Наиболее распространенные заблуждения и безумства толпы - Чарльз Маккей

Хотя ордонансы королей – Ваших предшественников – запрещали парламентам принимать во внимание королевские указы, ущемляющие их полномочия, мы, зная, как и все королевство, о том радении, кое Ваше Величество проявляет ради блага своих подданных, и не желая изменять традиционным для нас покорности и повиновению Вашим приказам, приостановили, согласно Вашему распоряжению, все означенное судопроизводство, надеясь, что Ваше Величество, сознавая степень тяжести такого преступления, как ведовство, и пагубность тех последствий, к коим может привести освобождение осужденных за него от должного наказания, соизволит дать согласие на дальнейшее отправление правосудия и приведение в исполнение приговоров в отношении признанных виновными. Что же до полученного нами письма от Вашего статс-секретаря, откуда нам стало известно о решении Вашего Величества не только заменить вынесенный ведьмам смертный приговор пожизненною ссылкой из провинции, но и вернуть им все движимое и недвижимое имущество, то по поводу их преступлений – наитягчайших из всех возможных – Ваш парламент считает своим долгом ознакомить Вас со всеобщим и единодушным мнением, сложившимся у населения сей провинции относительно оных; более того, должное разрешение вопроса означало бы исполнение воли Божьей и облегчение страданий Ваших подданных, которые стонут под гнетом угроз такого рода лиц и каждодневно ощущают на себе воздействие оных в виде необычных и смертоносных хворей, их поражающих, и невиданного ущерба, их собственности наносимого.

Вашему Величеству хорошо известно, что нет на свете злодеяния богопротивнее ведовства, подрывающего самые основы религии и влекущего за собою неслыханные мерзости. Потому-то, сир, Священное Писание и объявляет смертный приговор ведьмам, а святая церковь и их святейшества римские папы предавали их анафеме и издавали церковно-правовые постановления, неизменно предусматривавшие самые суровые наказания за ведовство ради удержания паствы от совершения сего преступления; и потому оно во все времена повергало церковь Франции, вдохновляемую набожностью Ваших предшественников, в такой ужас, что она, не считая пожизненное заключение – наказание, максимально возможное в пределах ее юрисдикции, – достаточно суровым, предоставляла решение участи таких преступников усмотрению светских властей.

Точка зрения, разделяемая всеми народами, состоит в том, что таких преступников следует приговаривать к смертной казни; того же мнения придерживались все древние народы. Законы Двенадцати таблиц^[557], бывшие основой римского права, предписывают такое же наказание. В этом сходились все юристы, равно как и установления императоров, особенно Константина и Феодосия, кои, просветленные Евангелием, не только возобновили применение сего наказания, но и лишили всех лиц, признаваемых виновными в ведовстве, права обжалования приговора, объявив их недостойными монаршей милости. А Карл VIII, сир, побуждаемый тем же, издал тот прекрасный и суровый ордонанс (cette belle et sévere ordonnance), что под угрозой штрафа, тюремного заключения или освобождения от должности предписывал судьям карать ведьм, сообразуясь с обстоятельствами дела, и одновременно гласил, что те, кто отказывается давать показания против ведьмы, подлежат наказанию как ее сообщники, а те, кто, наоборот, свидетельствует против нее, должны вознаграждаться.

Исходя из означенных соображений, сир, и во исполнение столь священного ордонанса Ваши парламенты своими постановлениями назначают наказания, соответствующие характеру преступления; и Ваш парламент Нормандии ни разу до настоящего времени не находил, что его процессуальное право отличается от принятых в других судебных органах, ибо во всех книгах, затрагивающих сей предмет, приводится несметное количество судебных постановлений, осуждающих ведьм на сожжение, колесование и иные виды наказания. Примеры тому следующие: решения, принятые в царствование Хильперика I, о коих можно прочесть у Григория Турского в “Истории франков”, кн. VI, гл. 35; все постановления парижского парламента, принятые в соответствии со старинной юриспруденцией королевства и приводимые Имбером в “Судебной практике”; все те, что были приняты против ведьм из графства Артуа и упомянуты Монстреле в 1459 году; постановления того же парламента: от 13 октября 1573 года – против Мари ле Фьеф, уроженки Сомюра; от 21 октября 1596 года – против господина де Бомона, сославшегося в свое оправдание на то, что он искал помощи дьявола лишь затем, чтобы снимать порчу и исцелять от болезней; от 4 июля 1606 года – против Франсиса Дюбоза; от 20 июля 1582 года – против Абель Деларю, уроженки Куломье; от 2 октября 1593 года – против Руссо и его дочери; от 1608 года – против другого Руссо и некоего Пелея, сознавшихся в ведовстве и поклонении дьяволу в образе козла на шабаше; решение от 4 февраля 1615 года – против Леклерка, кой обжаловал приговор орлеанского парламента, был осужден за посещение шабаша и, как и двое его соучастников, умерших в тюрьме, сознался в том, что почитал дьявола, отказался от крещения и веры в Бога, танцевал ведьмовской танец и участвовал в сатанинских жертвоприношениях; решение от 6 мая 1616 года – против некоего Леже, по сходному обвинению; помилование, дарованное Карлом IX Труа Эшелю за выдачу сообщников, но позднее отмененное из-за повторного колдовства с его стороны; постановление парижского парламента, о коем в 1595 году писал Морнак; судебные решения, принятые вследствие поручения, данного Генрихом IV господину Деланкру, члену парламента Бордо; от 20 марта 1619 года – против Этьена Одибера; решения, принятые судебной палатой Нерака 26 июня 1620 года в отношении ряда ведьм; те, что приняты парламентом Тулузы в 1577 году – о чем написано у Григория Тулузского – в отношении четырехсот человек, обвиняемых в том же преступлении и поголовно отмеченных дьявольскою печатью. Помимо всего вышеперечисленного, хотелось бы напомнить Вашему Величеству о различных постановлениях парламента Прованса (в особенности о вынесенном в 1611 году по делу Гофреди), о постановлениях парламента Дижона и решениях ренского парламента, имевших место вследствие вынесения приговора маршалу де Ре, сожженному за ведовство в 1441 году в присутствии герцога Бретонского. Все эти примеры, сир, подтверждают, что обвинение в ведовстве всегда каралось смертью парламентами Вашего королевства, и оправдывают единообразие судопроизводства в подобных случаях.

Таковы, сир, мотивы, которыми руководствовался Ваш парламент Нормандии при вынесении смертных приговоров тем, кто недавно предстал перед ним по указанному обвинению. Если же когда-либо в прошлом и случалось так, что парламенты Франции, включая нормандский, приговаривали виновных к наказанию менее суровому, нежели смертная казнь, то происходило это потому, что степень их вины позволяла сохранить им жизнь: Ваше Величество и те короли, что правили до Вас, дали разного рода трибуналам, уполномоченным ими вершить правосудие, полную свободу определять наказание на основании имеющихся улик.

Сославшись на множество авторитетных источников и поведав о предписываемых человеческими и божественными законами наказаниях за ведовство, мы смиренно просим Ваше Величество еще раз подумать о необычайных последствиях злобных козней тех, кто им занимается: о смертях от неведомых болезней, часто являющихся результатом их угроз, об утрате Вашими подданными движимости и недвижимости, о доказательствах вины, постоянно выражающихся в нечувствительности дьявольских мет на телах обвиняемых, о внезапном переносе тел из одного места в другое, о жертвоприношениях, ночных сборищах и прочих фактах, подтверждаемых клятвенными заверениями древних и современных писателей, многими очевидцами – как сообщниками преступлений, так и людьми, не имевшими в судебных разбирательствах никакой иной заинтересованности, кроме любви к истине, и, более того, признаниями самих обвиняемых. Нижайше просим Вас, сир, обратить внимание и на то, что разные дела о ведовстве имели меж собой так много общего, что даже самые невежественные из осужденных, сознаваясь в содеянном, рассказывали, по сути, об одних и тех же обстоятельствах и почти одинаковыми словами, о чем сообщают в своих сочинениях на эту тему наиболее знаменитые авторы и в чем Ваше Величество может всецело убедиться, ознакомившись с материалами судебных процессов, проведенных Вашими парламентами.