Путь истины - Герхард Терстеген

1. Возлюбленный о Господе Иисусе, нашей славе и нашем единственном уповании, друг мой N! Я бы хотел несколько более подробно изложить свои мысли о предметах, которые в Вашем письме привлекли моё внимание – а именно, что некоторые души, как Вы пишете, ничего не желают слышать о тех или иных приуготовлениях для достижения единения с Богом, равно как и о деятельном пребывании в самоотвержении; всё сие они считают только Законом, а не Евангелием. Вы полагаете, что это решительно противоречит тому, о чём говорит Апостол Павел, а именно, что закон есть детоводитель ко Христу (Гал. 3, 24) и проч. При сем Вы надеетесь, что здесь, у нас, в понимании этого учения дело обстоит лучше, чем в Голландии.

2. Что касается последнего, то я должен сказать: да, слава Богу! Во всей нашей местности в этом отношении положение вещей лучше, чем у вас, хотя в других вопросах христианского учения и у нас наличествуют разные заблуждения. Среди людей, которых коснулось духовное пробуждение, ничего не слышно об этом новом евангелии^[146], отрицающем всякое самоотвержение, деятельное постоянство в последовании Христу и постепенность продвижения в духовном освящении. Да, у нас от сердца веруют, что только через Кровь Христову мы получаем оставление грехов (1 Ин. 1, 7) и дерзновение приближаться к Богу, по богатству благодати Его^[147] (Евр. 10, 19; Еф. 1, 7). Но также у нас веруют и в то, что Тот, Кто посвятил Себя за нас, также поистине хочет освятить и нас самих (Ин. 17, 19), дабы чрез дарование нам Своего Духа и благодати уготовить нас в жилище Богу по богатству Своей славы (Еф. 3, 16–17), – равно как веруют у нас и в то, что имеющие такие обетования и надежду должны, силой именно этой благодати, очистить себя от всякой скверны плоти и духа, совершая своё освящение в страхе Божием (2 Кор. 7, 1). Одним словом: мы стоим на том, что Христос сделался для нас от Бога не только премудростью и оправданием, но и освящением и спасением (1 Кор. 1, 30). Это учение очевидно и принимается всеми; между тем необходимо, чтобы оно непременно было и осуществляемо чрез самое усердное делание.

3. Когда я пишу слово «делание», то я хорошо понимаю, что те, кто ничего не хочет слышать об отвержении себя, также осудят и понятие «делания», как якобы принадлежащее к области Закона. Но не о делании ли говорит Апостол Павел, назидая Тимофея, чтобы он упражнял себя в благочестии (1 Тим. 4, 7), воинствовал, как добрый воин Христов (1 Тим. 1, 18), подвизался добрым подвигом веры (1 Тим. 6, 12) и так далее? О, как прискорбно, что люди – и благочестивые люди! – так легко скатываются в крайности! А ведь истина недолго останется истиной, если слишком накренять её только на одну сторону.

4. Некогда, чтобы отвергнуть иудейское оправдание делами и утвердить оправдание во Христе, нужен был Павел. А в наше время нужны Пётр и Иаков, дабы указать нам Духом Святым на то, что написанное по данной ему премудрости возлюбленным ими братом Павлом не всегда понимается правильно, но то извращается, а то доводится до крайности (2 Петр. 3, 15–16). Однако истина должна всегда оставаться истиной. Я ясно вижу коварство врага нашего спасения при нынешних «битвах с Законом». Драгоценнейшая заслуга Христова, Его Кровь, Его раны – прекрасный повод для диавола, чтобы чрез поверхностно понимаемое «удобное» Евангелие уничтожить Крест Христов и отвратить духовно пробуждаемые души от святого делания внутреннего христианства, от его силы и сока и от живого опыта богообщения, обретающегося в этом делании. Намерение врага – выманить человека на поверхностный уровень помыслов и чувств, в то время как глубинное наше повреждение остаётся непознанным и неумерщвлённым. Поэтому в наши дни служители Божии должны особенно стараться, чтобы возвещать Христа и Его Евангелие всесторонне, в полноте, тем более когда они имеют дело с живым сердечным обращением человека к Богу. Им надлежит настаивать на необходимости внутрь-пребывания во Христе, отвержения себя и истинного освящения, без которых, вне всякого сомнения, никто не увидит лица Божия (Евр. 12, 14).