Секреты молодости звезд - Наталья Корнеева

— А какой театр простой? Но я ведь ушла, прочитав очередное распределение ролей. И дело было не в том, что нет работы. Работы было много. Но какой работы? То, что тебя Мастер видит, — это счастье. А какой ты себя хочешь видеть и хочешь ли видеть себя вообще? Эти вопросы я себе задавала.

Страшно ошибиться, делая крутой поворот. Вдруг не туда, вдруг не получится?

— А кто сказал, что не получится, ведь вы еще не начали?

— Да потому что, чем больше человек одарен творчески, чем он духовнее, тем больше у него сомнений: «Туда ли я иду?»

— Сомнения и самокопание — взаимоисключающие друг друга вещи. Да, я могу сомневаться в чем-то. Сомнение сразу включает мозговую атаку: «Зачем пошла, а если деньги, а если это, а как же дальше?» И нередко ведь как ведь бывает? Человек говорит: «Это я занимаюсь своей профессией, а деньги зарабатываю нелюбимым делом». И получается: бизнес, в который человек вкладывает колоссальные средства и силы, прозябает от случая к случаю, а комфорта-то, ради которого, собственно, душа его и родилась, у человека нет. Так не проще ли соединить это?

— А если так: я хочу заниматься любимым делом и зарабатывать этим, но столько, сколько мне нужно, я, занимаясь любимым делом, заработать не смогу?

— Деньги — не самоцель. А как можно сказать себе «нет», когда только душа твоя знает, что «да»? А душа твоя — это невероятный дар и тебе позволено этим даром пользоваться. Так не трать силы на ерунду: на отрицания и сомнения.

— То есть не нужно бояться своих желаний, а стараться их воплощать?

— Либо ты тратишься на то, что это не сбудется, либо тратишь силы на исполнение желания. Надо выбрать.

— Древние говорили: в здоровом теле — здоровый дух. Как достичь гармонии духа и тела?

— Болезнь нужно воспринимать как благо. Нет ни одной одинаковой болячки. Каждый человек болеет индивидуально. Но все, что болячка — это сигнал к тому, что пора заняться собой, потому что нас уже никакими семафорами не остановить, только так. Кто-то слишком любит себя, забывая про ближнего, кто-то наоборот. Часто бывает, женщина зациклена на своих детях и ей ни до чего. Она не замечает, в чем она одета, как она выглядит, собственное самочувствие ее не волнует, ей все, простите, по барабану, даже муж, потому что главное — дети. Кстати, у таких мам дети чаще всего вырастают неблагополучными, потому что чересчур. Если твоя душа идет по твоему пути и ты в абсолютной гармонии с природой, если тебя ничто вокруг не раздражает, то ты и болеть не будешь.

— Питание при этом играет какую-нибудь особенную роль?

— Я вегетарианка. Питаюсь сезонными овощами и фруктами. Опять же, благодаря болезням, стала вегетарианкой.

— Многие понимают вегетарианство — это не есть мяса и заменяют его сладким и булочками.

— У меня чистое вегетарианство: без мяса и молочных продуктов. Вегетарианство — это целое мировоззрение. Это когда ты получаешь наслаждение просто от стакана сока. Раньше я и не знала, как вкусно есть арбуз, который очень люблю, с чесноком. Благодаря вегетарианству, мне открылся богатейший мир запахов. Я научилась жить полноценно, здесь и сейчас. В начале лета я побывала под Архангельском. Вышла побродить и вижу: стоят ели, а между ними снег не снег, не пойму. Подошла ближе, а это ковер из бледно-голубых незабудок. Такая красота! Открывая для себя совершенство жизни, начинаешь понимаешь, что и ты совершен. И нет уже необходимости страдать из за всякой ерунды, к примеру, оттого, что у тебя маленькая грудь или параметры не соответствуют стандартам 90 × 60 × 90.

— Однако женщины только тем и озабочены, что борются со своими недостатками, посещая салоны и делая косметические процедуры и операции. Вы ходите в салон?

— Это бывает так редко! В перерыве между съемками временами я посещаю салон одной своей хорошей знакомой, где работают профессионалы высочайшего класса. Но, скорее, это приятное времяпрепровождение, общение, чем что-либо другое. Я не занимаюсь ни масками, ни подтяжками лица. Меня это мало интересует.

— И ботокс ни разу не пробовали?

— Одна дама приходит к священнику и говорит: «Хочу сделать пластическую операцию лица, но угодно ли это будет Богу?» — «Только бы ангел-хранитель вас узнал!» — махнул рукой батюшка. (Смеется.) Нет, я не осуждаю! Но я предпочитаю быть такой, какая есть и, по возможности, помогать своему организму, изыскивая резервы в нем самом.

— Людмила, вы модная женщина?

— Мода, это то, что тебе нравится и что тебе идет. Нет моды для всех.

— Но все ходят с оголенными пупками. Вам это нравится?

— Нравится на тех, кому самому это нравится. Даже если у них телеса вываливаются. Но если я вижу, как счастлива эта девушка с оголенным пупком, которой это абсолютно не идет, но она настолько собой довольна, что меня это заражает и я за нее радуюсь Как мало человеку надо! Просто проткнуть пупок и оголить его. Но я так не пойду, это не мое.

— Где вы одеваетесь?

— Я люблю вещи модельера Лены Макашовой.

— Это патриотично с вашей стороны, ведь у вас есть возможность носить известные западные марки, а вы предпочитаете отечественные.

— Почему я люблю Макашову, она работает с одеждой как роскошный драматург. И мне всякий раз интересно примерять на себя как бы другое мировоззрение. Это доставляет мне удовольствие. Это не то, что прийти в какой-нибудь бутик, где тебе сразу начнут что-то, простите за выражение, впаривать.

— А до Макашовой как одевались?

— Раньше у меня было такое состояние, когда мало что меня радовало и я не вылезала из черного цвета.

— Вы сильно загружены в кино. Если вам на что-то не хватает времени, вы жалеете об этом?

— Моя загруженность работой — это абсолютно добровольное мое пленение. Поэтому, если мне кажется, что мне не хватает на что-то времени, значит, мне это и не нужно.

— В жизни вы тоже сильная, как и ваша героиня?

— А что такое — сильная женщина? Я не знаю таких. У меня есть знакомые, бизнес-леди. Они плачут, они очень ранимы, они бросающие и бросаемые. Так они сильные или нет? Я не задумываюсь об этом. Существует понятие образа: «а ну-ка прикинься». Так или иначе, все, что происходит со мной в кино, в жизни мало меня касается. Другое дело, что зрители переносят на жизнь актрисы то, что видят на экране. После сериала «Таксистка» пошли слухи о том, что у меня трое детей, что очень удивило мою маму (смеется). Разузнав всякими правдами и неправдами мой телефон, мне стали звонить разные мамаши с просьбой о встрече. Я категорически отказывалась и слышала в ответ: «Так я и думала! Вы не такая, как в кино!». Да, в жизни я абсолютно другая.

— Сделавшись всеобщей любимицей, вы изменились?

— Первое время, когда стали наперебой брать у меня интервью, я очень смущалась и не понимала, что такого произошло. Семнадцать лет прослужила в театре и никто не брал интервью, и вдруг такой ко мне интерес. А я ведь какой была, такой и осталась, во мне ничего не изменилось. И мне было смешно.