Суперденьги: Поучительная история об инвестировании и рыночных пузырях - Адам Смит

АНГЛИЧАНИН В ОТЕЛЕ ГОВОРИТ ДЕРЕВЬЕВ СТОЛЬКО ЖЕ КАК И В ПРОШЛОМ ГОДУ ВИРУСНАЯ МУШКА ПОД КОНТРОЛЕМ

Мы понятия не имели, чем вирусная муха отличается от навозной, но все, что жрало какао, было нам на руку.

В конце концов, они собрали нормальный средний урожай, такой же как и всегда, несмотря на гражданскую войну, хаос, бунты, неопрысканные инсектицидом деревья и страшную Черную шелуху. Марвин вернулся, испытав лишь одно настоящее приключение: аборигены окунули его голышом в чан с подогретым маслом. Цены на какао не поднялись, а вложенные нами деньги пошли прахом. Я написал об этой истории — она излагается не только в «Игре на деньги», но и в Das grosse Spiel ums Geld (что по-немецки означает примерно то же самое). А кроме того, мы с Полом сфотографировались перед зданием Банка международных расчетов с плодом какао в руках.

Проблема — или одна из проблем — нашей аферы с какао заключалась в информации и ее интерпретации. В этой игре были серьезные игроки — Hershey, Nestle и M&M — так вот они реально покупали какао и знали, как отличить вирусную мушку от Черной шелухи, к тому же (я так думаю) знали больше, чем мы, не зря они до сих пор в этом бизнесе. По этой причине я написал, что, если у тебя возникает желание заработать деньги на товарном рынке, тебе нужно отправиться на пляж и лежать там до тех пор, пока это желание не пройдет.

Но Бернард Куммерли ничего не знал о моей поучительной истории.

Когда я попытался выяснить, как могло случиться, что мой банк испарился, словно лужица в лучах летнего солнца, вице-президент United California Bank в Лос-Анджелесе сказал: «Знаешь, все произошло почти как в твоей собственной истории с какао».

Почти. А может, и еще круче. К сожалению, я пока не собрал вместе все фрагменты этой головоломки, потому что суды в Швейцарии — дело неторопливое, и Куммерли все еще сидел в базельской тюрьме, а власти не горели желанием позволить мне обменяться с ним парой-тройкой интересных историй. Куммерли прошел тот же путь, что и Толстый Марвин, с разницей в пару лет, хотя все предостережения и наставления уже были напечатаны в моей книге.

Пол не изменил своей политике предоставлять сотрудникам полную свободу — даже после того, как обжегся на серебре.

— Ошибки делают все, — сказал он.

Наш банк начал втягиваться в сделки с какао, но лишь для отдельных клиентов. По словам Пола, несколько контрактов, не больше. Следуя благородной традиции, когда рынок сыграл против клиентов, банк, понятное дело, покрыл их убытки.

— Ерунда, $100 000 или около того, — сказал Пол. — Я-то, правда, думал, что у нас было всего несколько контрактов.

Все это, по уверениям Пола, было известно аудиторам United California Bank, когда банк из Лос-Анджелеса покупал контрольный пакет.

Конечно, наш банк явно горел желанием отыграться. Он славился своей неординарностью и агрессивностью, а стилем Пола всегда был молниеносный удар кендо. Промахи с серебром и кое-какими ценными бумагами надо было чем-то компенсировать.

Кто-то, должно быть, шепнул Куммерли, что в мире вот-вот наступит дефицит какао. По горячему следу Толстого Марвина Куммерли отправился в Гану, чтобы там стать экспертом. Позднее я спросил Пола, что Куммерли делал в Гане.

— А черт его знает, — сказал он. — Пиво пил сутками напролет. По-моему, познакомился с какими-то типами — экспертами, коммерческими атташе, трейдерами какао.

В середине июля 1969 г. в департаменте товарных рынков нашего банка закрутилась какая-то интрига. Когда Куммерли был в отпуске, второй из Lee boys, Виктор Цурмуле, явился к Полу и сообщил, что Куммерли погряз в спекуляциях. По словам Пола, Цурмуле обнаружил 3000 контрактов на какао, купленных в расчете на хаос, войны, отсутствие инсектицидов и Черную шелуху. И что же они сделали? «Мы продали эти контракты». До той поры никаких лимитов для товарных трейдеров не устанавливали. Теперь же Пол поручил молодому бухгалтеру-швейцарцу, Хельмуту Бручи, взять все это хозяйство под контроль. Судя по всему, Бручи так и не приступил к этому делу, и даже Пол, вдалеке от родных берегов обхаживавший скандинавов, начал понимать, что нужен более серьезный контроль. Он нанял специалиста из швейцарского отделения National Cash Register, но тот «не сработался». А к тому времени, когда появился следующий специалист, на сей раз из Volkesbank, все бухгалтерские книги уже были «подретушированы».