Хилтоны. Прошлое и настоящее знаменитой американской династии - Рэнди Тараборелли

Между тем дела у Ники Хилтона и его очаровательной невесты Бетси фон Фюрстенберг шли не очень хорошо. Прошло всего два месяца, но Бетси ясно поняла, что будущее с Ники не сулит ей ничего хорошего. «Он был человеком очень сложным, – говорила она. – С одной стороны, я не встречала другого человека, который так верил бы в других. Хотя они с Барроном постоянно соперничали, он всегда желал ему добра, как и отцу, и всем своим друзьям. Он был невероятно добрым. На мой же взгляд, его проблема заключалась в том, что его ничто не интересовало. Он продолжал занимать солидный пост в отеле «Бель-Эйр», но практически там не появлялся, и я даже представить не могу, как он им руководил. Я оказалась в беспомощном положении. Я была очень молода и просто не знала, что делать».

Еще одной проблемой была Элизабет Тейлор.

– Он очень тяжело переживал свой неудачный брак с Элизабет, – говорила Бетси. – Однажды он сказал мне, что она была его первой любовью и что он вряд ли сможет забыть ее. Я видела, что он несколько идеализирует их отношения, они были вовсе не такими хорошими, как ему теперь кажется. Часто во время ссоры он машинально называл меня ее именем. Она заслоняла меня, загоняла в тень.

Помню, мы с ним пошли на премьеру какого-то фильма и увидели, что она тоже там, сидела где-то позади нас. Ники не хотел с ней встречаться. «Давай подождем, когда она уйдет», – едва не умолял он меня. И вот мы ждем-ждем, а, оказывается, она ждет, пока не уйдем мы! Наконец кинотеатр почти опустел, и она сидела там с кем-то и ждала, когда мы пройдем по проходу, наверное, хотела меня рассмотреть. Мы коротко поздоровались, и все. Но с этого момента вечер был безнадежно испорчен, потому что Ники погрузился в глубокую депрессию. Я начала понимать, что всегда буду занимать место Элизабет.

В начале 1952-го, когда МГМ не продлила контракт с Бетси, она вернулась в Нью-Йорк, где сыграла в шоу «Дорогие варвары». Следующие полгода она моталась между Манхэттеном и Лос-Анджелесом, но уже понимала, что ее отношения с Ники бесперспективны. Он был грустен и говорил, что отказался от надежды найти счастье. «Наверное, мне просто не суждено быть счастливым», – сказал он Бобу Нилу.

– Как ты можешь так говорить, Ники?! – воскликнул Боб. – У тебя весь мир в кармане. У тебя такая жизнь, о какой можно только мечтать! У тебя есть все – деньги, власть. Твоя семья известна во всем мире! А мы только смотрим на вас снизу вверх и мечтаем быть Хилтонами.

– Ты пытаешься меня успокоить… или расстроить? – спросил Ники.

– Тебе нужно выйти из этой проклятой усыпальницы, – заявил ему Боб. – Нужно встряхнуться, дружище. Ты слушай меня. Элизабет Тейлор даже не думает о тебе. Можешь мне поверить. Просто невозможно, чтобы эта ненормальная думала о тебе, Ник. Она трахается с кем-то другим. И ты это знаешь.

– Заткнись, Боб, – сердито сказал Ники. – Не смей так говорить об Элизабет.

– Я правду говорю.

Ники кивнул:

– Да, знаю, и все-таки не говори так о ней.