Принцип яйцеклетки. Науч-поп-гид по физиологии и психологии от первого лица - Инна Перс

Начало девятнадцатой недели. Полпути! Генетическая индульгенция на развитие получена. Правда, с маленьким брачком – предполагаемым пороком сердца. Поскольку подозрения к научным фактам не относятся, продолжаем забег. Мои органы одеваются в броню постепенно окостеневающих грудины и позвоночника, а организм защищается иммунитетом. Моя творческая натура нашла свое проявление посредством движения. Мне даже предоставился шанс показательных выступлений, и я уже кинозвезда в папином фильме. Не терпится посмотреть! Но до этого еще бежать и бежать. Целых двадцать недель. Марафон, требующий выдержки и здоровья. Вот только какой бегун из Яйца с врожденным пороком сердца? Неполноценный. Ненадежный. Непредсказуемый.

Но самое ужасное – это то, что это секрет. Мой секрет. Только мой. Ведь кроме меня никто о пороке сердца больше не знает. Ну, не считая доктора, конечно. Он будет молчать. С мамой связываться не захочет. Еще вчера Я бы бегало по амниону сломя голову в свое удовольствие, переворачивалось бы во все стороны, бодрствовало вниз головой, спало параллельно поверхности пола, подпирало своей головой дно матки. А сегодня Я – герой! Знаю, а молчу. Сохраняю маме и папе энергию и нервы. Не волнуйтесь, дорогие родители. Живите спокойно. Пока факты не проверятся. Тогда волноваться вместе будем. Гордо, но грустно. Я болтаюсь такой маленький в своем просторном амнионе. Свернулось калачиком, прижав к животу коленки и локотки. Даже сосание пальца не утешает. Я повернулось спиной к маминому животу. Не хочу света. Хочу мглы. Мне одиноко. Погладьте меня, родители. Заняты? Ну и подумаешь! Не очень-то и хотелось!

– Малипусичка, ты что там затих? Уже несколько часов ни одного движения.

– Нормально все. Могу я крепко заснуть, в конце концов? Мне тоже нужен отдых.

– Не случилось ли чего? Как ты там, карапузик?

– Паниковать стоит, только если ребенок не движется больше полутора суток, а при этом развивается проблемная беременность или были физические травмы.

– Что же это такое! Наверное, надо звонить врачу. Или лучше сразу ехать в больницу, чтобы если что, то помощь поскорее оказали.

Ну ладно! Проще отозваться. Она у меня паникер. Потом хлопот не оберешься.

– Толкнулся! Ты моя рыбка, зайка, солнышко! Чуть инсульт не получила. С мамой так нельзя, малек. У нее сердце слабое.

Волнуется все-таки. Значит, любит. Так сердце у нас – наследственно?

Словно отвечая на мой немой призыв, мама меня гладит. Гладит по спинке, от головы до копчика и по попке пришлепывает слегка. Именно так, как мне нравится. Вся моя яичная сущность расцветает. Я вжимаюсь в стенку амниона, чтобы лучше чувствовать прикосновения ее теплых и нежных рук. Сверху вниз. А теперь снизу вверх. Чуть щекотно, и мурашки по коже. А теперь почесать. Поскрести легонько. Ага. Вот тут, между лопаток. Еще. И как она угадывает? Интуиция? Любовь? Поглаживая меня вдоль и против шерстки, мама рассуждает о последствиях, вытекающих из того, что Я девочка. Для приличия, для начала посетовав на выгоды и невзгоды женской доли, она переходит на серьезный разговор.

– Родиться женщиной, лапушка, – это как вытянуть счастливый лотерейный билет.

В мире, мамочка, рождается приблизительно равное количество девочек и мальчиков. Природа строго соблюдает равновесие. Это значит, что вероятность рождения девочкой один из двух. С такой вероятностью выигрыша любая лотерея разорится.

– Женщина – существо высшего порядка. Наши приспособляемость и выживаемость несравнимы с мужской. И продолжительность жизни, и выздоровление от болезней.