Кто мы такие? Гены, наше тело, общество - Роберт Сапольски

Все это – логическое продолжение эффекта подражания большинству, который открыли Хоглунд и Лундберг. Начнем с того, что, если все самки вашего вида «хотят» спариваться с самцами, обладающими признаком, который не так уж вас привлекает, тем не менее в ваших же интересах спариваться с ними, чтобы у ваших сыновей тоже был желательный признак. А если все в вашем виде «знают», что более привлекательные самцы дают потомство с лучшими генами, и вы спарились с привлекательным самцом – в ваших генетических интересах вложить как можно больше в благополучие этого потомства.

(Интересная задача – вычислить, как самка понимает, что спарилась с привлекательным самцом, и как это переходит в другую степень заинтересованности в потомстве. Как это «знание» – на каком уровне оно там существует у птицы в мозгу – преобразуется в синтез большего количества гормона роста или в дополнительные усилия, вкладываемые в обеспечение птенцов пищей? Это остается тайной.)

Исследования размеров яйца, количества гормона роста в нем и родительского вклада в воспитание порождают серьезные проблемы для гипотезы «хорошая внешность – хорошие гены». Когда Каннингем и Расселл обнаружили, что самки с привлекательными партнерами откладывают более крупные яйца, сначала родилось примерно такое объяснение птичьей логики: «Все знают, что у привлекательных самцов рождаются дети с лучшими генами, так что мне надо приложить все усилия, чтобы дети выжили». Но затем ученые выяснили, что привлекательность отца не влияет на успех вылупливания, выживание или рост. Может, и не существует никаких хороших генов.

Подобные результаты не опровергают теорию, что у более привлекательных самцов лучше гены: скорее всего, в большинстве случаев это так. Но они дают немалый простор альтернативному объяснению наблюдаемого – и в каждом будущем исследовании его предстоит исключить: если отпрыски привлекательных самцов более приспособленные, не потому ли это, что мать вложила больше энергии в их выживание?

Выходит, нужно еще много исследований: и о том, насколько значим фактор родительского вклада в предполагаемых случаях хороших генов, и о физиологии разного вклада самок в потомство, и о том, как это связано с привлекательностью отца. А пока что – это просто возмутительно. Мало того, что самцам с длинными хвостами достается больше девчонок, так их еще и расхваливают за хорошие гены, которых, может, и нет на самом деле. Это, по-вашему, честно?

Такие самосбывающиеся пророчества встречаются в самых разных обстоятельствах. Все «знают», что мальчики биологически способнее в математике, поэтому, как показали исследования, за одинаковые успехи в математике маленьких мальчиков учителя хвалят чаще, чем девочек. И только поглядите – к старшим классам у мальчиков баллы по стандартным тестам оказываются выше, чем у девочек. Из-за биологических ли различий или средовых? Другой пример, который всегда изумлял меня (из медицинской антропологии). В некоторых традиционных культурах все «знают», что шаманы могут насылать смерть проклятием вуду (также известную, как психофизиологическая смерть). Так что когда кого-то проклинают, все знают, что он не жилец, и перестают давать ему еду – зачем тратить ограниченный ресурс – пока он не ослабевает и не умирает от какой-нибудь хвори. Смерть от эффективного проклятия или от этого дополнительного влияния? Непонятно, но можно поспорить, что шаман поднимет цену на свои услуги.

Подобная неразбериха встречается во всех сферах человеческой нелогичности. Меня только расстраивает, что утки и амадины попадаются на такую очевидную уловку. Уж они-то могли бы соображать получше.

Примечания и дополнительная литература

О том, что с биологической точки зрения мы, люди, не так уж моногамны см.: Barash D. and Lipton J., The Myth of Monogamy: Fidelity and Infidelity in Animals and People (New York: Owl Books, 2002).

Знаменитое исследование Дэвида Басса можно найти в книге The Evolution of Desire: Strategies of Human Mating (New York: Basic Books, 1994), Басс Д. Эволюция сексуального влечения. Стратегии поиска партнеров. – М: Альпина Паблишер, 2017.

Размышления Фишера (и Захави) кратко изложены в статье: Eshel I., Sansone E., Jacobs F., “The Brooks study: Brooks R 2000 Negative genetic correlation between male sexual attractiveness and survival,” Nature 406 (2002), 67.

Работа Хоглунда и Лундберг описана в Dugatkin L. and Godin J., “How females choose their mates,” Scientific American, April 1998, 56.

Гамильтон и Зук представили свою гипотезу в книге: Hamilton W. and Zuk M. “Heritable true fitness and bright birds: a role for parasites?” Science 218 (1982), 384.

Идеи Захави изложены в статье: Zahavi A., “Mate selection – a selection for a handicap”. Journal of Theoretical Biology 53 (1975), 205.

О том, как самки меняют размер яиц: Cunningham E. and Russell A., “Egg investment is influenced by male attractiveness in the mallard,” Nature 404 (2002), 74.

О том, как самки меняют количество тестостерона у потомства: Gil D., Graves J., Hazon N., and Wells A., “Male attractiveness and differential testosterone investment in zebra finch eggs,” Science 286 (1999), 126.

О том, как самки меняют свое родительское поведение в зависимости от привлекательности отца потомства: de Lope F., Moller A., “Female reproductive effort depends on the degree of ornamentation of their mates,” Evolution 47 (1993), 1152.