BIG DATA. Вся технология в одной книге - Андреас Вайгенд

Структура социальной сети говорит о многом. Сеть может состоять из небольшого числа связанных друг с другом узлов и выглядеть очень плотной и сплоченной. Она может быть разреженной и разобщенной, с огромным количеством узлов и немногочисленными связями. Или же она может представлять собой несколько кластеров тесно взаимосвязанных узлов с редкими связями между кластерами. Плотные и сплоченные сети указывают на высокие уровни взаимного доверия, в первую очередь потому, что большая часть узлов обладает личным знанием о других узлах. Разреженные и разобщенные сети говорят о низких уровнях доверия, поскольку в них мало возможностей для появления информационных потоков. Рассредоточенные разноплановые сети обычно свидетельствуют о меньшем непосредственном знании узлов вне кластера, но предполагают перспективы возникновения новых идей и возможностей посредством периферического узнавания и внешних контактов. Со временем эта асимметричность может претерпевать изменения, как в случае отношений детей с родителями, или же подобно тому, как со сменой жизненных этапов вы постепенно превращаетесь из того, кто обычно звонит, в того, кто обычно ждет звонков^[163].

Так же как и в реальной жизни, отношения в интернете могут быть и более, и менее сбалансированными. Иногда это бывает следствием правил и традиций данной социальной сети. В Twitter можно добавлять в свою ленту и цитировать кого угодно вне зависимости от наличия взаимного интереса со стороны данного человека. Крайним способом пресечения нежелательного общения является блокировка пользователя. Связи носят односторонний характер, как, впрочем, и большинство обсуждений. В Facebook контакты устанавливаются по взаимному согласованию.

Тот факт, что знакомство произошло по взаимному согласию, не подразумевает идеально сбалансированного общения сторон. Взаимоотношения характеризуются также количеством и вектором связей между двумя людьми. При каждом взаимодействии «ребро», связывающее двух людей, становится толще, однако этот прирост может быть лишь в одном направлении. Например, вы можете быть очень заинтересованы в более частом общении со своим знакомым Марком, поскольку хотите, чтобы он познакомил вас с потенциальным инвестором вашего выдающегося стартапа. Иногда вы встречаетесь на мероприятиях и переписываетесь по электронной почте, но в целом ваше общение носит эпизодический характер. Стремясь привлечь к себе внимание Марка, вы комментируете обновления его статуса, ставите лайки его фотографиям и, наконец, отправляете личное сообщение. Обычно Марк реагировал примерно на одну из десяти ваших попыток завязать общение, и, судя по этому, его интерес к общению был на порядок ниже вашего. Однако в отличие от реакции на лайки под его отпускными фото и комментарии к размещенной им газетной статье, получив ваше личное сообщение, Марк сразу же отвечает. Это говорит о другом типе интереса и, возможно, о его более высоком уровне. Алгоритмы Facebook учитывают такие нюансы общения, вырабатывая для вас рекомендации интересных постов.

Социолог из Стэнфордского университета Марк Грановеттер исследовал силу взаимосвязей между людьми. В своем основополагающем труде «Сила слабых связей»^[164], опубликованном в 1973 году, он определяет силу связи как «линейную комбинацию характерных для нее времени, эмоциональной насыщенности, близости (взаимного доверия) и взаимности»^[165]. Участники сети обмениваются между собой не только эмоциями и информацией, но также и влиянием, и услугами^[166].

В прошлом, чтобы выяснить, кто с кем общается в данной деревне или корпорации, социологи проводили полевые исследования. Маркетологи ломали голову над тем, какую скидку предложить людям за то, что они поделятся своими контактами. В наши дни следы нашего общения обрабатываются в режиме реального времени, а сервисы, которые предлагают нам Facebook и прочие компании, работающие с социальными данными, изменяют природу наших взаимоотношений.

Новый социальный капитал

Создав социальные идентичности в интернете, мы начали процесс переосмысления понятия дружбы. В прошлом большая часть нашего времени уходила на добычу пропитания и построение дружеского круга. Притом что получить еду и связаться с друзьями стало намного проще, мы не стали разумнее расходовать свое время.

Чувство дружбы подразумевает откровенность при обмене информацией^[167]. Возрастные психологи установили, что в возрасте пяти-девяти лет дети считают друзьями тех, с кем вместе играют. Со временем понимание дружбы начинает восприниматься как двустороннее сотрудничество, сбалансированная взаимность: ребенок дает свою игрушку тому, кто дал ему поиграть со своей^[168]. Взрослея, мы делимся и «игрушками» тоже, но намного чаще это бывают секреты. Это танец для двоих, в процессе которого люди с каждым последующим разговором узнают друг друга все лучше и лучше. Один сообщает нечто из того, что обычно держат при себе, другой отвечает тем же. Практика создания отношений путем «постоянного, нарастающего, взаимного личностного саморазоблачения» является повсеместным явлением. Рассказывают случай, когда группе психологов удалось сблизить двух совершенно незнакомых людей, предоставив им возможность знакомиться с ответами друг друга на серию вопросов нарастающе интимного характера^[169].