Свобода от воспитания - Дима Зицер

Ну и разумеется, ни в коем случае нельзя ругать ребенка.

Как, общаясь с ребенком на эту тему, не превратить его существование в социуме в непрерывное противостояние, ведь в обычной школе и в семье, практикующей равенство и свободную педагогику, ориентиры, ценности и способы коммуникации, как правило, прямо противоположны?

Различие этих установок состоит прежде всего в следующем. В семье, практикующей свободную педагогику, в отличие от большинства публичных пространств, считается, что чем больше у человека самых разных каналов информации, субъектов и объектов взаимодействия, тем лучше. Другими словами, худшее, что я могу сделать как родитель и как друг, это сказать, что каждый, кто думает не так, как я, – враг или дурак. Да, есть люди с иным мышлением и иными взглядами на действительность. Есть люди, которые считают, что мир черно-белый. Но есть и другие, и это, разумеется, невозможно показать с помощью прямого противопоставления.

Но я могу успокоить читателей: до определенного момента (просто в силу психофизиологических особенностей взросления личности) то, что происходит дома, играет для ребенка намного более важную роль, чем то, что происходит во всем остальном окружающем пространстве.

Осмысление того, что ты имеешь дело с системой, приходит к подростковому возрасту. Но к этому времени человек, если он не был задавлен штампами, уже настолько осознан, что вполне может разобраться в том, какие вещи он принимает, а какие нет, и умеет делать самостоятельный выбор. А если добавить к этому еще и обычное подростковое противостояние, весьма велик шанс, что подросток не примет общественно диктуемое по собственной воле.

А вот если родители решат «беречь» ребенка, поддерживая все те взгляды, которые ему навязывают в школе, чтобы у него не случилось когнитивного диссонанса, в таком случае у человека наверняка будет травма. Представляете? Мир только одного цвета. Кошмар!

К тому же мы нередко сгущаем краски. Дети не смотрят телевизор с утра до вечера, не стоят часами в очередях, и педагоги в школе бывают очень разные.

Разве что учитель начальных классов, как правило, становится первым авторитетом помимо родителей; и если с ним не повезло, есть вероятность возникновения проблем. Ну что ж, в данном случае ребенку придется довольно рано понять, что и любимые люди могут видеть мир совершенно по-разному.

Ребенок, приходя из школы, рассказывает, что сделал задание первым, написал контрольную лучше всех. Как реагировать на подобные сообщения?

Мне кажется, для начала важно понять, что именно он хочет сказать. Ведь «сделал задание первым» может означать многое: от «задание было для меня очень легким» и до «мама, заметь меня, наконец». Хорошо бы спросить человека, почему это имеет для него такое значение. Ведь это весьма интересная тема – как каждый из нас определяет успех, что и почему предпочитает рассказывать близким и зачем это делает. Вот и обменяйтесь своими «мерилами успеха». Ведите обычный разговор, как и на любую другую тему.

Что делать, если дети (братья или сестры) все время соревнуются, сравнивают себя друг с другом: «Я быстрее тебя», «Я нарисовала красивее, чем ты», «Я доел первым»?

Мне придется повториться. Если такое происходит, значит гарантировано где-то есть подпитка: им зачем-то нужно соревноваться, кто-то активно поддерживает (если не провоцирует) этот способ существования. Например, устраивает игру с одеванием на скорость, чтобы быстрее выйти из дома, догонялки в еде, чтобы не огорчать бабушку, и т. д. Могу с уверенностью сказать одно: если близким неважно, кто доел первым, если состязание не становится инструментом общения, то и дети в семье конкурировать не станут. Даже если в школе в той или иной мере существует соревновательное поле, определяющей, безусловно, является семейная среда. Во всяком случае до переходного возраста у нас точно есть время.

Фокус-покус

В последнее время меня просто преследуют статьи, которые можно объединить общим названием «Как облапошить собственного ребенка». Более емкого глагола, уж простите, никак не найти. В смысле как его бесстыдно обмануть. Или цинично использовать. Ну, в общем, вы поняли.

Или, может, это очередной педагогический тренд, который я опять пропустил?

Я имею в виду все эти «Как сделать так, чтобы он ложился спать вовремя?», «Как заставить его рассказывать о школе?», «Как убедить его, что нужно есть кашу?», «Как добиться от него правильных выводов» – ну и в конце концов окончательно превратить его в закомплексованное и безвольное существо.

Способы обмана обсуждаются усердно и на полном серьезе. Причем обмана самого низкопробного, когда нам предлагается попросту (см. глагол в начале главы) менее опытного и более слабого, воспользовавшись в качестве инструмента его практически неограниченным доверием к нам.

Воистину предательство – страшнейший из грехов…

«Мы научим вас манипулировать!» – прочел я в анонсе тренинга. И дальше: «Манипуляция помогает добиться своего, часто сокращает путь к цели, делает нас сильными, ловкими, убедительными». Чудесно, не правда ли? Жаль, однако, что в этом распрекрасном описании совсем не упомянуто, что творится с человеком, которым манипулируют… Как происходят подавление его воли, подмена собственных желаний на желания манипулятора, постепенное разрушение личности. Оказывается, вопрос, чем плоха манипуляция, вовсе не праздный. Да я и сам слышал его множество раз на встречах с родителями и учителями.

Со стороны того, кем манипулируют, все выглядит как элементарный, но очень странный фокус: вроде бы я знаю, как устроен мир, уверен в том, что нахожусь в здравом уме и твердой памяти, понимаю, чего хочу, и вдруг – оп-ля! Все переворачивается, и я делаю неожиданный для себя выбор (а часто просто чувствую себя дураком). Как это произошло? В какой момент я согласился? Что со мной сделали? Почему я это позволил?

В словаре одно из определений манипуляции звучит так: ловкая проделка, махинация. И оно как нельзя лучше подходит для объяснения того, что делает манипулятор-взрослый по отношению к объекту манипуляции – ребенку.

В детско-родительских отношениях манипуляция, увы, встречается очень (слишком!) часто. Причина понятна: соблазн велик. Если со взрослым нужно как следует повозиться: у него есть собственное сформировавшееся мнение, он часто настороже, то с ребенком все намного проще. Он открыт, верит нам, готов воспринимать и разделять наше мнение. Ну как не воспользоваться таким прямодушием и не использовать его как слабость собеседника?! Ведь чтобы объяснить свою точку зрения, убедить другого человека, придется потрудиться, а с помощью манипуляции часто действительно можно добиться чего угодно.

Простейший пример: «Все хорошие дети едят кашу». Видите, как это устроено? Мы предлагаем человеку некое утверждение, представляя его в качестве непреложной истины. Как вы понимаете, это утверждение, мягко говоря, не совсем верно: не все дети едят кашу, люди едят ее вне зависимости от характера и т. д. Важным элементом успешной манипуляции является отнятие у второй стороны права на возражения, практически лишение ее воли. Что может сказать человек трех лет в ответ на такую фразу? Он не в состоянии ее оспорить. Остается только есть кашу, давясь ею и собственной обидой.