Царство свободного ребенка - Елизавета Водовозова

3) к повиновению;

4) к строгой правдивости;

5) к справедливости;

6) к тому, чтобы делиться всем своим, помогать по собственному побуждению и желанию;

7) к терпению, которое потребуется в течение всей жизни, так как даст возможность сдерживать страсти, которые у детей с силою вырываются наружу.

Детей следует воспитывать в строгой дисциплине, но она никоим образом не должна подавлять индивидуальность ребенка. Напротив, следует обращать особенное внимание на развитие личности ребенка и на склад его характера. Для этого необходимо следить за всеми его поступками, вовремя останавливать, даже предупреждать каждое проявление бесстыдства, злости, высокомерия и лени. Коменский, считавший основою воспитания наигуманнейшие принципы, находил необходимым дисциплину: она должна быть направлена против уклонения от порядка, но применяема без страсти, гнева и ненависти. Задачей дисциплины, говорит он, должно быть восстановление, а не разрушение, исправление, а не казнь. Все, окружающие детей, – родители, товарищи, родственники, слуги, – должны подавать детям пример честной, трудолюбивой жизни, честных отношений друг к другу, взаимных услуг. Вот каковы, по Амосу Коменскому, должны быть цели и задачи материнской школы.

Образование, по его мнению, должны получать решительно все без исключения: богатые и бедные, знатные и простые, глупые и умные, девочки и мальчики, горожане и деревенские жители, тем более что никто не знает, к какому призванию готовит его провидение. «Глупцы должны быть воспитываемы, чтобы сколько-нибудь уменьшить свою глупость, гении же особенно нуждаются в руководстве и образовании: они подобны плодоносному полю, которое, будучи оставлено без возделывания и заботы, тем более принесет плевел и терний. Богачи без мудрости – свиньи, откормленные отрубями, бедняки без познаний напоминают вьючных ослов, красивый неуч – все равно, что красивый попугай».

Главнейшие принципы, положенные Коменским в основу воспитания, следующие:

1. Воспитание человека должно быть сообразно с его природой: если от хорошего садовника требуют, чтобы он, изучая дерево, знал и его потребности, тем более воспитатель должен изучить природу дитяти, которая сложнее всякого растения, и уход за ним требует несравнимо больших знаний, внимания и такта.

2. Правила воспитания не создаются – их надо искать в человеческой природе: воспитатель, подобно садовнику, сеет семена добра и знания; садовник должен иметь большую опытность в своем деле, тем более воспитатель должен изучить природу дитяти, чтобы его посев оказался производительным.

3. Стремление к усовершенствованию лежит в природе человека. Нет нужды принуждать птицу летать, а рыбу плавать – они сами будут это делать, когда достаточно окрепнут. Так и человек: в природе его заложены семена добра и стремление к знанию, следовательно, задача воспитания – устранять препятствия к развитию умственному, нравственному и к самоусовершенствованию, заложенному в его природе, и способствовать их развитию.

Из таких принципов воспитания должны были вытекать и методы воспитания и обучения вполне естественные. Так как стремление к знанию, по понятиям Коменского, уже лежит в природе человека, то принудительное обучение может лишь повредить ему так же, как вредит противная пища, возбуждая рвоту. Обучение и приобретение знаний должны возбуждать в детях любознательность.

Первое, что необходимо иметь в виду не только при обучении в школе, но и при усвоении элементарнейших знаний, начиная с самого раннего детства, – постепенный переход от легкого к более трудному, от известных, уже знакомых детям предметов к менее известным и знакомым, от мыслей простых и несложных к более сложным и менее простым. Прежде всего нужно направить ребенка на изучение предметов окружающих, близких к нему, и затем уже обращать его внимание на предметы отдаленные. Это правило сделалось теперь главнейшим принципом обучения, оно стало общеизвестным в педагогике, но в те времена было совершенно новым.

Важное значение при обучении имеет своевременность. Коменский, как и всегда, берет пример из окружающей природы: птица не несет яйца зимою, когда холод сковывает природу, не несет его летом, когда жар расслабляет, а также осенью, когда общая жизненность убывает вместе с силою солнца, но несет его весною, когда солнце дает всему жизнь и силу. Хороший садовник зорко наблюдает, чтобы посадить растение вовремя; он также знает, когда и в какое время необходим должный уход за ним. Так и относительно ребенка: вредно начать обучение рано, вредно начать обучение поздно, – оно должно идти параллельно развитию в нем мыслительных и познавательных способностей.

Все изучаемое должно быть расположено в строгой последовательности и постепенности согласно возрасту детей. Не следует ничего предлагать несоответственного с пониманием, не хвататься сразу за многое, а постепенно переходить от одного к другому. Материал должен быть не только полезным, но и развивающим. Что не расширяет умственный кругозор ребенка, а держится лишь на пустых словах и механической дрессировке, того не следует допускать. Ребенок не должен заучивать наизусть того, чего он предварительно не узнал посредством наблюдения; он никогда не должен говорить о том, чего не понял. Прежде, чем говорить о предмете, нужно его показать. Таким образом, законы наглядности, постепенности и своевременности были созданы Коменским.

Обязанность воспитателя – содействовать естественному развитию ребенка и помогать его самостоятельной умственной работе. Того и другого возможно достичь только путем наглядности. Но и при этом учитель должен быть только руководителем, вызывающим самодеятельность учащихся. Это правило воспитатели должны постоянно иметь в виду с первых лет детства. Когда дитя учат говорить, то, произнося слово, ему обыкновенно указывают рукою то, что оно обозначает, – того же следует держаться и в школе: говоря о чем-нибудь, всегда следует указывать на предмет, или, по крайней мере, на его изображение на картине, модели и чертеже, чтобы таким образом запечатлеть представление о предмете посредством зрения. Следовательно, все изучаемое должно быть усвоено посредством внешних чувств, а именно, все видимое должно быть рассматриваемо непосредственно зрением, слышимое должно быть усвоено посредством слуха, обоняемое – обонянием, вкушаемое – вкусом, осязаемое – осязанием, и потому-то всякое обучение должно начинаться не с устных объяснений, а с действительного созерцания и самостоятельного наблюдения. Только то знание дитяти будет не призрачным, а действительным, которое он усвоит сначала посредством внешних чувств, а затем уже услышит и объяснение его из уст воспитателя.

Коменский с особенною силою настаивает на развитии внимания: наглядность без внимания, по его словам, теряет всякое значение; ученик без внимания, напоминает слепца, который не видит предмета, как бы он ни был близок. Не культивируя внимание, воспитатель прививает ребенку рассеянность, от которой так трудно впоследствии его отучить, и которая так тормозит его успехи в будущем[32]. <…>