Братья и сестры. Как помочь вашим детям жить дружно - Элейн Мазлиш

Комната опустела. Кто-то отправился выпить воды, другие стояли в коридоре и разговаривали. Я села за стол и изучила свои записи, чтобы понять, о чем нужно говорить дальше. Мы уже обсудили все основные проблемы и даже больше. Я даже подумывала, не отпустить ли всех пораньше.

Неожиданно я поняла, что не одна в классе. Перед моим столом стояла женщина и ждала, когда я подниму глаза. Она казалась возбужденной.

– Могу я поговорить с вами наедине? – прошептала она.

Я указала ей на стул.

– Наш разговор меня очень встревожил, – быстро заговорила она. – Вы считаете, что любого ребенка можно освободить от любой роли. Но все не так просто… А что делать с ребенком, у которого серьезная проблема или инвалидность? Инвалидность сама по себе – особая роль, и никто не может освободить от нее ребенка.

Я не была уверена, что точно ее понимаю.

– В этом нет ничьей вины, – голос женщины дрогнул. – Родители в этом не виноваты. Я не наделяла сына умственной отсталостью. Братья и сестры тоже в этом не виноваты. И он сам в этом не виноват. Тем не менее он привык к этой роли, и никто не может этого изменить!

Это была серьезная проблема. Судя по всему, разойтись пораньше нам не удастся.

– Дорогая, – сказала я, – вы затронули очень важную тему, о которой нужно подумать всем. Не хотите ли поделиться своими мыслями с группой?

– Не думаю, что им будет интересно… Наверное, это только у меня одной… Что ж, если вы так считаете…

Когда мы собрались после перерыва, она повторила все, только что сказанное мне.

Все слушали крайне внимательно, а потом стали доброжелательно ее расспрашивать.

– Понимаете, – рассказала женщина, – когда Нил чего-то не понимает, он начинает лягаться, ругаться, пинаться, а потом твердит, что он дурак. Он считает себя умственно отсталым. Такова его роль, и он играет ее целый день.

Люди почувствовали себя некомфортно. Мне тоже стало неуютно. Я должна была довериться этой женщине и не заставлять ее рассказывать о болезненной ситуации людям, которые просто не могут ее понять. Здесь у всех были нормальные дети с нормальными проблемами.