Нидерланды. Страна мельниц, тюльпанов и сыра - Виктория Хогланд

Случилось это, как водится, много лет назад. Муж ехал откуда-то ночью, выпив бокал вина. И рраз — полиция на хвосте, сигналит, прижимает, все серьезно! Кстати, потом оказалось, что поблизости произошло ограбление, вот патруль и цеплялся ко всем водителям. А он уже практически около дома был. Резко свернул во двор, припарковался, выбежал и запрыгнул к себе в сад.

Почему? Понятия не имею. Может, не хотел объясняться. Или превысил сильно. Или, что самое вероятное, вообще не думал, а просто решил вляпаться в историю. В общем, полицию пустая машина не сильно обрадовала.

Они по рации запросили подкрепление, ордер на обыск и собак. И все это очень быстро приехало и поползло в сад с фонарями. Ну явно что-то не то, нормальный человек же прятаться в ночи не будет? Адри отсиживался в тюльпанах и чувствовал себя лопухом, сбежавшим из Шоушенка. В роли Моргана Фримена — обаятельный веснушчатый борщевик.

Только фекальных рек не хватало, хотя погодите.

Услышав собак, понял, что дело швах, перебежал через сад и перемахнул через забор на территорию другой соседки (ах, Жаклин, если бы ты знала). Ее ограду тоже перелез, оказался на земле знакомого фермера. И уже там забрался в конюшню. Сообразил, что крепкий лошадиный запах собьет со следа собак, если те доберутся до соседей. И полиция действительно пришла, повозилась, но, во-первых, ордера на обыск фермы не было, во-вторых, потревоженные лошади стали возмущаться. В это время наш герой сидел, спрятавшись в самом дальнем стойле, внимание, напялив грязную попону себе на голову. Чтобы не унюхали.

«Да ладно, — скажете вы, — хорош заливать уже». Увы. Если бы я умудрялась такое придумывать, выпекала бы подобные истории по пять штук в день всем на радость. Адри тоже не может просто так по заказу вспомнить все свои идиотские поступки, хоть я и трясу его, как березку. Очень трудно, знаете ли, сформулировать ТЗ. Типа «Ну, давай расскажи опять какую-нибудь отчаянную, безумную и абсолютно бессмысленную штуку, которую ты совершил, когда я заканчивала девятый класс».

Короче, грустит глава крупной нидерландской строительной компании Адри Хогланд где-то в районе задней части крупной кобылы, на голове попона, в голове роятся мысли про СИЗО и репутацию с душком. А лошадь тоже живой человек, ей же надо естественные надобности справлять, и все вот это рядом струится и благоухает. А полиция тем временем вернулась в дом. Стала опрашивать будущую бывшую (мы ведь помним, я уже заканчивала школу и стремилась к дальнейшему развитию событий) моего будущего мужа, которая там обитала. «Мефрау, ваш френд (друг, в данном случае „сожитель“) сбежал от агентов полиции. Вы не знаете почему?»

Адри уже и не помнит, кто была эта достойнейшая женщина, но признает за ней одно качество — врать на голубом глазу она умела отменно. Тем более Адри ей уже сигнализировал посредством СМС прямо из лошадиной задницы и обрисовал, так сказать, сложившееся положение.

«Знаю, конечно, — спокойно отвечает, — потому что он психически ненормален. Он страдает аутизмом, паранойей и маниакально-депрессивным психозом. Скорее всего, решил, что вы — агенты русской разведки или что-то в этом роде. Вы ведь переговаривались по рации? Ну все. Он боится, что вы получили приказ его ликвидировать. Теперь домой недели через три заявится в черт знает каком состоянии. Опять месяцы терапии коту под хвост». Немая сцена. В общем, ничего больше полиция не добилась и уехала.