Искусство действия - Стивен Бангей

Стратегия действительно обеспечивает тактику средствами, необходимыми, чтобы одержать победу над врагом, и повышает шансы на успех благодаря руководству армиями и их сосредоточению на полях сражений. Но дальнейшее ее применение зависит от успеха сражения. Перед лицом тактической победы требования стратегии замолкают, поскольку ее необходимо приспособить к новой ситуации.

Стратегия — это система средств для достижения цели. Это нечто большее, чем наука; это применение знаний в реальной жизни, развитие первоначальной идеи в соответствии с постоянно меняющимися обстоятельствами, искусство действия под давлением труднейших обстоятельств^[151].

Эта радикальная концепция была сформулирована еще в позапрошлом столетии.

По существу, фон Мольтке отвергает точку зрения (закрепившуюся настолько прочно, что ее часто воспринимают как данность), которая гласит, что стратегия — это долгосрочный план, в отличие от «операций», представляющих собой краткосрочные действия. С другой стороны, если мы не реализовываем стратегию в текущий момент, когда мы это сделаем? Безусловно, если стратегия имеет какую-либо ценность, это должно быть нечто такое, что мы делаем в данный момент. Стратегия должна информировать операции. Все, что мы делаем в ходе текущей деятельности, должно базироваться на стратегии, обеспечивающей логическое обоснование наших действий. Операции должны быть воплощением стратегии. В противном случае организация будет вести деятельность, не зная, куда она направляется и чего пытается достичь. Она будет действовать вслепую.

Совершенно очевидно, что фон Мольтке высоко ценит стратегию как инструмент определения цели, о которой руководители организации всегда должны помнить и которой должны придерживаться, что бы ни произошло. Стратегия — это не путь, а направление. А направление можно задать, либо определив пункт назначения, либо придерживаясь общего курса. «Попасть в Сан-Франциско» или «Идти на запад»^[152]. Для того чтобы направление было стратегическим, оно должно подразумевать конкуренцию: кто-то другой должен пытаться остановить нас или добраться в пункт назначения раньше, чем мы. Передвижение на запад потребовало бы планирования, с тем чтобы мы могли собрать и распределить необходимые ресурсы, а также предположить последовательность событий. Гонка на запад потребовала бы стратегии. В социалистической экономике компании необходим план, который требует от руководителя наличия навыков распределения ресурсов. В рыночной экономике компания нуждается в стратегии, требующей, чтобы полководец распределял ресурсы так, чтобы получать конкурентное преимущество.

Стратегия направлена на достижение «самой высокой цели», доступной при имеющихся средствах. Ограниченность средств отчасти определяет содержание стратегии. Если бы в нашем распоряжении были неограниченные ресурсы, нам не пришлось бы слишком сильно беспокоиться о стратегии. Ведь в этом случае, предприняв попытку что-то сделать и потерпев неудачу, можно было бы списать убытки, привлечь дополнительные ресурсы и предпринять еще одну попытку. Но ни один из нас не находится в таком положении, а чем более ограничены наши ресурсы, тем более продуманно нам необходимо действовать. Мы должны принимать решения, как их использовать.

Теоретически можно было бы задать направление, обозначив как общий курс, так и пункт назначения. Однако нам, скорее всего, и то, и другое сделать не удастся. В долгосрочной перспективе в условиях высокой неопределенности мы не сможем точно определить, где хотим оказаться в будущем. Например, известно, что в области технологий и нормативно-правового регулирования могут произойти серьезные изменения, которые будут определять ситуацию на рынках на протяжении последующих лет, однако точный характер и сроки этих перемен неизвестны. Возможно, не стоит слишком беспокоиться по этому поводу: прибытие в Лос-Анджелес может сослужить такую же хорошую службу, как и прибытие в Сан-Франциско. Важно двигаться дальше. Имея представление о том, какие перемены могут произойти, мы имеем возможность отправиться в путь по курсу «Иди на запад», сохранив возможность выбора в будущем. Однако если вероятность нестабильности рынков высока в краткосрочной перспективе, то на протяжении следующих нескольких месяцев мы вряд ли сможем определить, куда двигаться — на запад или на север. Тем не менее как только ситуация нормализуется, мы сможем отчетливо представить, куда хотим отправиться. В этом случае пункт назначения станет для эффективной организации тем направлением, которое позволит преодолеть период неопределенности.

Лучшее, что может сделать такая стратегия, — обеспечить успех с определенной вероятностью, сместить шансы в вашу пользу. Безусловно, удача играет определенную роль, однако хороший стратег умеет манипулировать удачей, создавая для себя преимущества. Фон Мольтке не отрицает необходимость следовать первоначальному плану распределения ресурсов, но он не считает, что этим все и заканчивается. Ведение кампании подразумевает непрерывное принятие решений; эти решения не должны быть идеальными (по крайней мере, как и в случае с идеальными планами, к этому не следует стремиться); достаточно, чтобы они соответствовали обстоятельствам. Необходимо принимать решения, «в той или иной мере правильные в данный момент»^[153], выполнять действия, призванные изменить ситуацию, а затем переходить к следующим решениям. Так мы манипулируем удачей, открывая дальнейшие возможности. И мы непременно превзойдем всех тех, кто пытается принять одно большое решение, как сделать всё, или тех, кто вообще не принимает никаких решений. Создание стратегии — это ремесло, овладеть которым, подобно всем практическим навыкам, можно, учась на собственном опыте и опыте других людей.