшественники были шарлатанами, а их ученые предки склонялись к преувеличениям. В докладе Национального исследовательского совета Национальных академий, опубликованном в 2003 году, делался вывод: «До сих пор не получено убедительных научных доказательств эффективности мероприятий по преднамеренному воздействию на погодные условия».

Доказательств хватает девяти штатам. С распространением засух и ростом населения на засушливом Западе засев облаков является одной из стратегий, которую в сочетании со многими другими применяют руководители водохозяйственных служб, пытающиеся обеспечивать наполнение водохранилищ. Поскольку засевание относится к числу самых дешевых технологий – несколько долларов на акрофут по сравнению с несколькими сотнями долларов при накоплении запасов воды в водохранилищах или ее переброске из одного бассейна в другой и несколькими тысячами при опреснении морской воды, – специалисты по управлению водным хозяйством готовы платить такую небольшую цену. Юта, Калифорния, Невада, Айдахо, Вайоминг, Колорадо, Северная Дакота, Канзас и Техас – все эти штаты обрабатывают облака, как и многие местные органы власти, сельскохозяйственные консорциумы и другие зависящие от дождя предприятия. Пара гидроэлектрических компаний в США и Австралии уже более пятидесяти лет беспрерывно засевают облака.

В других регионах многие иностранные правительства занялись облаками, пока правительство США отступилось от научной дисциплины, которую помогло изобрести. Проекты по воздействию на погодные условия действуют более чем в сорока странах, в том числе в Таиланде, где сам король – Его Величество Бхумибол Адульядедж – владеет патентом на «Изменение погоды с помощью королевской технологии искусственного вызывания дождя». Индонезийское ведомство, ответственное за ликвидацию последствий катастроф, начало засевать муссонные штормы над Яванским морем, пытаясь заставить их проливаться дождями, прежде чем ударить по Джакарте, где ежегодное муссонное наводнение может парализовать жизнь и нанести ущерб на миллионы долларов.

Китай тратит и на реальный засев облаков, и на исследования в этой области гораздо больше любого другого правительства. Воздействием на погоду там занимаются 47 700 сотрудников. В их распоряжении – пятьдесят самолетов для засева облаков, 7304 ракетные установки и 6902 пушки, выглядящие так, словно сбылись самые дерзкие мечты Роберта Сент-Джорджа Дайренфорта. Как утверждает Китай, за последние десять лет 560 тысяч мероприятий по засеву облаков обеспечили выпадение осадков в количестве почти 500 миллиардов тонн, что в 12 раз превышает водоудерживающую способность плотины «Три ущелья» на реке Янцзы.

Рулоф Брентьес, ведущий научный сотрудник по воздействию на погоду в Национальном центре атмосферных исследований в Боулдере, штат Колорадо, который также возглавляет группу экспертов Всемирной метеорологической организации, к утверждениям Китая относится скептически. Но, по его словам, новые модели и технологии соблазнительно близки к прояснению последствий засева облаков. На паре горных хребтов в южном Вайоминге метеорологи из Вайомингского университета, Национального центра атмосферных исследований и Колорадского университета завершают самое детальное за последние десятилетия исследование по засеву облаков, включая слепой статистический анализ 150 мероприятий за семь лет.

Когда я разговаривала с ведущим исследователем, профессором Бартом Гертсом из Вайомингского университета, до получения результатов оставался еще почти год. Он рассказал мне, что совокупность доказательств указывает на общее увеличение осадков на хребтах, где засеивались облака. Увеличение порядка 10–15 процентов можно отнести на счет засева, а не случайности. Но исследование не ответило на другой важный вопрос, который всегда преследует облачную индустрию: забирая из облаков чуть больше дождя и снега, не отнимают ли метеорологи осадки у того места, где они выпали бы естественным путем?

Гриффит из фирмы «Североамериканские погодные консультанты» не считает, что для беспокойства о том, что «дождь отбирают у Петра, чтобы снабдить водой Павла», есть основания. Отраслевые исследования показали: районы, расположенные в 80-160 километрах по ветру от объекта засева, тоже пожинают плоды увеличения осадков. Но Гертс рассказал мне, что в глобальной системе, где каждый дождь или снегопад уменьшает количество водяного пара на подветренной стороне по мере его перемещения к следующему горному хребту и далее, дело обстоит куда сложнее. Среди загадочных механизмов Земли и атмосферы ясно одно: меняя одну часть дождевого цикла, мы меняем и другую где-то еще.