Кустари и Рокфеллеры - Эдуард Омаров

Сначала было слово

Искусство эффективной коммуникации, возможности находить общий язык с людьми разных возрастов и профессий, – это важное качество успешного человека. А самого его вполне можно вычислить по тому, как он говорит.

Выражение «эффективная коммуникация» мы слышим довольно часто. Но что мы под этим понимаем? Для меня это очень важный критерий выстраивания и развития взаимовыгодных отношений.

С межличностными коммуникациями связано такое понятие, как семантический ряд. Здесь все очень просто. Каждое слово или словосочетание, используемое нами при коммуникациях или выступлениях, несет свой смысл. Например, я произношу слово «добрый» и понимаю под ним «толстый», то есть «раздобревший», а мой собеседник слышит «милосердный», и т. д. И каждому желающему вести эффективный диалог нужно об этом помнить и, что называется, тщательно «фильтровать» речь, чтобы быть правильно понятым. Те, кто следует этому правилу, всегда находят общий язык с собеседниками и добиваются нужного результата. В ходе коммуникаций информация, доходящая до нас, претерпевает множество изменений и искажений. И очень важно понимать механизмы этих изменений.

Искажения начинаются уже с источника информации, который сначала сам формулирует ее на бессознательном уровне. Второй уровень искажения – передача через речь, вербалику. Вспомните фразу: «Ой, я не то хотел вам сказать. Вы не так меня поняли!» Звучит она чаще всего в ситуациях, когда человек словами сказал одно, а другими средствами – невербаликой, то есть темпом речи, интонацией, мимикой, жестами, – передал совсем другое. И чаще всего это «другое» – те самые скрытые (имплицитные) представления говорящего о предмете разговора, которые он, может быть, и сам не осознает. И знающий человек эти представления считывает с той или иной степенью легкости.

Кстати, о невербалике. В процессе передачи информации вербалика, то есть непосредственно речь, играет не такую уж большую роль: что-то около 10%. Примерно 90% – это невербальная и интонационная часть общения, представляющая собой одно большое искажение информации. Хотя часто это искажение является тем, что мы действительно – или бессознательно – имели в виду.

Думаете, искажение информации заканчивается после ее передачи говорящим? Вовсе нет. Потому что дальше вступаем мы – те, кто слушает. Сначала информация поступает к нам, попадает в оперативную память, и мы подключаем всю свою сенсорику. Как правило, для полного анализа новой информации нам не хватает данных, и мы вытаскиваем дополнительные из долговременной памяти, и так каждый раз: при нехватке данных из подсознания достается то, что было вытеснено туда из оперативной памяти. Все это происходит мгновенно, на бессознательном уровне. То есть к пониманию новой информации мы подключаем данные, имеющиеся у нас в онтогенезе, часто к данной информации отношения не имеющие, но влияющие на то, в каком виде она осядет в нашей голове, в нашем сознании.

А потом ведь мы должны выдать что-то в ответ? И мы начинаем передавать уже нашу собственную информацию, применяя и все описанные выше инструменты искажения. Что же в итоге остается от идеи, которую хотели выразить оба участника разговора? Ровным счетом ничего. Поэтому неудивительно, что возникает такое количество интерпретаций.

Собственно, именно по этим интерпретациям, искажениям можно более или менее «прочитать» человека и даже вычислить, является ли он успешным. Достаточно поговорить с ним и попытаться услышать его скрытые, то есть действительные представления о себе самом и об успешности, и посмотреть, как он вербализует их.