Не замужем. Секс, любовь и семья за пределами брака - Анна Шадрина

По мнению моей собеседницы, имея возможность управлять потребностями, люди бы давно отказались от трудной работы, связанной с воспроизводством.

Следуя ее логике, желание «продолжать род» и заботиться о детях – «материнский инстинкт» – свойственно всем людям, однако новые социальные обстоятельства способствуют его «заглушению». И если это утверждение верно, то даже деформированный «материнский инстинкт» может быть обнаружен и «пробужден».

Я могу понять тревогу этой женщины за будущее дочери. Но мне также хорошо известно, как болезненно переживается подобное «участие», если способ реализации собственных ценностей не соответствует ожиданиям близких.

По сути, в такой ситуации предлагается выбор между двумя взаимоисключающими вариантами: оставаться «хорошей дочерью» или проживать собственную жизнь.

В этой главе я хотела бы обсудить условия, в которых незамужние женщины принимают одно из самых важных решений в жизни любого человека: производить ли на свет детей?

Почему женщины материнствуют

В своем повествовании я стараюсь избегать слова «материнство», заменяя его нейтральным определением «родительство». Понятие «материнство» нагружено идеями о том, что мать – наиболее ответственный родитель. «Родительство» в данном контексте употребляется для того, чтобы обозначить возможность участия в «материнствовании» других членов семьи.

Психоаналитик Нэнси Чодороу под «материнствованием» понимает «эмоциональную работу» по уходу за детьми, которая, объясняясь «биологической потребностью» женщин, не предполагает участия отцов в заботе о детях.

В своей книге «Воспроизводство материнства: психоанализ и социология пола» Чодороу показывает, что половое разделение труда в семье формируется в процессе социализации и не имеет биологического обоснования[165].

В большинстве современных обществ девочек воспитывают, заинтересовывая в развитии личных качеств, важных для «эмоциональной работы», а мальчиков, напротив, отстраняют от проявлений заботы и привязанности. Считается, что это не «мужское» дело, мужчинам не «свойственны» сантименты, они не могут хотеть заниматься домашними делами.

Чодороу объясняет, что семья нуклеарного типа с асимметричным родительством воспроизводит передачу такой диспозиции следующим поколениям. Девочки копируют поведение «материнствующих» матерей, а мальчики – «отстраненных» отцов. Такое разделение, в свою очередь, воспроизводит структуру общества с системным превосходством мужчин над женщинами.

Последователи функционалистского подхода оправдывают структуру традиционной семьи тем, что «истинное предназначение» женщин не только в том, чтобы рожать, но и в том, чтобы заботиться о тех, кого они произвели на свет.

Проблема, однако, не в том, что современницы хотят перестать заботиться о детях, а в том, что ответственность за детей полностью передается в женские руки:

Эти социальные роли естественны, потому что именно женщина рожает детей, а ребенку нужна мама, с которой он по факту проводит больше времени, чем с отцом. Это не обязанность женщины, а естественный порядок вещей. Если спросить: должна ли река впадать в море? Не должна, но больше ей впадать некуда[166].

Комментируя обеспокоенность женщин ситуацией двойной нагрузки, эксперты-традиционалисты прибегают к «натуралистической» аргументации. Но бесспорным в этом объяснении является только тот факт, что женщины рожают. При этом «естественный порядок вещей», как было показано в главе 1, поддерживается социальным порядком и поддается переустройству.

Кто такая «хорошая мать»?

Помимо заботы о детях на мать возложена ответственность за психологический климат. От женщины ожидается не только самоотверженное обеспечение жизнедеятельности членов семьи, но и обладание определенными моральными качествами.

Требования, предъявляемые обществом к матери, хорошо видны в выступлениях публичных экспертов:

Мама должна быть нежной, ласковой и внимательной. И такой она должна быть не три часа в день, а 24 часа в сутки – минимум весь первый год жизни. Будет ли ребенок любить, будут ли его любить, не будет ли он эксплуатировать состояние своей значимости, зависит от того, с какой целью зачат ребенок.

Половое воспитание начинается именно тогда, когда мама решает зачать ребенка. В жизни все бывает, «поломка» может случиться на любом этапе. Но чтобы у мамы не было сожалений, она должна сказать себе, что с момента, когда почувствовала, что беременна, и первые несколько лет жизни ребенка она будет принадлежать только ему. Именно его потребности являются главными.

Если мама просто родила, покормила, перепеленала и посадила одного играться, ребенок это воспринимает так, будто ему сказали: «Живи сам!» А как выжить самому? Только кого-то полюбить. Но кого? Конечно же себя! Так ребенок становится эгоистом, нарциссом[167].

От матери ожидается, что она полностью посвятит себя ребенку. Но помимо обладания особыми моральными качествами, связанными с заботой, мать должна соответствовать ряду других стандартов. В частности, возрастных:

Положение юных мам – просто драматическое. Рождение детей до наступления биологической и социальной зрелости – большой риск для здоровья и самой юной женщины, и для ее ребенка. Самостоятельно не только воспитывать, но даже ухаживать за ребенком девочки-мамы не могут. А как окончить школу, получить профессию?[168]

Мать не должна быть слишком молодой, но и слишком старой тоже не должна быть:

Именно поэтому «пóзднее» материнство вызывает большое количество дискуссий и обсуждений в статьях, так как матери «в возрасте» обладают с точки зрения здоровья худшими физиологическими показателями[169].