Илон Маск. В погоне за мечтой - Александр Немиров

Управляя непростыми компаниями Zip2 и PayPal, Илон находил время и для личной жизни. Он много лет ухаживал за Джастин Уилсон, летал к ней на выходные из разных точек мира. В течение долгого времени его постоянная занятость и соседи по комнате мешали их отношениям. Продажа Zip2 позволила Маску купить свой дом и уделить больше внимания Джастин. Как и у любой пары, у них были свои взлеты и падения, но страсть юной любви сохранилась.

«Моим кавалерам обычно не нравилось, что я хотела быть лучшей во всем, но Илона, похоже, наоборот это привлекало, – вспоминает Джастин. – Как-то в книжном магазине я указала на полки и сказала, что не успокоюсь, пока там не будут стоять и мои книги. Он посмотрел на меня с восхищением и сказал: “Ты просто моя копия!”»

Их роман, основанный не только на любви, но и на взаимном уважении, продолжался даже тогда, когда Илон уехал в США, в Кремниевую долину создавать свою первую компанию, а Джастин отправилась работать в Японию. Во время одного из редких свиданий Илон поинтересовался, сколько детей она бы хотела воспитывать.

«Одного или двух, – ответила она, – но если бы я смогла позволить себе няньку, то и четверых».

«Илон засмеялся: “В этом разница между нами. Я просто планирую, что у нас будут няньки”», – вспоминает Джастин.

В 2000 году, после того, как рыцарски настроенный Илон нашел подходящее место на тротуаре, он встал на одно колено и сделал Джастин предложение.

Через два месяца после свадьбы Илон Маск принес домой брачный договор, в котором оговаривались имущественные права супругов в случае развода. Он сказал, что на таком документе настаивает совет директоров PayPal.

«Мне хотелось протестовать, – говорила Джастин, – зачем это, если мы родственные души?»

Она подписала брачный контракт, что зародило в ней беспокойные мысли. Джастин так описала эту ситуацию несколько лет спустя в статье для Marie Claire:

«Его всегда чего-то не устраивало. Не раз я ему говорила: “Я твоя жена, а не твой сотрудник”. – “Если бы ты была моим сотрудником, я бы уволил тебя”, – парировал он».

Зная все про мужа, она предпочитала думать о его достоинствах. Илон часто с восхищением говорил об Александре Великом, и Джастин рассматривала Маска как своего собственного завоевателя.

«Он не боялся ответственности, – говорит она. – Он не бежал от сложной ситуации. Он хотел жениться и иметь детей».

Илон излучал такие уверенность и страсть, которые заставили Джастин думать, что с ним ей всегда будет хорошо.

«Деньги для него – не главное, они просто есть. Он знает, что может их заработать».

После свадьбы Джастин столкнулась с другой стороной характера покорителя ее сердца. Когда они танцевали, Илон притянул ее к себе и сказал: «В наших отношениях главный – я».

«Мы часто ссорились. Но когда не ссорились, между нами было глубокое чувство – ощущение тесной связи», – говорит Джастин.

Отнюдь не облегчила жизнь молодоженам драма с Х.com. Как мы помним, сначала они отложили медовый месяц, а потом были выбиты из колеи случившимся «дворцовым» переворотом. Только к концу декабря 2000 года удалось как-то успокоиться, и Илон взял первый за много лет отпуск. Он организовал двухнедельное путешествие, первая часть которого должна была проходить в Бразилии, а вторая – в Южной Африке, в охотничьем заповеднике недалеко от границы с Мозамбиком.

В Африке Илон умудрился подцепить самый опасный вид малярии – тропическую, на долю которой приходится подавляющее большинство смертельных исходов.

В Калифорнию Илон вернулся в январе, когда болезнь была в самом разгаре. Он был прикован к постели несколько дней, прежде чем Джастин удалось «затащить» его к врачу. Маска на машине «скорой помощи» срочно доставили в Sequoia Hospital в Редвуд-Сити. Врачи поставили неправильный диагноз. После нескольких дней болезни Илон обратился в Стэнфордский госпиталь и сообщил, что побывал в зоне малярии, хотя в его анализах возбудителя не обнаружили. Врачи провели пункцию спинного мозга и поставили Маску диагноз – вирусный менингит. «Это выглядело правдоподобно. Меня лечили, и мне стало лучше». На самом деле должного лечения Маск не получил, и его состояние еще сильнее ухудшилось.

«Потом там случайно оказался врач из другой больницы, который имел более серьезный опыт лечения малярии», – вспоминает Илон. Он увидел данные анализа крови Маска и велел немедленно дать ему максимальную дозу антибиотика доксициклина. Врач сказал, что днем позже не помогло бы и это.