Люди и собаки - Доминик Гийо

Однако чувство иерархии определяется не только инстинктом или врожденными психологическими особенностями конкретного волка, которым всецело подчинено его социальное поведение до тех пор, пока в один прекрасный день он вдруг не решит перейти в статус доминанта, если был подчиненным, или отказаться от власти, будучи доминантом. На самом деле социальная структура стаи подвижна, она не заложена в волчьих головах от рождения. Иерархия представляет собой результат постоянного взаимодействия между индивидами, многочисленных персональных контактов и беспрестанных проверок текущего состояния взаимоотношений. Члены стаи проверяют и подтверждают свой статус и статус других волков посредством особых ритуалов.

Требования к социальной организации, свойственной образу жизни коллективных хищников, у собак выражены гораздо мягче, чем в волчьей стае. Основная причина состоит в том, что в отличие от волков, добывающих пищу охотой, собаки получают доступ к ресурсам благодаря своему общению с человеком. Такой способ пропитания не требует строго регламентированного взаимодействия с соплеменниками. Собаки избавлены от давления естественного отбора, который привел волков к социальной организации по стайному принципу, со всеми вытекающими условностями иерархии. В новой экологической нише отпала необходимость жить сплоченными группами, где от каждого члена требуется тонкое умение улаживать конфликты и стабилизировать иерархические отношения. Конечно, у некоторых собак, в особенности у тех, что специализируются на псовой охоте, развиты формы социального поведения, подобные тем, которые можно наблюдать в волчьей стае. Однако в отличие от своих диких кузенов с их врожденной способностью поддерживать иерархию собаки приобрели это качество гораздо позднее. Во всяком случае, это произошло уже после эволюционного разделения собак и волков на две самостоятельные ветви. В данном случае способность собак к коллективному взаимодействию развивалась искусственно путем направленной селекции, производимой человеком. Кроме того, эта способность может проявиться в случае долгого проживания в тесном контакте с другими собаками или же быть развита при помощи специальной дрессировки.

Наблюдения за дикими и бродячими собаками подтверждают, что в этом смысле они сильно отличаются от волков. Собаки чрезвычайно редко демонстрируют навыки коллективной охоты. Обычно они охотятся в одиночку на мелких животных или же, если есть такая возможность, в поисках пищи предпочитают рыться в мусоре, оставленном человеком^[62]. Кроме того, собаки обладают гораздо меньшим набором средств для выражения эмоций, чем волки. В особенности это касается мимики. Оскал собак не настолько широк, как у их диких кузенов, висячие уши у некоторых пород малоподвижны. Все эти качества говорят о том, что собаки гораздо меньше, чем волки, подчинены правилам социальной жизни. Взаимодействие волков между собой регулируется строгими законами стаи, поэтому умение четко и недвусмысленно выражать свои намерения и настроение, равно как и распознавать аналогичные выражения других членов группы, имеет для них огромное значение.

Еще одним свидетельством ослабления правил социального поведения у собак по сравнению с волками служит тот факт, что ощенившиеся собаки в одиночку заботятся о своем потомстве. Еще до рождения щенков кобели теряют всякий интерес к будущим матерям своих детей. Причем это касается не только домашних, но и бродячих собак. У волков же репродуктивная пара вместе со своими малышами составляет основную ячейку стаи. Разумеется, тот факт, что кобели не принимают участия в заботе о потомстве, приводит к значительным потерям в плане воспроизводства: смертность среди щенков диких и бродячих собак исключительно высока. Однако эти потери успешно компенсируются заботой человека о своей собаке и об ее щенках. Кроме того, антропогенная ниша предоставляет такое изобилие ресурсов, что высокая смертность молодняка уже на протяжении тысячелетий никак не сказывается на численности собачьей популяции в целом.

Подводя итоги, можно сказать, что адаптация к антропогенной нише привела собак к упразднению многих форм поведения, характерных для высокоорганизованной социальной жизни волчьей стаи. Собаки не живут сплоченными группами и, в отличие от своих диких кузенов, в повседневной жизни не нуждаются в тонком умении внимательно наблюдать за другими и вовремя гасить конфликты. Следовательно, социальная жизнь собак не требует постоянного и неукоснительного соблюдения законов иерархии, характерного для волков. Поэтому собаки и ведут себя более агрессивно по отношению друг к другу, а их конфликты гораздо быстрее перерастают в драки. При этом собачьи драки, хотя и случаются реже, чем у волков, могут заходить слишком далеко и заканчиваться серьезными ранениями.