Потерянная Япония. Как исчезает культура великой империи - Александр Керр

Люди считают, что они обязаны восхвалять Японию, чтобы получить доступ к ее обществу и культуре.

Но нельзя не отдать дань и позитивным сторонам «японопоклонничества». Хотя такие идеи, как «гармония, уважение, чистота, уединение», превратились в клише, скрытая в них эстетика все еще жива в Японии. Поэтому те, кто изучают здесь традиционную культуру, хоть и обладают бесстрастным взглядом исследователей, принимают объект своего исследования близко к сердцу. Иностранцы, которые стали «поклонниками» чайных церемоний или драмы Но в Киото, являются самыми яркими примерами, но они также показывают и положительную сторону японистики, ведь с их помощью о японских традициях и ценностях, неизвестных на Западе, может узнать весь мир.

Напротив, Китай все еще страдает от последствий сорока лет подавления местной культуры при коммунистическом режиме. В частности, культурная революция практически уничтожила традиционную культуру. Одними из ее жертв стали буддистские и даосистские храмы. Были уничтожены десятки тысяч храмов, и один китайский эксперт однажды рассказывал мне, какой шок он испытал, когда увидел грузовики, набитые древними бронзовыми статуями Будды, направляющиеся к переплавочному цеху. Я был во многих известных храмах Пекина и лишь изредка встречал настоящие статуи Будды. Большинство оригиналов были конфискованы или уничтожены государством, и от былого величия остались лишь дешевые копии.

Уничтожались не только предметы культуры. Художников и ремесленников ссылали в рабочие лагеря, театральные труппы разгоняли, а оставшиеся представители интеллигенции подвергались жестоким гонениям. Религия была практически уничтожена, изменился даже привычный уклад жизни. Например, по рассказам многих людей, проживавших в Пекине в 1920–1930 годах, в старом городе существовал дворянский код поведения, создававшийся веками при правлении императоров. Даже обмен приветствиями был особым искусством. Но старые жители города были насильно сняты с места, а их дома снесены. Сегодня путешественники часто удивляются грубости и суровости пекинских таксистов и работников отелей.

В последние годы предпринимались поистине героические попытки возродить китайскую оперу, буддизм, даосизм и конфуцианство, что дает надежды на настоящее восстановление, ведь китайцы начинают вновь гордиться своим наследием. Но в данный момент традиционная культура Китая все еще ослаблена, и лишь начинает оправляться после страшного удара. В результате зарубежные исследователи расценивают китайскую культуру скорее как мертвую реликвию, нежели как живую силу. Однажды я поспорил по этому поводу с одним из моих преподавателей в Оксфорде. Я написал эссе по «Книге перемен» для одного из занятий. Я поговорил о его исторической значимости, различных филологических загадках и подвел итог, сказав: «В будущем исследователи должны будут уделить внимание не истории “Книги перемен”, ведь это книга о прорицании, которая учит читателей предсказывать будущее. И она действительно работает!» В конце семестра ректор оксфордского колледжа Баллиол зачитал мне письмо, написанное моим преподавателем: «Мистер Керр обладает типично американским мышлением, он мягок и непоследователен, полон духовных исканий, ему не хватает академической твердости».